Императрица всех сезонов (ЛП) - Джин Эмико - Страница 42

— Вы его поймали?

Таро с отвращением покачал головой.

— Нет. Похоже, он без ошейника, не зарегистрирован. Но мои самураи ищут его в городе. Его скоро схватят.

Сердце Мари будто медленно резали тупым ножом.

— Что вы сделаете, когда найдете его?

— То, что нужно делать со всеми ёкаями. Я надену на него ошейник и лично отправлю умирать.

— Не нужно так подло, — взмолилась она.

— Подло казнить ёкая, убившего моего отца? Мстить за его смерть? Я еще никогда не был серьезнее.

Этот Таро был чужим. Она его не знала.

— Ты звучишь так холодно.

Пронзив ее взглядом, он сказал:

— А ты словно переживаешь за того мерзкого ёкая. Не понимаю, почему.

Она заметила опасный блеск в глазах Таро, враждебность под поверхностью. Она начала пятиться.

— Когда-то ты говорил, что жалеешь, что создал металлические ошейники и подавил ёкаев. Жестокость порождает лишь жестокость. Мы могли бы остановить войну между ёкаями и людьми.

«Ты обещал другой путь».

— Это было до того, как ёкай убил моего отца.

«Расскажи ему правду. Расскажи, что ты — ёкай, что нет только хороших или плохих», — Таро наступал, заставляя Мари отступать.

— Это еще не все. Хочешь услышать больше?

Таро сжимал в кулаке кусок пергамента. Она узнала цвет, каллиграфию — ее принадлежности.

— Что…

— Ты убила моего отца, — ядовито сказал Таро.

Мари покачала головой, волосы шуршали по плечам.

— Нет.

Таро фыркнул.

— Где ты была прошлым вечером? — он смотрел ан нее как на незнакомку. — Твоя служанка сказала, что ты вернулась к себе в беспорядке. И казалась расстроенной. Она сказала, что ты говорила, что освободишь ее, ёкая, и говорила о своем доме, где ёкаи без ошейников.

«Сэй, что ты наделала?»

— Я была в Осенней комнате, но…

— Так ты признаешься.

— Нет, я была одна, — она покачала головой. Ночь казалась размытой. — Я была не одна.

— Так как? Одна или нет?

— Мой друг… друг… Я говорила тебе, что мне привиделся кто-то знакомый в толпе. Мы встретились в Осенней комнате. Это был Сын кошмаров, но его зовут Акира. И он не мог сделать то, о чем вы говорите. Он хотел, чтобы я ушла с ним, бросила вас, но я не смогла. Он назвал меня глупой. Он думал, что вы возненавидите меня, если узнаете… — она замолчала.

— Узнаю что? — Таро скрипнул зубами.

Зверь двигался под ее кожей.

— Что я — ёкай, — ее голос оборвался. Вот. Она сказала это. И больно было лишь немного, когда Таро вздрогнул. Словно камень придавил ее грудь.

— Нет! — рев Таро сотряс стену.

Ее ладони увенчали когти. Таро застыл в ужасе. Мари беспомощно потянулась, случайно порезала его щеку острым когтем.

— Нет! Прости, — охнула Мари.

Таро коснулся щеки, кровь покрыла его пальцы. Записка выпала из его хватки. Таро вытащил мечи, направил их на горло Мари. Ее глаза расширились, выдерживая пылающий взгляд Таро.

— Ты расскажешь мне правду. Ты замышляла с Сыном кошмаров убить моего отца?

Горячие слезы лились по ее лицу. Когти пропали.

— Нет.

— Ты врешь. Вы с ним хотели застать императора одного, и ты хладнокровно убила моего отца. А потом оставил записку, хвалясь своим поступком.

Мари покачнулась, схватила записку с пола. Все внутри нее сжалось. Она подавила всхлип.

— Это не мой почерк. Я не писала это, — Таро не смотрел на нее.

«Он мне не верит. Он не хочет мне верить».

— Ты просишь правды, но отказываешься ее слышать.

— Все это время я опасался доверять тебе. Ты скрывала все о себе. Теперь я вижу причину. С чего мне верить тебе, если все слова из твоего рта — ложь? — мечи приближались к шее Мари.

Страх обжигал угольком ее горло.

— Не делай этого.

— Ты сама это сделала. Ты обманула меня.

— Акира рассказал, что ёкаи нападут на дворец. Нужно бежать. Тебе нельзя оставаться тут. Они идут за тобой.

Таро едко рассмеялся.

