"Фантастика 2023-99". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Северский Андрей - Страница 578

— Наша единственная связь с внешним миром, — указал на них генерал-губернатор. — Была, пока не появились крыланы.

— Крыланы? — переспросил я.

— Ну да, твари такие. Они, правда, обычно ночью орудуют, но несколько раз нападали и днем. Дирижабли их почему-то раздражают больше всего. Поэтому дальние путешествия пришлось отложить.

При этом генерал-губернатор обернулся, чтобы взглянуть на Ваську. И мне это очень не понравилось.

— А кьярдов у нас сроду не было. Провинция, — грустно вздохнул Ситников. — У нас Третье Отделение из восьми человек состоит. Состояло, — тут же поправился он. — А потом…

Генерал-губернатор махнул рукой, мол, чего уж тут говорить. И остановился возле двери, приглашая меня внутрь. В парадной (после двух месяцев проживания меня научили именно так называть подъезд) стоял слуга, который жестом указал, куда следует идти. Признаться, мне было некомфортно расставаться с Васькой, но я понимал, что это необходимо.

Мы прошли еще несколько комнат и остановились в небольшом кабинете — дорогая мебель, золотые аксессуары на столе, портрет Его Величества на стене. Я даже улыбнулся.

— Будто из Петербурга и не уезжал.

— И давно Вы там были? — с легкой улыбкой спросил генерал-губернатор.

Но я почувствовал нечто странное в его вопросе, какой-то подвох. Ага, он меня проверяет. Ситников, похоже, что-то знал, но пока не торопился говорить, что именно. Видимо, благосклонно разрешил мне подставиться. Я же лезть в капкан не спешил.

— Давно, — уклончиво сказал я. — Его Величество сейчас не в Петербурге.

— А где, позвольте полюбопытствовать?

Теперь и улыбка убежала из-под обвисших усов. Артистизм и умение владеть своими эмоциями были не самой сильной чертой генерал-губернатора. Владимир Георгиевич сейчас напоминал старого, но еще полного сил и энергии бультерьера. Вцепится — не отпустит. Я и сам понял, что не очень хорошо продумал всю легенду для разговора с ним, пока мы шли сюда.

— Скажем, он был вынужден отступить из столицы вместе с теми, кого успел мобилизовать.

— Иными словами, бежать, — холодно процедил Ситников.

Его тяжелый взгляд переместился с меня на портрет Императора. И мне показалось — еще чуть-чуть, и нарисованный Романов лично начнет оправдываться.

— Видели мы тот Петербург.

Генерал-губернатор грузно сел в кресло, а я понял, что проверку или нечто вроде нее сейчас прошел.

— Мы хоть и провинция, но связь со столицей держим. Чай, не Швейцария какая отсталая, где магов вовсе нет. После Того Разлома…

Генерал-губернатор осекся, покусывая кончик одного уса. Видно, вспомнил что-то не очень хорошее. Впрочем, ему хватило самообладания продолжить.

— После Того самого Разлома я попытался связаться с ними при помощи Эгрегора и других заклинаний. Но тщетно. Пришлось по старинке снаряжать аэростат, чтобы убедиться воочию. А это стоило очень серьезных усилий. После Разлома последствия были чудовищными, мой гарнизон большей частью пал. Чудом отбились.

Генерал-губернатор подался вперед, его грузный живот навалился на стол. Только Ситников не выглядел каким-то неповоротливым. Скорее как медведь, который собирается для решительного рывка. Я даже попытался вспомнить, какое животное может противостоять медведю, чтобы сравнить себя с ним. И не смог.

— Работы тут было, — покачал он головой. — Частокол, вот, построить, потом по окрестным деревням проехать, людей собрать. Когда все сделали — снег сошел, посевную надо устраивать. А как ее начинать, когда Разломы каждый месяц открываются? Хорошо, что здесь они — явление нечастое, однако и нас порой задевало. Вы ведь понимаете, господин портупей-юнкер, какой ресурс самый важный в нынешнее время.

По его логике можно было сказать, что еда. Или маги. Лично Император считал именно так. Впрочем, я понимал, что вопрос явно с подвохом. Потому промолчал. И, как оказалось, сделал правильно.

