Креолка. Тайна аристократки - Сойер Шерил - Страница 57

— Поразительно! — воскликнул он. — Где же вы услышали эти строки и как запомнили их?

— Вы удивились бы, месье, узнав, в каких отдаленных местах известна ваша поэзия, — ответила Айша.

— Как прекрасно вы прочли эти строки, — заметила графиня. — Некоторые из них я знаю наизусть, но после вас постеснялась бы декламировать. Вам придется довольствоваться тем, что вы услышите их в узком кругу, — обратилась она к шевалье, и тот снова покраснел.

Графиня пригласила всех в музыкальную комнату, чтобы показать свою новую арфу. Айша и шевалье преодолели робость, беседуя о поэзии. Знания Айши были поверхностны, но он охотно объяснял этой необычайно красивой юной итальянке, как следует относиться к современной французской поэзии. Оба признались в том, что им нравится Сент-Ламбер, хотя шевалье и считал его поэтом вчерашнего дня. Айше пришлось защищать Вольтера, ибо д’Эон считал его богохульником.

Пока они разговаривали, графиня де Рошфор удовлетворенно наблюдала за ними с другого конца комнаты. Хотя графине было чуть больше двадцати лет, она слыла одной из самых изобретательных хозяек. Она не устраивала разгульных вечеринок, в отличие от тех, кто сводил вместе людей, падких до удовольствий. Шарлотта де Нови проявила себя как многообещающая дебютантка, и графиня не ревновала, видя ее и шевалье вместе, ибо за прошедшие недели хорошо узнала его сердечные пристрастия и вкусы. Понимала она и то, что ни одна женщина не имеет над ним такой власти, как она сама. Графиня решила усадить шевалье рядом с очаровательной маркезиной после того, как придет последний гость и все соберутся за столом.

Долгожданный гость прибыл и беседовал с графиней, но Айша не взглянула на него. Наконец, мадам де Рошфор подошла к юной паре и пригласила их к столу. Айша обернулась и взглянула на высокого гостя.

Это был Жервез де Моргон!

Потрясенная Айша покачнулась, но шевалье удержал ее за локоть. В ушах у Айши зазвенело. Гость смотрел прямо на нее; он наблюдал за Айшой уже несколько минут. И что же он увидел?

Графиня всполошилась:

— Я поддержу ее, ради бога, принесите стул!

Шевалье принес стул и помог Айше опуститься на него. Она ждала, когда прозвучат роковые слова. Одно слово Моргона превратило бы ее в то жалкое существо, каким она и была.

— О боже! — Графиня взглянула на д’Эона. — Должно быть, я сегодня днем утомила ее. Как безрассудно я поступила!

— Нет, мадам. У меня внезапно закружилась голова, но все уже прошло. Я не хочу задерживать ваших гостей.

Шевалье предложил Айше руку, и она встала. Незачем прижиматься к стене, ничто не спасет ее, если Жервез де Моргон вздумает рассказать обществу о коварном, отчаянном мальчишке, который улизнул от его конюха на грязных улочках Нанта. Вместе с другими гостями Айша приближалась к нему. Она чувствовала себя так, словно идет на эшафот. Палач ждал с вежливой улыбкой.

Графиня представила их друг другу, Моргон склонился над рукой Айши. Она, замирая, ждала слова или жеста, которые погубят ее. Но шевалье снова предложил ей руку, графиня же взяла Моргона за локоть, и все направились к столу.

За трапезой Айша не произнесла ни слова. Гостей заинтриговало это молчание, и только Жервез де Моргон, казалось, ничего не замечал. Каждый раз, когда их глаза встречались, он и виду не подавал, что узнал ее.

За столом присутствовало семь гостей — две кузины мадам де Рошфор из провинции, кадет военного коллежа Сен-Сир и адъютант австрийского посла в Париже. Шевалье завел с кадетом разговор о системе коалиций в Европе, и Моргон присоединился к ним. Графиня дала этим троим полную свободу, пораженная глубиной знаний и остроумием своего возлюбленного.

В конце концов все снова разговорились, и Айше пришлось принять участие в беседе. Жервез де Моргон поинтересовался, что она думает о Париже, но задавал он банальные вопросы, и Айша уверенно отвечала на них. Наблюдая за ним, она старалась привыкнуть к этому смертельно опасному существу. Жервез де Моргон, хорошо одетый, бледный, кареглазый, с мягкими каштановыми волосами, совсем не напоминал хозяина, хотя носил ту же фамилию. Однако Айша не могла чувствовать себя свободно в его присутствии.

