"Фантастика 2023-100". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Голотвина Ольга - Страница 782

— Очир! — позвал Бури, одного из своих командиров, — возьми сотню и проверь вход.

Высокий воин поклонился. Дав знак спешиться, он двинулся в сторону черного пролома. Вспыхнули факелы. Сотня бойцов, один за другим вошли под мрачные своды подземелья. Мерцающий свет выхватывал темные, покрытые мхом, стены туннеля. Впереди степняки видели только клубящуюся тьму. Пройдя не более десяти шагов, Очир обнаружил, что туннель разветвляется. Он в нерешительности остановился, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь впереди. Неожиданно он заметил в левом туннеле, какое-то движение. Очир сделал несколько шагов в ту сторону, повыше подняв факел и осветив часть пространства перед собой. Бывалый воин вздрогнул от ужаса. Ему показалось, что он видит перед собой чудовище, похожее на трехглавого коня на котором ездит бог смерти. Очур попятился, взмахнув факелом, чтобы отогнать от себя видение. Огненные всполохи отразились от металлической кольчуги. Теперь он смог рассмотреть перед собой трех всадников, стоящих в ряд. За ними просматривались силуэты, закованных в броню, гридней. Как по команде в сторону остолбеневшего ордынца опустились копья. Очир хотел закричать, но острый наконечник копья вонзился ему в горло…

Темник Бури в нетерпении ожидал возвращения разведчиков. Он нервно постукивал плетью по голенищу сапога, то вставая на стременах, то вновь опускаясь в седло. Внезапно впереди, со стороны чернеющего на фоне горы входа в подземелье, раздался быстро приближающийся гул. Земля задрожала под ногами. Бури хорошо знал этот звук, стука сотен копыт, и понимал, что за этим последует. Но не успел он дать команду своим воинам, как из подземелья с гиканьем и копьями наперевес вылетели всадники, облаченные в кольчуги. Одновременно с этим, со склонов посыпались пешие воины, выскакивающие из узких лазов. Из-за деревьев в сторону ордынцев полетели стрелы.

— Угроза! — закричал Бури, выхватывая саблю, — к бою!

Но его крик утонул в шуме завязавшейся битвы. Дружинников было меньше чем, ордынцев, но они застигли их врасплох. Кавалерия русичей уже набрала ход. Опустив тяжелые копья, они врезались в скопившихся кочевников, разорвали их строй на отдельные отряды и принялись методично уничтожать, потерявших управление багатуров.

Пешие русичи бросались на кипчаков с криками, подобными реву медведей. Они сбивали их с коней, добивая на земле. Комья снега, земли и брызги крови, разлетались во все стороны. Русичи атаковали не жалея собственной жизни.

Бури метался среди схватки, пытаясь собрать вокруг себя оставшихся в живых воинов. Но все было бесполезно. Ряды нойонов дрогнули и побежали. Не разбирая дороги, они мчались вниз по склону. Их кони спотыкались о торчащие из земли корни, скатывались в овраг. Бегущие в панике степняки, давили друг друга. Следом за ними с победным кличем мчалась русская конница…

10 ноября 15 часов 00 минут- 20 часов-00 минут Поле боя перед Киевом.

Вязкая битва продолжалась весь день. После первого успеха засадного полка и Киевской дружины, русичи завязли в массе перешедших к обороне монголов, застрявших на правом берегу Днепра. Темник Кайдану, был хорошим полководцем. Видя, что штурмующие стены ордынцев могут попасть в окружение, он приказал дать сигнал к отходу. На всем протяжение горда, степняки отхлынули от стен, и отошли на поле перед Лядским воротами, где натиск русичей был особенно сильным. Собрав все силы в кулак Кайдану, организовал оборону. Теряя людей и силы, монголы сдерживали русские дружины. По полю боя скакали русские и монгольские кони, волоча за собой мертвых и раненных всадников. Но Кайдану видел, что так долго продолжаться не может.

