Почти человек (СИ) - Шарапов Кирилл - Страница 63

— Рад слышать, — улыбнулся артефактор. — Ну что, племяш, как считаешь, будет прок для нашей семьи с этой затеи?

— Для меня точно будет, — неожиданно, дернув щекой, немного зло произнес Койт. — Дядя, не буду притворяться, что не помню, как вы меня называли никчемным бездарем. Не турнули из семьи, и на том спасибо. Но я ничего не забыл.

— Ну прости, племяш, — вполне искренне повинился Горм. — Три года назад ты хлопнул дверью и ушел, чтобы открыть свою мастерскую, которая не только доход в семью не приносила, ты и себя-то мог с трудом прокормить. Да, я бросил тебе эти слова вслед. И сейчас мне за них стыдно. Но ты отверг возможность помогать мне и твоему покойному отцу в наших трудах, ты повел себя тогда не как взрослый.

Головин вздохнул, он был в курсе отношений дяди и племянника, и считал, что они были оба неправы.

— Господа, давайте не будем ворошить старое. Койт, твоя мастерская и вправду чахлая, еле выживающая точка, в которой ты зарабатываешь гроши. Но ты продержался на плаву достаточно, чтобы помочь мне воплотить задуманное. И если сегодня нам улыбнется удача, то твое имя войдет в историю империи, как создателя нового вида транспорта.

Парень задумчиво посмотрел на Головина.

— Павл, знаешь, ты прав, во всем прав. Дядя, прости меня, я был зол. У меня не было ни дара отца, ни его таланта, я знал, что всю жизнь проживу в вашей тени. Но если все получится, да, у меня будет собственное имя, и знаешь, что я понял?

— Что же, племяш? — Горм тоже успокоился и с интересом наблюдал за повзрослевшим родственником.

— Что можно и без силы двигать науку. Павл открыл мне глаза, как можно без кристаллов создать нечто удивительное. Я думаю, у нас все получится. — Он встал и протянул дяде руку. — Я больше не злюсь на тебя за те слова, в тот момент ты был прав.

Горм поднялся навстречу, но протянутую руку проигнорировал, а просто сделал шаг вперед и обнял племянника. При этом он бросил благодарный взгляд на Головина. Похоже, эта ссора терзала долгие годы их обоих.

Гости начали подтягиваться минут за двадцать до начала. Первыми явились Дорки, причем довольно внушительной делегацией, с женами и детьми. Оказалось, что Итанн далеко не единственный подросток. Диалл представил Головину двух очаровательных белокурых близняшек лет шестнадцати, которые с интересом посматривали на общающегося с их отцом Павла. Еще в составе «делегации» присутствовали сразу несколько технических специалистов, которые изнывали от нетерпения. Гражданский транспорт и кое-какой для императорской армии был их вотчиной, понятно, что они не ждали прорыва именно в этой области, но им было явно интересно, что скрывалось за занавесом.

Головин в дверях встречал приглашенных — чиновников из патентной палаты. Прибыли поверенные рода Шельд, надо сказать, тоже довольно представительной делегацией из шести человек. Последними явились несколько видных вольных артефакторов и двое промышленников, занимавшихся разной бытовой мелочевкой.

Головин глянул на часы, кое-кого не хватало. Но вот в дверях появилась Дия. Сейчас она совершенно не напоминала дочь контрабандиста, одета она была как светская дама в платье, шляпку, в руках зонтик.

— Думал, не придешь, — целуя ей руку, шепнул Головин.

— Я не могла пропустить твой триумф, — улыбнулась девушка. — Я не опоздала?

— Почти, — улыбнулся в ответ Павел. — Но теперь все в сборе, и можно начать.

Он приводил Дию за отдельный столик и направился к стенду, где его уже ждал нервничающий Койт.

— Дамы и господа, — вышел вперед Головин, — я рад вас всех тут видеть. — Он посмотрел на сидящих за столиками гостей. — Буквально через минуту мы представим совершенно новый транспорт. Он создан как для города, так и для сельской местности. Только один из образцов имеет отношение к артефаторике, и то косвенно. Остальные — чисто механические изделия, как для взрослых, так и для детей. А теперь позвольте представить человека, который своими руками по моим чертежам собрал их. Мастер Койт!

