Сердце Дайвера (ЛП) - Найт К. А. - Страница 7

Как… как она может быть здесь?

Почему сейчас, после всех этих лет?

Пейтон была нашей… чтобы дразнить, терзать, заботиться. Не то чтобы я когда-либо делал что-то в этом роде, мы никогда не сходились во взглядах. Мы постоянно ссорились и спорили, но, честно говоря, это был единственный известный мне способ общения с ней.

Тайлер всегда говорит, что если я не спорю с тобой, то ты мне безразличен.

Разве это не гребаная правда? Его слова до сих пор преследуют меня, потому что в его глазах было понимание. Мы никогда не говорили об этом, как и о том, что я спорил с ней больше, чем с кем-либо другим. Что я специально из кожи вон лез, чтобы затеять с ней ссору.

Чтобы вывести ее из себя и взбесить.

И, блять, когда она взорвалась… это было чертовски захватывающе.

Ничто не сравнится с жаром наших стычек, с затаенным ожиданием, гневом, потребностью. Рычащие угрозы и оскорбления, ее взгляд, когда она сталкивалась со мной лицом к лицу. Наши тела вибрировали от этой силы.

Все, что я хотел сделать после этого, — схватить ее и поцеловать, но так и не сделал этого. Она никогда не была и не будет моей. Она всего лишь осколок прошлого, который, когда все закончится, снова исчезнет в тумане.

Я хочу задушить ее, убить за то, что она сделала с моей семьей. Я никогда не ненавидел кого-то так сильно, как ее.

Она — ничто.

Я ухожу, оставляя ее там, смотреть мне вслед, повторяя это в голове.

Она — ничто, она — ничто…

ГЛАВА ШЕСТАЯ

РИГГС

Я услышал ее имя, но не поверил, пока не повернулся. Пейтон. Стояла здесь, у места погружения. Прошло три года, однако время, проведенное без нее, уплыло в никуда, и кажется, что только вчера мы ныряли вместе, смотрели фильмы и хихикали, как подростки.

Но это не так, прошло три года.

Все уходят, всегда уходят. Она ушла, и теперь она вернулась, стоит там, словно не прошло и минуты. Она так же прекрасна, как и раньше. У меня сжимается сердце, и я делаю вдох, прежде чем снова отвернуться, не в силах смотреть в эти изумрудные глаза.

Я делаю вид, что проверяю оборудование, когда Фин хлопает меня по плечу.

— Дыши, — шепчет он, когда я делаю отчаянный вдох. Он единственный, кто знал, что я чувствую к Пей… не то чтобы я когда-либо что-то предпринимал.

Она — девушка Тайлера.

Но это не помешало мне влюбиться в нее и захотеть, чтобы она была моей. Я не спал по ночам, слушая их хихиканье и стоны, и мечтал, чтобы рядом с ней был я, просыпался с ней в моих объятиях.

Каждая улыбка, которую она когда-либо посылала мне, каждый украденный момент, каждый раз, когда она гордилась мной… все накапливалось, пока я не смог отрицать свои чувства.

А потом она ушла.

Словно мы были ничем.

Словно она не была всем нашим миром, нашим сердцем…

Словно она никогда не любила нас по-настоящему.

ФИН

Пейтон Эндрюс.

Светловолосая красавица, которая когда-то была моей лучшей подругой, смотрит на меня. Она выглядит хорошо, на самом деле потрясающе. Годы благосклонны к ней. Когда мы с ней познакомились, она была молода, так молода, но сейчас она стала чертовски привлекательной женщиной. От ее изгибов у меня аж во рту пересохло, ее грудь почти вываливается из майки, а те же длинные, стройные ноги теперь загорелые и покрыты татуировками. Ее волосы собраны сзади и растрепаны, а лицо потное и усталое.

И все же никто никогда не сравнится с ее красотой. Никогда. Поверьте мне, я пытался.

Я никому не говорил о своих чувствах к этой нарушительнице спокойствия, даже себе, и это помогало мне так долго, но когда она ушла…

Это опустошило меня.

