Сердце Дайвера (ЛП) - Найт К. А. - Страница 74

— Я вижу, — огрызаюсь я, наклоняя голову, чтобы встретиться с ее глазами, когда я подхожу ближе, становясь с ней лицом к лицу, как в старые добрые времена. — Но я не могу спасти тебя, принцесса, это можешь сделать только ты. Я верю в тебя, даже когда ты не веришь. Как и они. Ты можешь бороться с этим, ты можешь победить, но ты не должна делать это в одиночку. Мы здесь, так что используй нас. Поговори с нами.

— Я не знаю как, — шепчет она.

— Вот так, — шепчу я и прижимаюсь губами к ее губам, напоминая ей, что она здесь, со мной. С нами. Я позволяю ей почувствовать мое отчаяние, гнев и страх. Я показываю своей принцессе, что буду сражаться в этой тьме вместе с ней до конца жизни. Я буду бороться со всеми ее демонами. Я погружусь так далеко в эту тьму, что она больше не сможет меня видеть, лишь бы только она осталась. Она судорожно втягивает воздух из моего рта, и я отстраняюсь настолько, чтобы говорить ей в губы.

— Борись, Эндрюс, — я целую ее снова, прежде чем отстраниться, оставляя ее следовать за моими губами. — Сражайся, мать твою.

Ее руки хватают мои, заставляя меня усмехнуться ей в губы.

— Хорошо, вот так, принцесса, — мурлычу я и кусаю ее губы, пока она не дает мне сильную пощечину. Я стону, когда моя голова дергается в сторону. Повернувшись обратно, я вижу ее вздымающуюся грудь, кровоточащую губу и дикие глаза.

Вот она, моя принцесса.

Ухмыляясь, я впечатываю ее в стену. Ее ноги обвиваются вокруг моей талии, ее губы опускаются на мои, кусая и целуя, пока я рву ее платье, задирая его вверх, чтобы обнажить ее киску в трусиках. Я хватаю ее поверх ткани и стону ей в рот, когда чувствую, какая она уже влажная. Повернув ее голову, я кусаю ее за ухо, прежде чем прошептать.

— Ты хочешь трахаться, пока мы ругаемся, принцесса? Я даже буду спорить с тобой, как в старые добрые времена. Я знаю, как это тебя возбуждает, — дразню я, поглаживая ее киску.

Ее голова откидывается назад к стене, и она толкается в мою руку, побуждая меня продолжать.

— Спорить о чем? — спрашивает она, задыхаясь.

— Обо всем, о чем блять ты захочешь, Эндрюс.

— Либо я твоя принцесса, либо зови меня гребаной Пейтон, — рычит она, заставляя меня хихикать ей в ухо. Она дрожит против меня, когда я сдвигаю ее нижнее белье в сторону и ласкаю ее киску, предупреждающе щелкая ее клитор. Она задыхается, содрогаясь в моих руках, когда я прижимаю ее к себе.

— Я буду называть тебя так, как захочу, — бормочу я и целую ее в горло, чувствуя, как ее пульс подскакивает под моим языком. — Мы оба знаем, что через пять минут ты все равно будешь кончать и выкрикивать мое имя.

— Наглый мудак, — огрызается она.

— Ты, блять, любишь это, — отвечаю я и покусываю ее шею, пока она млеет от моих прикосновений. Я скольжу пальцами по ее смазке к пульсирующему отверстию и обвожу его, дразня ее, пока она рычит и сопротивляется в моих руках. Когда ей надоедает, что я ее дразню, она наклоняется и кусает меня за шею, заставляя меня зарычать. Я поворачиваюсь, опускаю ее на ноги, толкаю вниз и раздвигаю ее ноги. Она чуть не падает, но ловит себя на раковине. Она поднимает глаза и смотрит на меня через зеркало, пока я держу ее прижатой и согнутой над раковиной.

— Ты хочешь вести себя как гребаное животное? Я оттрахаю тебя как животное, — рычу я.

Скручивая заднюю часть ее платья, я срываю его, оставляя ее в одних крошечных трусиках. Я хватаю их и отступаю назад, стаскивая их с ее тела, оставляя ее упругую попку в воздухе. Затем стягиваю с себя рубашку и отбрасываю в сторону, после чего сбрасываю шорты, обнажаясь так же, как и она. Ее глаза расширяются от вожделения, когда они пробегают по мне. Ее восхищение моим телом только распаляет мой и без того твердый член.

Двигаясь вперед, я впиваюсь пальцами в ее бедра, удерживая ее на месте, пока провожу языком по ее спине, пробуя на вкус соль ее пота.

— Это то, чего ты хочешь, принцесса? — насмехаюсь я, когда добираюсь до ее шеи. Скользнув другой рукой вниз между ее раздвинутых бедер, я шлепаю ее по клитору, вызывая стон.

