(Не)равный обмен (СИ) - Фрост Деметра - Страница 9

Дальше Ирравэль действовал еще быстрее и жестче, чем до этого. Без каких-либо сомнений, порыкивая и жадно хрипя, он подхватил девушку под бедра и взметнул вверх. Айнэ инстинктивно вцепилась пальцами в его плечи, царапая и сминая ткань рубашки, и протестующе захныкала.

Ирравэль услышал это тихий и трогательный звук. Но привычно отмахнулся, предпочитая в полной мере удовлетворить свою полыхающую похоть.

Он целовал ее. Толкался вперед бедрами и до боли вжимал спиной в стену. Кусал припухшие губы — до самой крови — и жадно слизывал пряную жидкость, от которой неожиданно даже закружилась голова.

Но на ней по-прежнему было слишком много одежды. Как, впрочем, и на нем самом. Однако тратить время на разоблачение Ирравэль не стал. И, как только он перетащил девушку на стол, безжалостно смахнув перед этим в сторону какие-то бумаги и деревянную коробочку с низкими бортами, где лежали различные канцелярские предметы типа ножа для писем и металлических перьев, дракон просто задрал подол платья и сорочку под ним вверх и вклинился между широко разведенными бедрами. Айнэ продолжала вертеться и дергаться, и в итоге дракон, яростно чертыхнувшись, ладонью надавил на грудь принцессы и, опрокинув ее назад, прижал к столу. Наклонившись, мужчина раздраженно рыкнул:

— Прекрати! Иначе поставлю тебя на колени и возьму сзади!

Не самая страшная угроза — он ведь уже сделал это накануне. Но Айнэ действительно затихла, прижав руки к груди.

Удовлетворенно хмыкнув, Ирравэль поднял ее одежду еще повыше, обнажая уже не только бедра, но и выступающие через кожу острые тазовые косточки, и впалый живот.

Уткнувшись носом в районе маленького пупка, дракон снова глубоко вдохнул. В этом месте кожа пахла особенно сильно. Ирравэль даже непроизвольно облизнулся, коснувшись кончиком языка в миг покрывшийся мурашками гладкий шелк.

Это преступление — пахнуть так соблазнительно! Ему же крышу сносит!

А если спуститься ниже… еще ниже… к лобку и голеньким половым губам… В этом месте пахнет еще сильнее, еще ярче…

От ощущения горячего дыхания в столь интимном месте Айнэ ожидаемо вздрогнула и инстинктивно попыталась свести ноги вместе. Но мужские ладони на ее коленях удержали этот трусливый жест.

Нет, дракон не собирался удовлетворять ее орально — много чести. Но в удовольствии прикоснуться пальцами и раздвинуть нежные складочки он себе не отказал.

— Нет! — испуганно взвизгнула принцесса. И даже неожиданно вцепилась в его волосы, отталкивая.

— Я предупреждал! — прорычал раздраженно Ирравэль, дергая головой, чтобы сбросить ее руки. Одновременно он выпрямился, как пружина, и одним рывком перевернул вскрикнувшую принцессу на живот. И даже шлепнул ладонью по ягодицам.

А когда девушка снова взбрыкнула — уперевшись ладонями в стол, она попыталась выпрямиться и снова ускользнуть — ему снова пришлось пригвоздить ее своей ладонью к столу.

— Да сколько можно?! — в сердцах прорычал он, однако, отказывая себе в мысли, мужчина должен был признать, что такое редкое упорство его почти восхищает.

Возможно, именно поэтому, вместо того, чтобы в ту же секунду взять ее — грубо и насухо, в чем дракон уже с легкостью убедился, Ирравэль стал аккуратно и умело ласкать ее, сунув в нежное и тугое лоно пальцы. Сначала один — поглаживая и дразня. Потом два — раздвигая стеночки и растягивая. Айнэ снова задергалась, но ладонь между ее лопатками крепко удерживала ее, поэтому она могла лишь скрести ногтями по темному дереву стола. И жалобно скулить.

Но прошедшая ночь оставила свои плоды — и через некоторое время ее природная чувственность отозвалась, наполнив промежность и окутав ласкающие ее пальцы влагой. Поглаживающие движения сменились толчками, имитирующие фрикции, а сгибающие в фалангах то и дело касались каких-то точек, от которых Айнэ всхлипывала и дергалась — но уже не от страха, а от постепенно наполняющего ее возбуждения.