Парень, смущаясь, вышел вперед под не слишком бурные аплодисменты и поклонился.

— Дамы и господа, позвольте мне поблагодарить вас за внимание, уделенное нашей работе. Думаю, вас, как, впрочем, впоследствии и простых людей, очень заинтересуют эти устройства. Первое мы с партнером назвали трекгонс, что означает — крути колеса, второй глессер — самокат. Добро пожаловать в мир механики.

Занавес упал, и все с интересом уставились на не слишком, конечно, технологичные изобретения.

— Итак, — вышел вперед Головин, — по технической части все вопросы к мастеру Койту. А я лишь скромно покажу, как на этом нужно ездить.

Павел спустил на пол первый велосипед и, с улыбкой перекинув ногу через раму, налег на педали. Что ж, сказать, что народу понравилось, это ничего не сказать. Кроме того, Павел всегда любил велики и считался не самым плохим трюкачом. Конечно, он не решился исполнять на них различные вращения рамой, прыжки или мэнуал, нет, но без рук и на заднем колесе он проехал уверенно под аплодисменты публики. Дальше настал черед самокатов. Тут фееричного не показать, разве что скорость глессера на котором стоял артефактный движок. Несколько техников, прибывших с делегацией великих, взяли в оборот смущенного Койта. Итанн пытался научится кататься. После третьего падения он, наконец, поехал, и к концу второго круга был в полном восторге.

— Поздравляю, Павл, — пожал ему руку Кренс Дорк, — вы сделали действительно интересные вещи. И самое главное, я уверен, что их можно будет продать. Что вы хотите за свои разработки?

— Одиннадцать процентов с каждого изделия, десять мне, один Койту.

Кренс задумчиво покрутил что-то в уме, видимо, прикидывая расходы.

— Что ж, это приемлемая цена. Но я предложил бы вам разделить заказы между интересующими сторонами.

— Так я и собираюсь сделать. Тут два великих рода и несколько богатых промышленников, каждый заберет себе что-то одно, и спокойно будет делать это на своих заводах. Никто не останется в обиде, в продажу пойдёт сразу большой ассортимент. Могу поспорить, что ваши механики постараются улучшить товар. И я буду этому очень рад. Все же мы сделали то, что сделали, фактически из подручных материалов в маленькой мастерской, и это исключительно заслуга Койта.

— Думаю, предложить ему место инженера на одном из производств, — появляясь рядом с Головиным, произнес Диалл Дорк. — Он будет там на своем месте.

Павел улыбнулся, что ж, теперь за судьбу парня можно не беспокоиться. Что сказать? Все удалось. Господа сами договорились, кто и что будет изготовлять. Финансисты прикидывали объемы и затраты на начало производства, именитые подсчитывали в уме прибыль. А Головин получил пять грамот от патентного имперского бюро. Что ж, дело было сделано, конечно, не сразу, но деньги потекут в его карман. Сначала в продажу пойдут самокаты, их гораздо проще делать, потом уже велосипеды. Но судя по блестящим глазам финансистов, дело выглядело, как открытая золотая россыпь.

— Поздравляю, — раздался за спиной голос Дии. — Твое изобретение невероятно. Думаю, в скором времени оно станет очень популярным, ведь ноирданы — вещь очень дорогая, а твои глессер и трекгонс будут очень доступны. Вот увидишь, теперь каждый мальчишка будет хотеть себе такой в подарок. Уверена, ты скоро станешь очень богатым человеком.

— Посмотрим, — улыбнулся Головин. — Но думаю, перспективы хорошие.

Через два часа гости разъехались, в зале остались только Головин, Койт и Дия, причем мастер бросал в сторону девушки заинтересованные взгляды, но дочь контрабандиста парня игнорировала.

— Зря ты сказал, чтобы я в платье пришла, — заметила она, — хотелось бы прокатится на трекгонсе.

— Не подумал, — виновато развел руками Павел. — Уверен, ты бы смотрелась на нем великолепно.

Велики и самокаты уже увезли люди из патентного бюро, дальше их работа. Представители родов явятся вечером, чтобы устроить торги по контрактам. Надо сказать, ажиотаж вышел хороший. Головин убрал выданные патенты в сумку. Подошел к Койту, который стоял в дверях.