Эльф: брат или возлюбленный? (СИ) - Кривенко Анна - Страница 73

Если он сможет просто-напросто сбежать с церемонии, это бракосочетание не состоится!

Король снова поднял руки вверх, призывая силу магического Артефакта, но его снова прервали. На сей раз это была стихия: Храм заходил ходуном, стены начали опасно трещать, светильники гаснуть.

— Мы должны спешить! — воскликнул правитель, пытаясь перекричать панические возгласы собравшихся. — Служитель! — он обратился к Либастру Люмбергнот. — Начинайте! Нам нужно умолять Артефакт!

«Умолянием» назывались лихорадочные пассы руками, которые Любастр Люмбергнот должен был сделать под свое собственное бормотание. Олив снова подергал руками, но не резко, проверяя, насколько ослабли путы. Что ж, достаточно, чтобы рывком разорвать магическую связь и попытаться просто телепортироваться. Если, конечно, на телепортацию хватит сил. А то, что хватит, было сомнительно: весь Храм был обвешан артефактами, искажающими магию, и ему, возможно, останется только своими собственными ногами прокладывать себе путь…

Когда служитель уже стал перед огромным кристаллом Артефакта, повернувшись к присутствующим спиной, и начал свое «махательное бормотание», массивные двери Храма неожиданно открылись каким-то немыслимо грубым толчком, и воздух огласил дикий нечеловеческий визг.

У присутствующих кровь похолодела в жилах, и эльфийские головы стремительно обернулись.

Утробное рычание, животный оскал клыков, горящие красным глаза и развевающиеся почти до пола волосы: на входе стояла одержимая проклятой болезнью принцесса Офелия!

Не все из присутствующих знали, что она больна, поэтому многие разинули рты, не понимая, что же происходит. Но кто знал — а это была лишь горстка самых высокопоставленных — мгновенно в ужасе ринулись подальше от центра Храма, трусливо забившись в углы.

Эльфийка плотоядно осмотрела присутствующих, пока не остановилась взглядом на короле-отце. Он побледнел и слегка пошатнулся. Похоже, у принцессы из прошлого остались с отцом свои счеты.

Олив яростно напряг могучие мышцы и рывком разорвал магические пути, тут же вскочив на ноги. Его конечности еще плохо слушались, поэтому он слегка пошатнулся, а потом крикнул Фаггору:

— Забери леди Алису!

Генерал мгновенно рванул к девушке и, схватив ее одной рукой, ринулся в дальний угол Храма.

Офелия взревела, подобно дикому зверю, и бросилась в толпу. Она схватила первого попавшегося эльфа и впилась в его плечо острыми клыками. Тот завопил от боли, а все остальные быстро разбежались в разные стороны с диким смертельным ужасом на лицах.

Олив рванул к сестре и попытался оттянуть ее от кричащей в панике жертвы, истекающей кровью, и она, наконец, разомкнула челюсти.

— А, это ты братец!!! — процедила она сквозь окровавленные зубы. — Как давно я хотела добраться до тебя!

Она бросилась на Олива, пытаясь впиться ему в горло, но сзади подскочил Алекс, который только сейчас появился в храме, и, обхватив безумную сестру за талию, оттянул ее от брата. Офелия мгновенно обернулась к нему. Поизучала его несколько мгновений, словно не узнавая, а потом ехидно бросила:

— Малыш Алекс? Ах, ты мой хороший! Ты-то мне нужен больше всех! Иди ко мне и стань таким, как я!!!

Офелия бросилась на Алекса, повалив его на пол, а Олив попытался отчаянно оттянуть ее назад.

— Убейте ее! — начал кто-то кричать из перепуганной толпы, а Олив зарычал от напряжения и гнева, пытаясь спасти Алекса от укуса безумной сестры, не повредив при этом ей самой.

— Офелия! Остановись!!! — вскричал он умоляюще. — Офелия, не надо!!!

Вместо ответа затряслись стены, сверху посыпались отколотые куски потолка, визг безумной эльфийки ударил по барабанным перепонкам, как вдруг кристалл Артефакта резко полыхнул необычайно ярким светом, став на несколько мгновений таким же лучезарным, как диск солнца в полдень. Эльфы зажмурились, король Амариус Первый попятился. Из кристалла материализовалась фигура в длинном балахоне, источающая не менее яркий свет.

