Драконье пламя (СИ) - Росбури Анастасия - Страница 31

— Эрика, не знаю, обрадует ли тебя это, но отныне ты принадлежишь моему роду, — снова обратился к ней Теймен.

— Я не принадлежу никому, — прорычала она, чувствуя, как ее захлестывает гневом. Она приехала сюда на войну, а не найти себе «хозяина»!

— Это не так, — снисходительно улыбнулся Теймен и покачал головой, игнорируя убийственный взгляд Маркуса. — Как бы то ни было, мы не принуждаем магов подчиняться нашим внутренним законам. Просто я ставлю тебя в известность, что отныне ты должна будешь держать со мной связь. Если у тебя когда-либо появятся дети, ты также должна будешь сообщить мне.

— Какого черта я должна отчитываться перед вами? — вскинула на него возмущенный взгляд Эрика, сжимая кулаки до боли в оледеневших пальцах. — Я вас вижу первый раз в жизни!

— В тебе кровь моего рода. Рода Алдеринк, — он только улыбнулся на ее вспышку гнева.

— С чего вы вообще взяли?

— Твои глаза, Эрика, — Теймен переглянулся с другими драконами. — Определяющий оттенок радужки наследуется внутри рода. Добавочные появляются, когда примешивается другая кровь. Основной цвет твоих глаз — голубой, значит, в тебе больше крови рода Алдеринк.

— У Иды глаза совсем не как у вас, — тихо прошептал Кристиан, обращаясь к братьям Эстергор, но его все услышали.

— В случае с нашей сестрой кровь рода матери отчетливо проявилась в цвете ее радужки, хотя определяющий цвет все же наследовался от отца. Шкура-то у нее яшмовая, — отозвался Теодор. — Такое редко, но случается.

Эрика повернулась к пялящемуся на нее мужчине с аквамариновыми глазами и в гневе сощурилась.

— Я не стану перед вами отчитываться. Вы мне никто.

— Ты хочешь жить, Эрика? — жутко прорычал он, мгновенно растеряв все свое снисходительное выражение лица.

— Уйди от нее, Теймен, — грозно зарычал Маркус. В мгновение ока он оказался перед ней, закрывая ее своей спиной.

Эрика непроизвольно вдохнула его упоительный аромат. Вкус его магии взорвался на языке, и она задержала дыхание, чтобы сохранить хоть толику самоконтроля. Сердце лихорадочно заколотилось, но вовсе не от страха. Волна холода прокатилась по венам, поднимаясь к горлу, и дыхание совсем замерзло в легких. Перед глазами потемнело.

— Уведи ее, — раздался голос лорда Девоса.

Рене подбежала к Эрике, схватила ее за руку и потащила в шатер, который, к счастью, располагался достаточно далеко отсюда. Из-за спины долетел неразборчивый рык, но никто их не остановил.

Глава 8

* 8 лет назад *

Маркус перебирал мягкие иссиня-черные пряди в пальцах и не мог надышаться сладким ароматом карамели и персика. Горячее дыхание Эрики щекотало его обнаженную грудь. От ладони, лежащей на его животе, растекался жар. Если бы он не знал лучше, мог бы решить, что держал в своих руках драконицу.

Горечь подкатила к горлу, когда обрушилось очередное осознание, что Эрика была всего-навсего человеком. Почему судьба не могла быть благосклонна к нему и подарить ему одну из его вида?

Злая шутка богов обернулась бесконечной головной болью, ведь Маркус прекрасно понимал, что не сможет связать жизнь с Эрикой, как бы ему ни хотелось. Меньше чем через год она окончит Академию и покинет его. Он не сможет заставить ее остаться, не сможет ей ничего предложить. Король не одобрит союз своего герцога с простолюдинкой, не то чтобы Маркуса волновало его мнение. Хуже всего было другое — Эрика никогда не будет в безопасности рядом с ним. Его кузен не оставит этого так просто и рано или поздно избавится от нее.

Помешанный на чистоте крови Руберт не потерпит человека в их роду, какой бы ни была причина. Хотя этот каменоголовый истукан даже свою собственную семью сохранить не сумел. Он отрекся от дочери, которая отказалась подчиниться его воле. Бедная девушка едва не погибла, когда он вышвырнул ее из логова, словно ненужную вещь. Если бы Маркус не нашел ее вовремя, его племянница погибла бы от истощения, брошенная на произвол судьбы в горах.