Поэтому, когда мужские пальцы сменил член, он скользнул внутрь легко и беспрепятственно. Сначала дракон двигался медленно и с оттяжкой, позволяя снова привыкнуть и к своей длине, и к размерам. И когда проникновение перестало быть тугим, Ирраэль наконец-то позволил себе делать так, как ему хотелось больше всего — почти грубо, почти жестко и, конечно же, глубоко и быстро.

Стол под Айнэ, несмотря на свою массивность и громоздкость, от интенсивных толчков заскрипел и зашатался. Сама принцесса всхлипывала и дрожала, иногда упорно пыталась выпрямиться, так как ее груди, даже несмотря на ткань платья, больно елозила по дереву, а место, где лежала ладонь дракона, уже неприятно пекло.

Мужчина "трудился" на ней долго и с явным наслаждением. Он без устали бился бедрами о ее ягодицы, и звуки этих ударов, как и скрип стола, как и тяжелое дыхание дракона, глухо и одновременно оглушающе звучали в тишине кабинета, создавая потрясающе сладкую и чувственную музыку.

И кончил Ирравэль тоже громко и со вкусом, от удовольствия снова закрыв глаза. Семя толчками изливалось из него, и все не заканчивалось. Его было так много и это несмотря на долгие любовные игры накануне, что лоно Айнэ стало выталкивать его, и жемчужно-белые капли потекли по розовым складочками, клитору и лобку. Пару капель даже упали на пол, и их белоснежный цвет ярко контрастировали на фоне угольно-черного паркета.

И хотя он уже отпустил Айнэ, расслабленно рухнув в кресло, девушка осталась лежать, тихонько всхлипывая и подрагивая всем телом.

Ей было уже не так больно, как накануне, но стыд никуда не делся. Даже более того — сейчас он был сильнее и жгуче, ведь сегодня дракон взял ее, словно служанку, словно простолюдинку, даже не раздев ее до конца. И где? На столе в своем кабинете!

Слезы обиды обожгли ее глаза, и Айнэ тихо, но очень горько расплакалась. Девушка почувствовала себя использованной и испачканной, и сейчас ей больше всего захотелось оказаться в каком-нибудь темном углу, под тяжелым одеялом, под который не проник бы ни один лучик света, ни один звук или шорох…

— Эй, принцесса! — как назло, насмешливо окликнул ее дракон, — Ты там живая?

Верно.

На самом деле она принцесса.

Айнэ проглотила очередную порцию слез и, собрав себя в кучу, поднялась со стола, выпрямилась и одернула платье.

Ничего страшного. Ее шали были почти в полном порядке, и она без труда прикроет непоправимый урон, который дракон нанес ее наряду. Но то просто одежда. А что делать с честью? с безвозвратно потерянной невинностью?

Эти вещи не восстановить… Не исправить…

Но дракон, сам того не желая, напомнил ей о том, что она, вообще-то, принцесса! А это значит, что о своей гордости она не должна забывать никогда.

Оглянувшись, она сверху вниз посмотрела на Ирравэля. Вот кому явно хорошо! Он был удовлетворен и явно доволен самим собой. Его член опал, но даже в таком состоянии казался внушительным, и ладонь дракона рассеянно и медленно оглаживала его, будто лаская укрощенного зверя. Ну, или просто рисуясь перед ней…

— Господин, — с едва скрываемой издевкой проговорила она, — Я могу идти?

Ярко золотые глаза драконы сверкнули из-под полуопущенных ресниц. Немного удивленно, немного раздраженно — будто она отвлекла его от крайне важного дела — немного пренебрежительно.

Ирравэль оглядел ее — пытливо и пристально, сверху донизу, и Айнэ почти физически почувствовала прикосновение его взгляда на своем теле. Она инстинктивно запахнула на груди края разорванного платья, хотя сорочка под ним по-прежнему была цела.

Неожиданно разболелась голова. Волосы, заплетенные в косы и уложенные в корону, вдруг стали очень тяжелыми, и девушка, непроизвольно поморщившись, слегка наклонила голову набок.

Но дракон удивил ее.

— Подойди, — приказал он вальяжно.

Но Айнэ сделала шаг назад.

— Подойди! — громче и жестче повторил дракон.

Казалось бы — что проще? Не послушаться, броситься вон, покинуть эту пропахшую чем-то соленым и душным комнату… Ирравэль не держал ее ни своими руками, ни собственным телом.