Офелия замерла и жадно обернулась к светящемуся существу. С ее лица слетела кровожадность, уголки рта с мощными клыками опустились, а дикие красные глаза расширились. Алекс сумел отползти в сторону, держась ладонью за прокушенное плечо, и тоже зачарованно устремил взгляд на Артефакт.

— Это же дух-прародитель! — вскричал кто-то из забившейся в углы знати, и эльфы все разом начали сползать на пол, падая на колени и благоговейно опуская свои высокородные лбы прямо на затоптанное напольное покрытие.

Светящаяся фигура постепенно начала тускнеть, но не потеряла своей эфемерности, являя окружающим юношу в длинных белых одеяниях и с волнами светло-русых волос. Так как образ его все еще был слегка размытым, смазанным и сказочным, то никто не обратил внимания, что у него обычные человеческие уши, но связь этого существа с Артефактом чувствовали все. Кристалл продолжал светиться и слегка пульсировал. От него исходили разливающиеся в пространство светящиеся волны, похожие на пар, и окутывали прародителя полупрозрачным коконом.

Когда Амариус Первый наконец осознал, что перед ним действительно легендарный хранитель Артефакта, не являвшийся народу уже множество столетий, то тоже упал на колени и благоговейно сцепил руки в замок, прижав ладони к груди.

Между тем прародитель медленно поплыл вперед, приближаясь к застывшей Офелии, не могущей отвести от него глаз. Когда он поравнялся с ней, то неожиданно присел на корточки и протянул к безумной эльфийке свою сияющую тонкую ладонь. Она застыла, как в каком-то трансе, а потом и вовсе закрыла глаза, заваливаясь на пол и полностью расслабляя напряженные мышцы. Прародитель улыбнулся, а потом перевел взгляд на изумленного и побледневшего Олива, тоже полулежащего на полу.

Вдруг тело прародителя дрогнуло, и его черты, на миг охваченные туманным вихрем, начали преображаться. Мужское лицо изменилось на женское, волосы стали короче и темнее, фигура мельче и тоньше. По рядам эльфов, которые внимательно наблюдали за происходящим, пробежался изумленный шепоток.

— Саша? — шокировано прошептал Олив, все еще не веря своим глазам и подозревая, что видит просто ее облик, но девушка вдруг радостно улыбнулась и бросилась к нему на шею, едва не распластав на полу. Ее все еще светящиеся руки обвили его шею, а губы потянулись к его губам. Поцелуй «прародителя» застал Олива врасплох, но на него накатила такая нега и такой глубокий восторг, что он не смог остановить его, хотя разум все еще сопротивлялся, не будучи уверенным, что перед ним действительно Саша, а не кто-то в ее облике.

Однако в тот же миг, как их губы соединились, кристалл Артефакта полыхнул таким светом, что залило весь Храм. Потом это свечение начало трансформироваться и наполняться радужными цветами, которые превратили это мрачное помещение в самое прекрасное и яркое сооружение на земле.

Пока эльфы пребывали в совершеннейшем шоке от увиденного великолепия и силы ожившего Артефакта, целующаяся парочка была на какое-то время забыта.

Саша оторвалась от губ Олива и одарила его счастливой улыбкой.

— Это действительно я! — шепнула она ему и подмигнула, наслаждаясь его изумлением и ростками радости в расширившихся глазах.

Поднявшись на ноги, девушка мгновенно переместилась, вынырнув прямо около короля, который в момент ее появления вздрогнул от неожиданности и покрылся мертвецкой бледностью. Расширившимися глазами он несколько мгновений изучал ее человеческое лицо, обратив внимание на округлые уши, а потом побледнел еще сильнее и сдавленно прошептал:

— Ты??? Кто… ты???

— Я? Предназначенная Дева Андрагона! — заявила Саша с достоинством. — Вы не поверили мне!

Последнюю фразу она выкрикнула уже для всех, и ее возглас, отразившись от высокого потолка и стен, пролунал в самых дальних углах помещения, так что голос девушки услышали все.

В глазах короля все еще плескалось очевидное сомнение, поэтому облик девушки резко изменился, снова явив великого хранителя Артефакта, полыхнувшего взглядом сильных властных глаз.