Дресс-код для жены банкира - Сиверс Лиза - Страница 19

— Хорошо, — согласилась я, — а зачем был нужен весь этот спектакль с приставаниями и жуткими подробностями смерти твоего упыря? Чтобы я прониклась серьезностью положения?

— Почему спектакль? Поприставала по-настоящему и не без удовольствия. Только очень уж ты зажата. Надеюсь, с мужчинами ты не такая, а то твой живо тебя бросит, и я не успею продать ему свою коллекцию.

— По-моему, ты переходишь все границы. — Я была готова сбежать.

— Ничего подобного. Просто я более опытная. И предупреждаю тебя.

— О чем же это?

— Да так, ни о чем. Только учти: у него была куча баб, и среди них такие виртуозки, такие мастерицы…

Она наслаждалась моим замешательством. И мне действительно было противно, но ведь и без Ирины было понятно, что Алексей — человек с прошлым. Но что мне теперь эти прошлые безобразия? Что было, то было. Не подозревающая о ходе моих мыслей Ирина тем временем продолжала:

— Свечи, балерины — это у них сейчас, а раньше набьют полную сауну девок и давай стараться…

Пора было прекращать эти откровения.

— И ты, как я понимаю, была постоянной участницей этих праздников плоти? И поэтому-то теперь тебя не воспринимают, я правильно рассуждаю? Думаешь, упаду лапками кверху? Не дождешься!

— Рассуждаешь-то ты правильно, да только не надо задирать нос. Я с твоим красавцем знакома очень близко. И что теперь? А ты ведь ничем меня не лучше. — У нее вдруг дрогнул голос.

Надо же, обиделась. Зачем, собственно, с ней ссориться? Хорошие отношения всегда пригодятся. Надо было спасать ситуацию.

— Я не лучше, просто меня вовремя предупредила одна мудрая особа, — произнесла я смиренно.

Ирину такими простенькими уловками с толку было не сбить, но она, видимо, поняла, что слегка перегнула палку.

— Да, может, и лучше. Только мы друг другу еще пригодимся, вот увидишь. А сейчас пока, мне нужно ехать.

Она круто повернулась на каблуках и быстро пошла к выходу из парка.

Неплохая, кстати, идея — пособирать бумажки, хотя я не замечала в доме никаких бесхозных листков или записных книжек. Наверняка все хранится на жестком диске ноутбука, и здесь шансы мои невелики: компьютером я владею на уровне примитивного пользователя, а в таком деле нужен специалист. Значит, задача такая: найти и соблазнить юного хакера. Соблазнить — это для того, чтобы избавиться от комплекса неполноценности, который дал о себе знать после беседы с Ириной, недвусмысленно намекнувшей на мои скромные женские возможности. Только где с ними знакомятся? Наверное, где-нибудь в Политехе. Студенту — я опять вспомнила Ирину — знакомство с такой шикарной дамочкой на «БМВ», как «из детского сада в университет». Впрочем, Ирина — это университет, без всяких сомнений, а я что? И потом, в аудиторию на авто не заедешь.

В конце концов решение пришло. Сделав звонок в одну газету, которая во времена моей деловой активности была мне дружественной, я спросила, нет ли в их техническом отделе молодого симпатичного талантливого специалиста определенного профиля. В газете ничуть не удивились такому вопросу: народ там вполне циничный. И уже на следующий день устроили мне встречу с молодым талантливым и не слишком, на мой взгляд, привлекательным юношей по имени Артем. Впрочем, этот субъект, одетый в широченные, по всей видимости, никогда не стиранные штаны и линялую футболку, и не собирался мне понравиться.

— Да вы уж сразу скажите, на что могу сгодиться, — ерзал он на кожаном сиденье моей машины, — и, само собой, сколько заплатите.

— Нужна программа, чтобы влезть в компьютер, не зная пассворда.

— Пассворд! — Он хихикнул. — Пассворд — это у девушек, пишущих эротические новеллы, чтобы мама не прочла. А у нормальных людей — нормальная защита.

Какие эти юнцы надменные. Что с ним дальше-то будет, страшно представить.

— Очень уж ты сообразительный.

— Да, это есть, а потому и гонорар давайте соответственный, — начал вымогать Артем.

Вспомнив, что рекомендации у него хорошие и обмануть он, судя по ним, не должен, я согласилась на требуемую сумму.