— Люди, — шумно выдохнул Ситников. — Даже самый последний недом имеет необычайную ценность. Это я уже потом, после того, как все обрушилось, понял. В общем, сложно было. Вот и не мог все бросить. Отправил в Петербург своих проверенных служак. И интересные вещи они рассказали.

Вот тут мне стало совсем не по себе. Потому что глаза генерал-губернатора источали злость. Будто это я лично прошелся смерчем по Петербургу. Но для себя я избрал верную тактику — молчать и ждать, чтобы собеседник сказал все, что хотел. Пока, следует отметить, она работала.

— Большая часть Петербурга уничтожена, что осталось — разграблено. И что самое забавное — Васильевский остров куда-то делся, словно его и не было. Вот идет Английская набережная, а дальше уже — Финский залив. Чудеса, не находите?

Я слабо улыбнулся. Правда, не от того, что мне было смешно. Это оказалось скорее нервной реакцией организма. Ну, и еще промолчал. Хотя бы потому, что не знал, как именно реагировать. Сказать правду? Конечно, кто-то говорил, что это лучшая политика, вот только я в этом сейчас сомневался. Как объяснить здоровому и немного (очень сильно, если говорить по-правде) раздраженному дядьке, что Император их кинул.

Можно попробовать врать. Но и это довольно рискованно. Попадусь на лжи, меня прикопают в ближайшем дворе, рядом с обломками дирижабля. Нет, я, конечно, очень редко думал о смерти. Вот только слово «гондолы» на моем памятнике там точно не фигурировало.

Та тактика, которую я выбрал с самого начала и которая прежде действовала безотказно, именно сейчас дала сбой. Ситников явно расценил меня как партизана, который будет стоять до конца и не скажет, где расположены танки. С той лишь разницей, что у него в арсенале был весомый козырь.

Относился он ко второму рангу и его силы оказались неплохо мне знакомы. Так уж повелось, что магов хлебом не корми, дай взять надо мной контроль. Поэтому, как только я увидел форму Дурного ока, сразу стал действовать машинально, одновременно прогоняя в голове кучу информации.

Во-первых, генерал-губернатор — крутой маг. Минимум, двойка, как и я. Про максимум размышлять не хотелось. Во-вторых, он с легкостью пошел на запрещенное законом заклинание. Значит, плевать хотел на закон. Это тоже радости не приносило. Было что-то и в-третьих, только я подумать об этом не успел. События разворачивались уж чересчур стремительно.

Действовал Ситников быстро, демонстрируя мне свою опытность в колдовском деле. И будь перед ним человек, который Дурное око видел лишь на картинке, этому человеку пришлось бы худо. Но я уже знал, что именно следует делать.

Как только генерал-губернатор создал форму, я тут же резко дернул рукой и начал вливать в форму свою силу. Ситников даже охнуть не успел, как заклинание разрушилось, еще не создавшись. И вот теперь его взгляд стал внимательным, но не менее хищным. Медведь встретил достойного соперника, однако отступать не собирался.

— Ранг какой? — только и спросил Ситников.

— Второй, — сухо произнес я, не сводя с него взгляда.

От моего ответа генерал-губернатор скривился, как от полуспелого лимона из «Ленты». Что сказать, это немного воодушевило.

— Кто ты такой? — медленно и почти по слогам произнес Ситников.

— Учащийся лицея его Императорск…

— Можешь не врать. Нет больше лицея.

— Есть, негромко возразил я, медленными движениями стягивая с себя дорожный плащ «для приключений». Надо сказать, плащ работал отменно, я вновь влип в историю.

Сейчас я порадовался привычке всегда носить лицейскую форму. С другой стороны, иной достойной одежды у меня и не было. В гражданском я выглядел как человек неопределенного пола, слишком модный даже для той, застенной Москвы. К тому же, форма отлично подчеркивала спортивную фигуру.

Взгляд генерал-губернатора скользнул по мундиру, погонам, кортику, и в глазах появилось нечто похожее на сомнение. Ну, хоть что-то.

— Откуда ты? — вновь задал он вопрос.

— Из Самары.

Ситников набрал полную грудь воздуха, чтобы опять обвинить меня во лжи, но я быстро выставил руки перед собой.