Если Руберт поступил так с собственной дочерью, то несложно было представить, что он сделает с человеком. Его не остановил бы даже факт того, что ему пришлось бы нарушить границы чужого логова, чтобы добиться своей цели. Маркус убил бы его за это, вот только Эрику в таком случае все равно ничего бы не вернуло. Он не мог так поступить с ней. Не мог так рисковать ее жизнью. Он любил ее.

Маркус положил ладонь на обнаженную спину девушки и прикрыл глаза. Она была такой хрупкой, такой нежной, такой беззащитной. Ей не справиться с гневом повернутого на чистоте крови дракона.

Проклятье! Маркус сам был таким. До встречи с ней он не представлял себе, как можно было испытывать к людям чувства. Они всегда были лишь краткосрочным развлечением, средством для удовлетворения зова плоти.

Только не Эрика. Сердце яростно пылало рядом с ней, кровь кипела, и пламя бурлило у самого горла. Рядом с ней Маркус был готов свернуть горы. Он никогда не чувствовал себя сильнее, чем сейчас.

Теперь ему стала понятна реакция Филипа, когда он появился перед ним и его парой пять лет назад. Тогда Маркус посмеялся над юным драконом, зато теперь ему было не смешно. Он был готов разорвать глотку любому, кто посмел бы коснуться его Эрики.

Эрика всхлипнула, просыпаясь, и приподнялась на локтях, заглядывая в его лицо. Яркие ларимаровые глаза засверкали в рассветных лучах, отчего белые прожилки стали особенно заметны. Это были самые прекрасные глаза цвета пенного лазурного моря, которые Маркус когда-либо видел. Жаль, что они принадлежали не драконице. У нее была бы удивительно красивая шкура.

Горечь разочарования сдавила горло. Не стоило думать об этом. Ей никогда не стать драконицей, как бы Маркус этого ни хотел. Формула единственного проклятия, которое могло разделить драконье пламя между драконом и человеком, чтобы превратить последнего в огнедышащего ящера, сгинула в реке времен вместе с магом, создавшим ее. Никаких записей отец Бригитты не оставил. Маркус искал.

— Доброе утро, — нежно улыбнулась Эрика, и на ее смуглых щеках заиграл румянец. Сонная нега испарилась из ее глаз, и она в шоке уставилась в окно, — Уже утро?

Страх прокатился по ее телу, отчего она задрожала, словно мгновенно замерзла. Маркус прижал ее плотнее к своей груди и отпустил контроль над пламенем своей сущности. Его тело охватило белоснежным огнем, который быстро сменился на черный.

Эрика изумленно скользнула взглядом по его груди, рукам, засмеялась и с укором посмотрела на него.

— Маркус, твоя магия уже и так кипит в моей крови, — она задорно прищурилась, пряча глаза за пушистыми черными ресницами. — Еще немного, и я сама вспыхну. Мне жарко.

— Ты дрожишь, — Маркус был не в силах сдержать улыбку.

Она даже не представляла, как он желал этого. Маркус больше всего на свете мечтал о том, как ее охватит белоснежным пламенем смены ипостаси, и в его объятиях окажется ларимаровая драконица. К сожалению, это было несбыточной мечтой.

— Ну точно не от холода. Ты горячий, словно огонь в камине. Кстати, зачем тебе огонь летом?

Эрика сползла с его груди и потянулась за бельем, колготками и рубашкой, лежащими на полу рядом с диваном, на котором они спали. Длинные распущенные черные волосы скользнули мимо ее плеч, локонами прикрывая обнаженное тело, пока она одевалась.

Маркус повернулся на бок, приподнимаясь на локте и любуясь красивой девушкой. Ее смуглая кожа была лишь немного светлее его и так красиво оттенялась ларимаровыми глазами. На пухлых губах заиграла улыбка.

— Перестань на меня так смотреть. Ты мешаешь мне одеваться. Почему ты не разбудил меня?

— Зачем?

— Чтобы я вернулась в мою комнату до рассвета, — она обернулась к нему.

На дне ее глаз вспыхнула боль, мгновенно перечеркнув все хорошее настроение. Сердце неровно колыхнулось в ее груди. Даже не распознающий эмоции настолько тонко, как его друг, Маркус ощутил горечь обиды на него.