Вопреки ожиданиям с ордынцами бились не какие-нибудь ополченцы, бывшие кожевники, столяры, кузнецы и другой простой люд, а вполне обученные воины. Они не бросались сломя голову на ощетинившихся копьями степняков, а, надвигаясь в плотном строю, планомерно выдавливали их к краю береговой линии. Вскрывшаяся река не давала возможности отступить, и придти на помощь с другого берега. Опасаясь попасть в своих, обстрел русских метательных машин прекратился. Но более точные баллисты и стрелометы, продолжали выкашивать монгольские ряды. Камни, с огромной силой выброшенные баллистами крошили щиты, доспехи и шлемы. Похожие на копья снаряды стрелометов, пробивали сразу несколько воинов, стоящих в плотном ряду. Но спешившиеся багатуры держались стойко, надеясь на скорую помощь.

Видя бедственное положение своего войска, Мункэ послал им подмогу, надеясь, что его отряды смогут переправиться на другой берег ниже или выше по течению Днепра. Но отряд под командованием воеводы Гаюка, шедший на запад столкнулся в русичами, разгромившими отряд Бури на 'Лысой' горе. Пол тумэна, под предводительством воеводы Урдюя на востоке завяз в схватке с мобильным русским отрядом. Около тысячи всадников в легких доспехах носились по полю, не приближаясь к ордынцам, и не вступая с ними в прямое столкновение, осыпая их стрелами из арбалетов. Каждый русичь успевал сделать из своих странных приспособлений по восемь прицельных выстрелов, против двух-трех со стороны ордынцев. Эти странные короткие стрелы, на большом расстояние, пробивали даже самые крепкие доспехи, выбивая из седел тяжеловооруженных джахангиров. Монгольские же стрелы практически не причиняли вреда быстрым всадникам. Выпустив по врагу все болты, русичи уносились, но скоро возвращались, перезарядив оружие. Урдюй попытался было погнаться за назойливыми вражескими конниками, но кони под тяжелыми монгольскими всадниками вязли в глубоком снегу. Неся потери и не сумев пробиться на помощь к Кайдану, Урдюй и Гаюк отступили.

Мункэ велел усилить отряды своих воевод и повторить попытку прорыва, но в этот момент к нему прискакал командир его охраны.

— Мой повелитель! — закричал Нергуй, указывая рукой на юг, — смотрите! К нам в тыл вышли урусы!

Мункэ перевел взгляд, туда, от куда он ни как не мог ожидать опасности. Все приграничные земли были очищены от врага. Откуда же могли взяться русские войска в его тылу. Но не верить своим глазам он не мог. Вдалеке к атаке выстраивалась конная рать. Над их головами развивались на ветру русские стяги. У Мункэ было еще достаточно войска. Он уже приготовился дать команду перестроиться и атаковать, но в этот момент над его головой с чудовищным свистом пролетел огненный шар. Мункэ даже присел от неожиданности. Прочертив дугу, объятый пламенем снаряд ударил в шатер полководца, превратив его и, стоящих около входа тургаудов, в пылающие факела. Следом на монгольский стан обрушился град снарядов. Это заработали дальнобойные требушеты киевлян. В одно мгновение лагерь превратился в пылающий ад. Вокруг метались объятые пламенем кони и люди, безуспешно пытавшиеся погасить огонь. Неизвестно откуда появившиеся всадники, усиливая и так возникшую панику, кричали, что русичи уже ворвались в стан.

Потеряв хоть какой то рассудок и организацию, степняки бросились в рассыпную. Каждый старался сохранить только свою жизнь.

— Все кончено! — стараясь перекричать возникший шум, закричал Нергуй, хватая хана за руку.

— Где коназ Изяслав?! — злобно сверкнув глазами выкрикнул Мункэ.

— Он сбежал! — ответил верный таргаут, — надо и нам спасать свою жизнь!

От полного разгрома монгольский экспедиционный корпус спасла только быстро наступившая ночь.

Глава 7 Тревожные вести

Наступил рассвет после битвы. Тот самый момент учета итогов предшествующего дня, определение потерь и завоеваний. Разбитые остатки орды спешно отступил под прикрытием темноты. Победители не рискнули преследовать их во мраке. На поле остались только убитые и тяжелораненые.

Увидев бегство своего полководца, остатки войска Кайдану, сдались на милость победителя. Легко раненных увезли еще до наступления темноты. Отличить тяжелораненых от мертвых ночью, не было ни какой возможности, потому осмотр места сражения оставили до утра.