— Думаешь, я дурак? — его лицо стало бесстрастной маской. — Время объяснений прошло. Я больше не могу слышать. Я любил тебя… — он не смог закончить. — Стража! — закричал он. Самураи с мечами в руках ворвались в комнату. — Ведите императрицу, — прошипел Таро, — в Зимнюю комнату. Смотрите, чтобы она не убежала.

— Прошу… — Мари снова потянулась к нему, желая пробить его гнев. Но Таро был неприступен, глаза стали безжизненными камнями. Два самурая схватили Марии за руки, но она отмахивалась.

— Я пойду, — тихо сказала она. Ей еще никогда не было так стыдно. Стараясь выглядеть как можно достойнее, Мари позволила им увести ее из комнаты.

ГЛАВА 40

Акира

Грубые руки встряхнули Акиру.

— Скорее, — сказала Ханако. — Времени мало. Самураи императора окружили башню с часами.

Рен стоял за Ханако, скрестив руки на большой груди, когти на ногах впились в половицы. Комната была тихой и темной.

— Уйдите, — буркнул Акира, переворачиваясь.

Он вернулся в башню посреди ночи. Он мог покинуть столицу, мог в одиночку уйти домой. Но он не представлял путь без Мари. Часы пробили на башне, и он вспомнил обещание, которое дал юки-онне. И ее слова в ответ: «Наша сделка — часть земли. Наше обещание увидели боги и богини». И он думал, как убедить Ханако спасти Мари. Если ей хватит глупости остаться. Это были последние мысли перед глубокой тьмой сна.

— Вставай, лентяй. Это не тренировка. Нужно уходить. Чертовы глазастые выдали нас. Даже рассказали самураям обо всех моих ловушках. У нас не осталось защиты. Союзники бросили нас.

Акира сел, проснувшись.

— Сколько?

Ханако покачала головой.

— Не знаю. Я бы сказала сотня. Они говорят правду? Ты убил императора? Императрица — ёкай?

Сердце Акиры сжалось. Мари раскрыли. Она была в опасности.

— Император мертв? — спросил он, протирая глаза. Нет. Он прошел мимо императора на обратном пути. Мужчина сильно кашлял, но был живым. Даже радовался. — Что ты слышала?

Восторг Ханако бурлил.

— Это по всему городу. Ты не врал. Асами была не единственным ёкаем на состязании. Эта ёкай победила. Чей-то план совпал с моим. Гении мыслят одинаково, знаешь?

Акира отчаялся. Он сжал плечи Ханако.

— Что с ней произошло? — осведомился он.

Серые глаза Ханако расширились.

— Бог и богини, теперь все понятно. Ты из-за нее прибыл в столицу, да? — Акира отпустил Ханако и сжал кулаки. — Стоило сразу рассказать мне о своей затее. Мы все время шли к одной цели. Почему ты не признался? — она задумалась. — Если бы я узнала, что ты связан со смертью Асами, то сама тебя растерзала бы.

Акира покачал головой стал расхаживать по комнате. Он ничего не понимал.

— Я не убивал Асами. Я сказал правду. Она упала в пруд. Мари не виновата в ее смерти.

— Мари? Так ее зовут? Мари убила императора? — восторгалась Ханако.

Акира нахмурился сильнее.

— Вас радует чья-то смерть.

Ханако оскалилась. Ее ошейник блестел в свете луны, хорек обвивал рядом ее шею.

— Я радуюсь смерти безумца, поработившего наш народ.

Шаги стучали по лестнице.

— Что с ней будет? — спросил Акира.

Ханако посерьезнела.

— Если принц как его отец, он отправит ее в Зимнюю комнату.

Ком возник в его горле. Мари была живучей, она могла выжить.

— Мне нужно за ней, — он бросился к двери.

Рен цокнул.

Ханако сжала руку Акиры.

— Ты не слышал, что я сказала, что самураи штурмуют башню?

Акира замешкался.

— Вряд ли у тебя где-то есть скрытый проход?

— Я не успела его установить, — Ханако пожала плечами.

— Тогда сразимся, — Акира потянулся за сюрикенами. Он порежет всех самураев на пути к Мари.

Ханако закатила глаза.

— Не смеши. Сотня против трех? Нечестный бой… для них, конечно.

Шаги остановились у двери. Кулак постучал так сильно, что стены сотряслись.

— Сдавайтесь немедленно, и император будет к вам мягче, — прогудел голос.

— То есть отрубит нам головы, а не будет медленно пытать нас, — прошептала Ханако, просвечивающей ладонью начертив линию на шее.