Я пытался понять, почему, одновременно удерживая свою семью вместе с помощью чистого, мать его, самообладания. Тайлер был сломлен, Риггс отстранился, Кален был зол… а я? Я старался изо всех сил, не в силах понять, почему мое сердце разрывается с каждым днем, когда она не возвращается.

Я действительно думал, что она вернется.

Я должен был знать лучше. Любовь — это гребаная ложь. Это всего лишь химическая реакция в нашем мозгу, с помощью которой мы заставляем себя чувствовать лучше. Я всю жизнь отбрасывал это понятие, слишком занятый учебой, а потом исследованиями. Но Пейтон? Пейтон была гребаным сюрпризом. Она просто появилась в один прекрасный день…

И с каждым прошедшим днем все, что я знал о любви, исчезало в облаке дыма.

Чертовски типично, что я осознал, что люблю ее, только когда она уехала… Блять, тогда это было нормально. Мне не нужно было никому говорить, особенно Тайлеру, но теперь она вернулась. И все четыре наших сердца на кону.

Эта девушка разбила их однажды. Но впредь ей это не удастся.

Они больше не принадлежат ей.

Наши сердца принадлежат дну океана, куда мы позволили им погрузиться после того, как она их разбила.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ПЕЙТОН

Когда я добираюсь до палатки, я накрываю рукой колотящееся сердце и пытаюсь отдышаться. Все четверо. И Тайлер, Боже, он был так зол, так полон ненависти. Я никогда не видела его таким, таким чертовски… холодным. Он теперь такой, или только со мной? Я не виню его, если это так. Но, Господи, мои трусики намокли от этого жесткого, доминирующего тона и от того, как он смотрел на меня.

У нас никогда не было проблем с желанием друг друга, но, похоже, годы разлуки только усилили мое желание, и этот новый, извращенный, темный Тайлер возбуждает меня так, как милый, любящий Тайлер никогда не мог.

Боже, я сука.

А Кален? Черт, я не удивлюсь, если он попытается меня убить.

Риггс, черт, душевная боль на его лице была слишком явной. Мой милый мальчик всегда носил свои чувства на лице, и он даже не мог посмотреть на меня. Фин, ну, был Фином. Очаровательным, сексуальным, скрывающим все, что таится в его глубине. Когда-то он был моим лучшим другом, но я так и не ощутила, что знаю его по-настоящему. Как только я обнаруживала в нем другую сторону, он тут же менялся.

Словно пещерная система, его глубины неизведанны.

Но черт… если мне не хотелось их исследовать.

Нет.

Сосредоточься.

Я здесь не для воссоединения, у меня есть работа, и никакие воспоминания или боль не смогут остановить волнение от предстоящего погружения, и осознание того, что оно будет с ними… ну, черт. Тайлер прав — там, в пещерах, нужно доверять своему товарищу, и я беспокоилась о работе с незнакомыми людьми, которые будут прикрывать меня.

Я знаю этих ребят, и даже если они ненавидят меня и не хотят, чтобы я находилась здесь, они замечательные дайверы, самые лучшие. Там, внизу, будет невероятно, даже если я боюсь работать вместе с ними.

Я боюсь, что скажу что-нибудь не то или выдам какие-то свои секреты. Я не могу. Я сделала свой выбор, они — он больше не мой. Только бизнес, и чем скорее мы приступим к делу, тем лучше я смогу сосредоточиться и перестать думать обо всех этих кубиках пресса, выставленных напоказ.

О том, как Тайлер трахал меня, жестко и быстро. Обычно он был таким нежным, но в спальне… блять, на него словно что-то накатывало. Он заставлял меня кричать в считанные минуты, его кулак сжимал мои волосы, а его член входил в меня с диким напором.

Я провожу пальцем по губам, вспоминая вкус Калена в ту пьяную ночь. Твою мать. Я опускаю руку, распаковываю и снова упаковываю свою сумку с оборудованием, которое находится в моей палатке, благодаря Майклу. Затем я делаю то, что сказала, и пытаюсь поспать несколько часов.