Без причин (СИ) - Герман Алексия - Страница 13

— Ты в курсе, что отвечаешь на звонок со скоростью черепашки? — Привычно проворчал врач, когда она после нескольких звонков она, наконец, взяла трубку.

— А ты в курсе, что ворчишь, как столетний дед? — Цокнула языком Злата, едва сдерживая улыбку. Она знала, как сильно этот жест его раздражает, но ничего не могла сделать со своим детским желанием его побесить. — Прямо также занудно и устало. Совсем достали подопечные? Давай признавайся, кто сегодня: дети, молодые студентки или отчаянные соблазнительницы?

Павел Аркадьевич усмехнулся и опустился на небольшой диванчик. Он, действительно, безумно устал от бешенного ритма сегодняшнего дня, но не обменяться колкостями со Златой просто не мог. Это стало своего рода их маленькой традицией.

— Сегодня по плану: пенсионерки с мочекаменной болезнью и больным сердцем, — ответил мужчина, не желая вдаваться в подробности. Суть верная, а детали всего лишь детали. — Тебя думаю можно не спрашивать про распорядок дня, принцесса в башне?

— Ох, вы, как всегда проницательны, Павел Аркадьевич, — не скрывая иронии в голосе, подметила Злата. — Только ваше внимание и спасает от одиночества.

Девушка проговорила это шутливым тоном, пытаясь сразу перевести всё в шутку. Хотя, на самом деле, сказанное было чистой правдой. Только её личный врач и интересовался её самочувствием, спасая от бесконечного одиночества. С ним было тепло и уютно, несмотря на его бесконечное ворчание и высокомерные замечания.

— Хм, а как же юные университетские поклонники? — язвительная ремарка мужчины снова заставила улыбку проступить на лице.

Девушка по-детски закусила щёку изнутри, стараясь сдержать собственные внезапно нахлынувшие эмоции. Ведь, несмотря на привычный высокомерный и пренебрежительный тон мужчины, Злата уловила в этом вопросе нечто большее, чем простое любопытство.

— Ревнуете? — Хитринка в женской интонации, блеск в глазах и лёгкая нервозность в движениях. Мужчина, конечно, этого не видел, зато представил труда не составило. За последний месяц он уже успел изучить её самые яркие реакции.

— У меня нет на это времени, и я уже не в том возрасте, — отмахнулся Павел Аркадьевич. Признать её правоту было бы равносильно самому серьёзному удару по самолюбию. — Так что я просто систематизирую факты.

— Я так и поняла, — наигранно мило согласилась Злата. — Ну, если информация вам нужна только для систематизации фактов, то зафиксируйте: поклонники отсутствуют, но есть на горизонте один симпатичный врач. Правда, такой вредный, что даже бабки в поликлинике нервно курят в сторонке.

Павел Аркадьевич обессиленно улыбнулся, сил противиться этой непосредственной чуши просто не было. Хотя в нём и чередовался смех вместе с безграничным желанием спать. Постепенно последнее накрывало, но он всё ещё продолжал отчаянно цепляться сознанием за мелодичный голос Златы.

Так глупо. Без причин.

Её просто хотелось слушать и, несмотря на усталость, бросить трубку почему-то никак не поднималась рука.

— Может быть и так, — не стал спорить Павел Аркадьевич. — Но, знаешь, была у меня тут недавно одна пациентка. Трусливая как заяц, вдобавок ещё и порядочная лгунья.

Догадаться в чей огород полетел камень было несложно. Злата неосознанно прикусила губу, прекрасно понимая, что земля под её ногами начинает шататься. Было глупо надеяться, что эта тема никогда не всплывёт, мужчина и так продержался поразительно долго, не напоминая о её косяке.

— И что врала про свои болезни? — уточнила девушка.

— И про болезни, и про поклонников, — совершенно серьёзно произнёс Павел Аркадьевич без тени сарказма или иронии. Ему достаточно было вспомнить хотя бы нескольких ребят, которые пытались пробраться через него к Злате, чтобы сделать неутешительный вывод. — Но я её мало того, что простил, так ещё и фактически спас.

Конечно, не упомянуть свою святейшую роль Павел Аркадьевич просто не мог. Впрочем, Злату это никак не удивило. Девушка уже давно научилась читать между строк и прекрасно понимала, какая именно обида сейчас гложет мужчину. Невысказанная, но такая отчётливая. Однако одно её наличие по-настоящему согревало.