— Да, — огрызается она. — Трахни меня, заставь меня чувствовать.

Это я могу сделать.

Вернувшись к ее дырочке, я ввожу в нее палец. Она дергается и выкрикивает мое имя, а я быстро добавляю еще один и начинаю трахать ее пальцами. Второй рукой я отпускаю ее бедро и провожу вверх по спине к шее, сжимая ее, пока удерживаю на месте.

— Я хочу, чтобы ты кричала так громко, чтобы они тебя услышали, — я ухмыляюсь. — Чтобы они точно знали, что я делаю с тобой здесь, — ее киска сжимается от моих слов, и я ухмыляюсь еще шире. — Грязная, гребаная сучка, тебе нравится эта идея. Тебе нравится идея, что они будут слушать, как я слушал твои стоны на нашей лодке.

Ее глаза закрываются, и она вздрагивает, ее бедра подаются назад, навстречу моим настойчивым пальцам, но этого недостаточно, чтобы она кончила. Я убеждаюсь в этом, и она стонет от разочарования.

— Кален, — требует она.

— Да, принцесса? — дразню я.

— Хватит, блять, болтать, или я пойду и трахну твоего брата вместо тебя. Или Риггса, или Фина, или всех сразу.

Я замираю, а затем даю ей именно то, чего она хочет.

Меня.

Добавив еще один палец, я загибаю их внутри нее, поглаживая ее внутреннюю стенку, а потом опускаюсь на колени, отпуская ее шею, и втягиваю ее клитор в рот. Она громко вскрикивает, когда я без устали трахаю ее пальцами и впиваюсь зубами в ее клитор. Это доводит ее до предела, ее киска сжимается вокруг меня, бедра тоже, и она кричит о своем освобождении, чтобы они услышали. Я вытаскиваю пальцы и поднимаюсь, затем хватаю ее за шею другой рукой и поднимаю ее выше, пока она не открывает глаза — только тогда я обсасываю свои пальцы, заставляя ее стонать.

— Ты можешь попробовать, — бросаю я и раздвигаю ее ноги еще шире, пока она не начинает шататься, пока ей не становится больно. Пока она не сможет убежать от меня. — Ты покинешь эту комнату только с моей спермой, вытекающей из этой жадной пизды.

Я сжимаю ее шею, когда она пытается заговорить, останавливая любое оскорбление, которое она могла бы бросить в мой адрес, пока я прижимаю свой твердый член к ее киске. Позволяю ей почувствовать огромную длину, точно ту же, блять, длину, которая будет внутри ее дерзкого гребаного тела, напоминая ей, с кем именно она связалась.

Она трется об меня, подстегивая меня. Я позволяю ей, мой член скользит между половыми губами ее киски, увлажняя его для меня. Её мускусный аромат раздувает мои ноздри, доводя меня до бешенства.

Только когда я достаточно подразнил ее, я отпускаю ее шею, хватаю за бедра и отрываю ее ноги от пола. Ей приходится ухватиться за стойку, чтобы удержаться, когда я пристраиваюсь и вхожу в ее тугую маленькую пизду. Я вбиваюсь в ее киску, пока она кричит, дергается и борется в моей хватке. Я выхожу и снова вхожу в нее, снова и снова, до тех пор, пока не окажусь в ней по самые яйца.

И тогда я демонстрирую ей то, что сдерживал. Я вонзаюсь в нее снова и снова. Звуки шлепков нашей кожи друг о друга довольно громкие, но не такие громкие, как ее стоны. Я трахаю ее так, словно я владею ею. Словно каждый ее сантиметр принадлежит мне, и я показываю ей, почему она должна бороться, по какой причине она должна остаться.

С каждым толчком я показываю ей, как сильно я ее люблю.

Ее киска такая мокрая, что с нее капает, и этот влажный звук возбуждает меня как ничто другое, как может только моя принцесса. Она нужна мне так сильно, что я даже не могу перевести дыхание, будто умру, не побывав в ней. Я смотрю, как мой огромный член входит и выходит из ее маленькой тугой дырочки, растягиваясь вокруг меня. Ее клитор набух, умоляя о большем.

Она принимает все, что я предлагаю.

Я встречаюсь с ее глазами в зеркале, на моих губах возникает рычание, когда я смотрю на нее.

— Я хочу увидеть твое лицо, когда ты будешь кончать на мой член.

Она стонет, облизывая губы, когда я поднимаю ее бедра выше, новый угол наклона сводит ее с ума и отправляет за край. Она кричит во время оргазма, ее глаза закрываются в блаженстве, а киска сжимается вокруг моего члена. Мне приходится с трудом входить и выходить из ее киски, пока она практически заливает меня.