Идеальные лжецы. Опасности и правда - Мирез Алекс - Страница 27

– Что-что?

– Я лишь хочу, чтобы ты лег спать, – соврала я, чтобы смягчить оскорбление. – Ложись скорее, Эган, пока спиртное не ударило тебе в голову. Тебе нужно поспать.

– Но…

– Или ты хочешь, чтобы все видели тебя в таком состоянии? – перебила я. – А если ты что-нибудь отмочишь, как боится Адрик, что потом?

Эган пробурчал что-то вроде «пожалуй, ты права…» и принялся расстегивать рубашку, собираясь лечь спать. Поскольку расстегнуть ее нормальным способом у него не получалось, он просто рванул ее на груди, оторвав все пуговицы, затем остервенело сорвал с себя и швырнул в сторону шкафа, выставив напоказ татуированные руки; татуировки у него были более искусной работы, чем у братьев.

– А знаешь, мы с тобой встречаемся и ни разу не спали, – произнес он, нахмурившись. – Ты моя первая девушка, которую я сразу не трахнул. – Он противно захихикал. – Только никому об этом не говори, это погубит мою репутацию.

Какую еще репутацию? Боже, да пьяный он втройне идиот!

– В случае чего я скажу, что ты настоящий гигант секса, не волнуйся, – шутливо успокоила его я.

Он довольно фыркнул, смерив меня лукаво прищуренными глазами.

– Нет нужды этого говорить, – сказал он. – Я и сам знаю.

На миг мне показалось, что он собирается расстегнуть брюки, но его руки остались на месте: одна – на животе, а другая – под головой. Я невольно наклонилась и посмотрела на натянутую ткань брюк, прикрывавшую то самое место у него между ног. Видно было не так много, но, если он их расстегнет, я увижу нечто весьма интересное…

Я отвела взгляд. Джуд, соберись! На что это он смотрит?

– Да, мужчины обладают редким преимуществом: пенисом, – заметила я с преувеличенным равнодушием. – Видимо, они придают ему такое огромное значение, какого он на самом деле никогда не имел. Должно быть, это связано с нарушением зрения, обусловленным Y-хромосомой.

Эган сначала натужно захихикал, а потом закатился расслабленным пьяным хохотом. Надо лбом у него торчали вихры, а щеки побагровели, как у настоящего пьяницы. Затем он расстегнул брюки, но так их и не снял, после чего растянулся на кровати, закрыв руками лицо. Матрас был ему явно короток.

Убедившись, что он уснул, я направилась к двери.

– Ты куда? – спросил он.

– Не хочу мешать тебе спать, – заявила я.

– Уйдешь, когда я совсем усну, – приказал он, не выпуская моей руки.

– А если я не хочу?..

– Ты останешься! – яростно прохрипел он.

– Боже, какой ты странный, – устало прошептала я.

Я подошла и села на край постели, привалившись спиной к стене. Комнату наполнила вязкая тишина: слышалось лишь сонное дыхание Эгана, становясь с каждым вдохом все спокойнее. Так прошло несколько минут. Я нетерпеливо встала, потому что мне нужно было найти Александра, и, убедившись, что Эган не шевелится, тихонько вышла.

Покинув комнату, я приступила к поискам. Пока меня не было, куда-то пропала Арти. Я в тревоге обежала все углы квартиры, пытаясь обнаружить ее среди танцующих, целующихся на диванах, выпивающих и просто болтающих. Искала я довольно долго, пока мне зачем-то не понадобилось выйти из квартиры, и тут, когда я подошла к лестнице и посмотрела через перила вниз, я увидела Александра.

Вокруг никого не было. Александр стоял на ступеньках нижнего этажа, но с ним был Оуэн. И это еще не все. Они отчаянно спорили. Оуэн казался страшно раздраженным, ничего общего с тем спокойным парнем, каким я его знала, а Алекс, тоже раздраженный и удрученный, да к тому же пьяный, шатался из стороны в сторону и что-то упрямо отрицал.

Я присела на корточки, ухватившись руками за решетку балюстрады и затаив дыхание, чтобы все видеть и слышать.

– В таком случае как тебе это удастся теперь? – спрашивал Оуэн. – Когда ты нетрезв и от всех прячешься?

Александр подошел к нему почти вплотную – разъяренный, пьяный и весь расхристанный.