— Да вы просто ангел, — Злата хмыкнула, раздумывая, как бы спросить напрямую. Минуту металась. Выдохнула, словно спортсмен перед прыжком, и бросилась в омут. — И что же? Она никак вас не отблагодарила?

Девушка старалась казаться уверенной, но голос предательски замирал, а Павел Аркадьевич ничуть не помогал, а, словно нарочно, испытывал её терпения и силу воли.

— Ну, почему же? — Риторический вопрос, долгая заминка и вид искреннего размышления. — Отблагодарила, а потом ушла, — новая пауза и поразительно точный акцент, — не попрощавшись.

Злата опустила голову и замолчала, не зная, что сказать в ответ. Девушка подтянула колени к груди, обнимая их рукой и надеясь, что спасительные слова придут в голову сами собой. Но они всё не шли. Конечно, она знала, что эта тема неизбежна, поэтому каждый вечер перед сном прокручивала в голове возможные фразы. Жаль только, что все эти попытки оказались абсолютно бесплодны. И теперь со стороны девушка была похожа на выброшенную на берег рыбу.

— А вы ждали, что она останется?

Минутная пауза показалась затаившей дыхание Злате невыносимой вечностью.

— Ждал. — Уверенно и просто ответил мужчина. Быстро настолько, что девушка подумала, что это лишь её слуховая галлюцинация. — Разумеется, чтобы только проверить состояние её здоровье.

Разумеется, мужчина не был бы собой, если бы не попытался сгладить собственные эмоции. Впрочем, всё, что нужно, Злата успела понять и не нуждалась в повторениях.

Привычно сдержанный Павел Аркадьевич и так сделал для неё поразительно много. И от каждого его такого действия и внимания огонёк в груди разгорался всё сильней. Мучить его ещё больше не хотелось, хотя от небольшой колкости Злата всё-таки не удержалась.

— А вы за каждого пациента так беспокоитесь?

— За каждого, они — моя ответственность, а иначе никак.

— Тогда вы очень хороший врач.

Короткий вывод и такой же короткий ответ.

— А вы не очень хорошая пациентка.

Они замолчали, видимо, не понимая, что ещё нужно сказать. Злата прижала телефон к уху, закрыла глаза, набираясь смелости и всё же решилась произнести то, что давно хотела.

— Прости за то утро, — тихо на грани слуха, и так непохоже на всегда бойкую и решительную Злату. — Мне нужно было уйти, я не могу сказать причину, не сейчас. Но… если бы я могла, я бы осталась, потому что ни о чём не жалею.

— Знаю. — Спокойно ответил мужчина. В целом, он с самого начала не сомневался в том, что она ушла не сама, но всё же волна облегчения позорно пробежала по телу.

— Не слишком самоуверенно? — Добавила Злата, пытаясь свернуть на привычную дорожку мягкого юмора.

— Слишком, — согласился Павел Аркадьевич. — Зато правда.

— Правда, — подтвердила бывшая пациентка, решаясь на новый крохотный шажок в его сторону. — А ещё я очень соскучилась. Глупо звучит, да?

— Глупо, — высокомерно заметил врач, хотя сам еле удержался от улыбки. Он тоже хотел её увидеть и спорить с этим желанием было бессмысленно. — Правда, меня это сильно не бесит.

Злата рассмеялась, чувствуя, как внутри с ускоренной силой начинает биться сердце. Тот самый Павел Аркадьевич, который в первую неделю смотрел на неё как на враг народа, сейчас фактически говорил ей о том, что она ему нравится? Одно это осознание заставляло её теряться как маленькую школьницу.

— Звучит почти мило, — шепнула Злата в трубку, невыносимо жалея о том, что уже нужно было уходить. — Мне пора. Доброй ночи, хорошего дежурства вроде не желают, да?

— Не желают. Но посыл понятен, — усмехнулся Павел Аркадьевич. — Позвоню завтра. Доброй ночи, принцесса в башне.

Он отключился, расслабленно укладываясь на диван и закрывая глаза. Ему было иррационально хорошо, спокойно и уютно, и хотелось, как можно дольше продлить эти давно забытые ощущения.