После очередной отлучки «по делам» Лекс решил отдохнуть в моем обществе, но уединяться нам удавалось редко, потому что по ходу дела приходилось развлекать и Кита. У младшего братишки понятия о досуге были весьма определенные. Прогулки по пляжу и катание на лошадях казались ему неинтересными, он предпочитал носиться по трассе вдоль побережья, периодически «отдыхая» в шашлычных в обществе девушек веселого нрава. Я удивлялась, почему, собственно, Лекс не хочет предоставить парню свободу. Впрочем, оказалось, что такой опыт уже был и все закончилось тем, что Кит привез в «Родник» пару машин с веселыми девицами, после чего имел место кутеж, сопровождавшийся всякими безобразиями, включая загаживание бассейна. Зная брезгливость Лекса, я поняла, что нынешний Никитин пост будет тянуться долго и нудно.

Зато воздержание, спокойный сон по ночам, приличная одежда и отросшие за это время волосы сделали Кита вполне привлекательным парнем. То есть, когда он молчал, на него было вполне приятно смотреть. Впрочем, молчал он редко.

— Ну че, опять будете по-стариковски прогуливаться, насыщаться кислородом, да? Леха-то что, он уже настоящий дедок, а ты-то что? — взывал ко мне Никита.

Лекс кривился и углублялся в газеты.

— Не будет больше беспредела, не будет, я же сказал, — гнул свое Кит. — Отпусти хоть с Лелькой на дискотеку!

— Вот еще придумал. Не могу я подвергать Валерию такому риску, — отмахивался старший брат. — Ты же опять напьешься, станешь неуправляемым, что ей тогда прикажешь делать? И бросить-то тебя ведь нельзя, а то бы уже давно бросили.

Не иначе как Лекс обещал маме присматривать за сорванцом. И существует ли вообще эта самая мама, или папа? Они друг на друга совсем и не похожи. Может, они братья в другом смысле? Убили кого-нибудь, побратались? Фу, глупость какая, придет же такое в голову.

— Ладно, я все понял. — Кит тем временем в очередной раз смирился с поражением. — Может, хоть пообедаем на шашлыках?

Лекс как раз ненавидел загородные шашлычные излюбленного Никитой типа. Чаще всего после посещения этих заведений у него случалась изжога, а плохое настроение было просто всегда. Ему не нравилось там все: деревянные столы, дым от мангалов, шум, простая посуда и репчатый лук, который подавали к шашлыку. Свиной шашлык, который любил заказывать Никита, уже своим видом лишал его аппетита, а вино всегда казалось подозрительным, даже если бутылку откупоривали при нас.

В этот день Лекс при упоминании шашлычной скривился больше обычного. Это был подходящий повод остаться с Китом один на один и позадавать ему вопросы.

— Вообще-то прическа у него теперь пристойная, поэтому вполне можно провести с ним денек, если, конечно, он поклянется вести себя прилично. А ты сможешь отдохнуть.

Лекс только успел в изумлении поднять брови, как Кит испустил радостный клич и завопил:

— Слыхал? Ей, может, тоже от тебя отдохнуть надо.

— Ни разу еще сделанное женщиной предложение не приводило его в такую экзальтацию. — Лекс скептически посмотрел на меня. — Впору ревновать. Впрочем, езжайте куда хотите. Скорость не превышайте, лучше пусть Валерия рулит. Да, и чтобы без водки.

Несмотря на то что формально нас благословили, в атмосфере чувствовалась какая-то нервозность.

— Пойду познакомлюсь с его машиной, — нашла я повод оставить их вдвоем.

Я не сомневалась, что за первым же поворотом меня попросят отдать руль, но покинуть пределы имения следовало согласно инструкциям. Машина у Никиты была еще та — черный «мерседес»-купе с тонированными стеклами; приличной девушке и стоять-то рядом нехорошо. Внутри, конечно же, черная кожа. Забравшись внутрь, я обнаружила, что сиденье нужно придвинуть совсем чуть-чуть: у нашего качка, оказывается, короткие ноги. Убедившись, что тронуться с места и выехать из ворот вполне смогу, я решила заглянуть в бардачок. Ничего интересного, коллекция презервативов, что, в сущности, не так уж и плохо — определенный показатель цивилизованности, и все. Зато на заднем сиденье, сливаясь с обивкой, лежал гораздо более интересный предмет — черная папка для документов. Внутри обнаружились листки с написанными от руки столбиками цифр. Это была удача, оставалось только скопировать содержимое папки. Впрочем, в доме, я это точно знала, и в помине не было никакого ксерокса.