– Каким образом тебе это удается? – допытывался он. – Шляешься по ночам незнамо где и при этом умудряешься высыпаться? Уезжаешь в путешествие на долгие месяцы, а потом появляешься как ни в чем не бывало? Я бы тоже не прочь такое проделывать. Скажи, как тебе это удается, и я тоже буду так делать, потому что все это дерьмо меня просто убивает! С того самого дня.

Оуэн изменился в лице.

– Ты можешь наконец забыть, что я тогда уехал?

– Ну уж нет! – в гневе воскликнул Александр. – Я не намерен этого забывать! Это были худшие минуты в моей жизни!

– Это были худшие минуты в жизни всех нас! – выпалил Оуэн.

Услышав эти слова, Александр еще больше разозлился, как будто взорвался после трехлетнего молчания:

– Но я был младшим! И, несмотря на это, все понял! Я понял, что Эгану на меня плевать, а Адрик предпочел кое-кого другого! Но я так и не понял, почему ты, единственный человек, в котором я так нуждался, слинял черт знает куда, не сказав ни слова! Я остался совсем один, не мог ничего выбросить из головы, хотел тебе позвонить, но ты как сквозь землю провалился!

В этих словах прозвучали ярость и боль, но Оуэн посмотрел на него с замешательством и даже страхом.

– Мне пришлось уехать, потому что я тоже был в это втянут! Или ты и вправду думаешь, что ты один не мог спать и чувствовал себя испуганным и потерянным?

Александр издал безрадостный кислый смешок.

– Для всех вас имеет значение только одно: вы сами. Мне все это осточертело.

Оставив за собой последнее слово, Александр поднялся по лестнице – видимо, хотел вернуться на вечеринку. Я уже была готова броситься следом за ним, но тут Оуэн добавил нечто такое, что заставило младшего из Кэшей остановиться.

– Ты не понимаешь. – Его голос задрожал. – Мы дружим с восьми лет, и я…

– Ты что? – взвился Александр.

Но пик ссоры уже миновал, потому что Оуэн произнес:

– Я не хотел оставлять тебя одного.

– Но ты это сделал. А теперь мне не нужен ни ты, ни твоя помощь, ни твоя забота, так что не лезь в мою жизнь! Иди поищи себе другое занятие, а меня оставь в покое.

Я бегом вернулась в квартиру. Вечеринка продолжалась. Музыка гремела во всю мощь. Гости еще были полны энергии. Стаканы наполнялись снова и снова. Эган спал. Адрик куда-то исчез. Я встала возле двери, дождалась, пока вернутся Александр и Оуэн, и подошла к ним.

– Привет, мне хотелось бы немножко поболтать с Александром, – произнесла я с улыбкой девушки, желающей провести время с симпатичным парнем.

Александр запустил пятерню себе в волосы и растерянно посмотрел на меня. За него ответил Оуэн.

– Мне жаль, Джуд, но Александр собирается лечь спать, – серьезно заявил он.

С этими словами Оуэн схватил его за плечо и потащил. Если бы я в этот момент не повернула голову посмотреть, не осталось ли в какой-нибудь бутылке пары глоточков, чтобы развеять тоску, то не увидела бы, с какой яростью смотрит Дэш, как Оуэн уводит Александра.

Эта ярость могла иметь лишь одну причину: ревность.

Я подошла к нему как ни в чем не бывало. Он так сосредоточенно смотрел в сторону двери, за которой скрылись Оуэн и Алекс, что даже не заметил, как я подошла, пока я не спросила:

– Кто тебя обидел? Оуэн или Александр?

Он слегка вздрогнул от удивления и растерянно заморгал, глядя на меня. У него были чудесные черные ресницы.

– Привет, Джуд, – буркнул он, все еще нервничая. Он явно был не в духе.

– Не волнуйся, Кайаны здесь нет, – сказала я. – Или она тут?

– Нет, она не пришла, – слегка закашлялся он.

– Прекрасно, тогда мы сможем поговорить о том, что ты делал в бассейне, – сказала я. – Вот и сейчас ты глаз не сводишь с Оуэна и Александра. Если я правильно поняла, ты ревнуешь?

Дэш поджал губы. Казалось, он еще сильнее занервничал. Он явно пытался найти предлог, чтобы сбежать, но я не дала ему такой возможности.

– Если расскажешь, я поделюсь тем, что Оуэн говорил о тебе, – торговалась я.

Он был явно озадачен.

– Он что-то говорил тебе обо мне?

– Да, в бассейне, – кивнула я.