Когда трапеза закончилась, все отправились в музыкальную комнату, где хозяйка долго играла на арфе. Все слушали с вежливым вниманием, но Моргон, расположившись рядом с Айшой, вполголоса заговорил с ней.

— Вы играете, мадемуазель де Нови?

— Нет.

— Однако итальянцы так музыкальны: наверное, вы поете?

Айша стиснула руки, не сводя глаз с исполнительницы.

— Немного, иногда.

Вдруг перед ее мысленным взором появился длинный ряд женщин в белом: они пели на тростниковых полях. Знал ли сидевший рядом с ней мужчина, что вернул ее в прошлое?

— Вы впервые приглашены к графине? Она восхитительная хозяйка, не правда ли? Не всем дано столь умело свести вместе незнакомых людей.

Его голос звучал так спокойно, что Айша не угадала, на что намекает Моргон.

— Вы долго пробудете в Париже?

— Мне хотелось бы задержаться, но это зависит от моего брата.

— Ах да! Его куда-то вызвали. По семейным делам?

— Так он сказал.

Айша задумалась. Разговаривая с другими, она делала вид, что безответственный родственник немного подвел ее, но, беседуя с Моргоном, боялась выдать себя.

— Этих молодых людей не поймешь, — сочувственно заметил Моргон и тихо добавил: — Позвольте заверить вас: друзья в Париже сделают все, чтобы развлечь вас, пока он отсутствует.

Айша одарила его вымученной улыбкой, но так и не избавилась от смущения. Неужели этот человек не узнал ее? Айша припоминала, как выглядела, когда Моргон впервые увидел ее — неопрятную, в мальчишеской перепачканной одежде. Тогда он смотрел на Айшу так внимательно, что, без сомнения, запомнил ее. Айша украдкой взглянула на Моргона, но сейчас он смотрел не на нее, а на графиню. Может, он слишком озабочен собой, чтобы проявлять любопытство к другим? Или же ждет удобного момента, чтобы выложить все хозяйке.

Однако, когда беседа возобновилась, Жервез де Моргон ничего подобного не сделал. Он был любезен со всеми, не секретничал с графиней и через полчаса учтиво распрощался, удостоив мадемуазель де Нови низкого поклона. Совсем обессилев и понимая, что другие гости тоже собираются уходить, Айша поднялась. Но графиня и шевалье удерживали ее до тех пор, пока она не пообещала составить им компанию следующим вечером на ужине у герцогини де Брюссак.

У Айши возникло неприятное подозрение.

— Месье де Моргон тоже будет там?

— Думаю, нет, — ответила графиня. — Он не посещает графиню. Он произвел на вас впечатление? — с улыбкой спросила она.

— О нет!

Шевалье рассмеялся и предложил Айше руку.

— Эту молодую даму нельзя дразнить. У нее слишком чувствительная натура. Только такая утонченная душа откликается на поэзию. — Шевалье собрался проводить ее до экипажа графини. — Только подумайте, как она ценит мои стихи!

Его глаза вспыхнули, и Айша ответила ему благодарной улыбкой.

Над тростниковыми полями взошла луна. Айша одна шла по полю, а позади нее слышались тяжелые шаги. Айша пустилась бежать, к ее вискам прилила кровь и стучала в них. Она добежала до угла и хотела свернуть, но тело не слушалось ее, и тяжелые шаги неуклонно следовали за ней.

Айша ухватилась за толстый тростник, надеясь укрыться в тени, но оказалась на открытом пространстве. Лунный свет освещал убийцу и ее обнаженное тело. Краем глаза Айша увидела, что к ней приближается белозубый человек. В руках у него сверкнуло длинное лезвие. Это был Голо, он высоко поднял мачете и собирается нанести ей удар. Мачете опустилось, Айша закричала и — ничего не почувствовала. Образ Голо распался, будто лезвие разрезало его пополам, а в образовавшейся пустоте появился хозяин. Айша заметила, как блеснули его ястребиные глаза, затем очертания хозяина стали расплываться.

Айша снова пронзительно закричала и проснулась. Свет проникал из-под двери спальни. Приближалась служанка. Айша вздрогнула и окончательно проснулась. Она села, ухватившись за столбик кровати, ее сердце громко стучало.