Кровью и жизнью (СИ) - Добрынина Елена - Страница 62

И как не были мы с Диксоном настроены на серьезный лад, а удержаться от смеха у нас не получилось.

С экспериментами на сегодня было покончено. Пришла пора готовиться к завтрашнему переезду : собирать вещи, заряжать амулеты, а еще, как оказалось, подкорректировать планы.

— Предлагаю сначала обосноваться на окраине Сафорда. Снимем домик ненадолго. Чтобы ты смогла получше изучить свои возможности, да и мы поняли, с чем предстоит иметь дело, — высказался Диксон.

И возражений ни у меня, ни у Ноэля не нашлось. Небольшая передышка после пережитого пойдет всем на пользу.

Глава 22

«Эштон — небольшой городок, южный пригород Саффорда с хорошо развитым частным сектором». Да уж, в справочнике населенных пунктов Бретонии о выбранном нами поселении информации было не то чтобы много. Значит, будем осматриваться на месте. И уже скоро. Последняя мысль приободрила. Быстрее бы, иначе от этой тряски меня совсем укачает.

Дорога выдалась не из простых. Сначала на магикаре до ближайшей паровой станции. Потом случился вынужденны й перерыв: небольшой ремонт паровых путей. Ничего серьезного, но ждать пришлось довольно долго. В итоге из паровика мы выгрузились глубоким вечером. Переночевали в гостевой при вокзале. И как только заработали извозчики, погрузились в экипаж до Эштона.

Извозчики на магикарах начинали работу значительно позже, поэтому пришлось довольствоваться обычным конным вариантом. И об этом мы уже не раз и не два пожалели, особенно острую печаль испытывая на кочках и колдобинах, коими местные дороги были на редкость богаты.

— Меня сейчас стошнит, — простонал Ноэль.

— Крепись, Ривер, — менталист прикоснулся к его лбу, и болезненная зеленца исчезла с лица парнишки.

— Спасибо. — уже веселее отозвался он.

Я сама, прошедшая подобную процедуру не так давно, с признательностью посмотрела на Диксона. Исключительно благодаря его помощи семейство Джонсонов вышло из экипажа в Эштоне на своих двоих, а не выпало оттуда в некондиционном виде (чем, кажется, несказанно удивило возницу).

Кстати, выглядело семейство после активации двух артефактов немного иначе. Ноэль слегка потемнел, и его рыжие от природы волосы сейчас казались скорее каштановыми. Марта тоже несколько отличалась от своего прежнего варианта: она получила чуть иные черты лица и медный отблеск локонов. Сейчас вполне верилось, что мы с мальчишкой брат и сестра.

Немного переведя дух и сдав наш заметно увеличившийся багаж на временное хранение, мы принялись за поиск жилья. Оказалось, в Эштоне снять весной дом совсем не сложно. Очень многие жители Саффорда имели в этих местах дачи, куда выезжали на летний сезон, а в межсезонье сдавали их всем желающим. Собственно, большая часть Эштона и представляла собой эдакую приглаженную деревеньку, сплошь состоящую из подобных домиков.

То и дело нам попадались таблички на заборах. Не удивительно, что пройдя несколько улиц и переговорив с управляющими, мы уже к обеду нашли для себя подходящий вариант: небольшой голубой дом с палисадником — две спальни на верхнем этаже и гостиная с кухней на нижнем. Плата за аренду, правда, съела треть от наших денежных запасов, зато дом оказался действительно комфортным, с большим работающим камином и всем необходимым для проживания.

Для нас начались спокойные, неторопливые дни полные простых и понятных забот и уюта. Каждое утро я шла на местный рынок в компании одного из моих «братьев» и набирала овощей, мяса и молочных продуктов (аппетит у молодых растущих мужских организмов на свежем воздухе усилился, и еды приходилось покупать много), готовила завтрак. А после него мы приступали к научным изысканиям. То есть, высказывали предположения, а потом проверяли их так: Эверт и Ноэль лупили по мне магией, а я пыталась подтвердить наши догадки или опровергнуть. За несколько дней подобных занятий нами было установлено, что:

Если в момент воздействия на меня заклинания, я сама прибываю в спокойном состоянии (читай, не пытаюсь магичить), то абсолютно ничем не отличаюсь от обычных людей: меня можно подпалить (результат проверки — минус одна блузка), подвергнуть ментальному или любому другому воздействию.

Моя способность не работает от артефактов. Обязательно нужен контакт с магами (либо заклинание, либо применение «сырого» дара). Почему так, объяснить никто не смог, но факт был налицо.

Чтобы активировать какой-либо дар, мне нужно не столько изучать сами заклинания (хотя и это очень ценно), сколько иметь четкое намерение и эмоциональное состояние использовать ту или иную магию. Лучше всего у меня получалось работать по оси «жизнь-смерть». И не удивительно: с этими видами магии я хоть немного была знакома по времени, проведенному в ШРАМе. С огнем выходило хуже. Чтобы направить магическую энергию в эту сторону, мне приходилось вызывать внутри ощущение злости и ярости. В итоге я или изображала фейерверк, испуская фонтанчики искр, или резко «бахала» огнем, обжигая свои пальцы.

Для активизации воды тоже необходимо было вызывать у себя ощущение ярости, но холодной, четко контролируемой разумом. Сложное ощущение, поэтому мой результат здесь — пара мелких, с горошинку, ледяных комочков.

А вот воздух поддался мне неожиданно легко: воздушная волна била как положено, правда, во все стороны сразу (концентрироваться на определенном направлении пока было сложновато). Земля же не отозвалась совсем. Не зря она самая неторопливая из всех стихий, не терпит суеты. Придется без сутолоки, без спешки делать пока простейшие упражнения на концентрацию (представлять, например, как ноги врастают в почву, ну или в камень).

С осью «разум-чувства» пока решено было не экспериментировать. Одно дело небольшой ожог залечить и совсем другое — головушку поправить после воздействия неумехи-менталиста.

Покончив с магической практикой, мы разбредались по своим делам. Ноэль убегал на улицу. Я, если денек выдавался погожий, тоже выходила пройтись, а потом бралась за готовку. Эверт помогал мне с растопкой печи, а затем или понимался к себе, или уходил куда-то (как правило, надолго, но о том, где был не рассказывал, а я и не расспрашивала).

Вечером мы все собирались в гостиной, мужчины зажигали огонь в камине, и становилось тепло и уютно. Мы сидели, потягивая травяной отвар из глиняных кружек, и болтали о том, о сем. Обо всем, кроме того, что нас ждет впереди. Думать об этом совершенно не хотелось.

В наших отношениях с Эвертом появилась какая-то неловкость, недосказанность. Небольшая, но ясно ощутимая обоими. Сгладить ее никак не получалось, как мы не старались. Поэтому я была очень рада, что у нас есть Ноэль. С его присутствием вся неловкость исчезала, и мы общались, как раньше, подтрунивая друг на другом.

Жаль, что такая размеренная жизнь продлилась совсем недолго.

В один из дней, когда я только-только отправила в печь начиненную яблоками курицу (промучилась я с ней с непривычки ужасно долго, устала и испытывала сейчас временное облегчение), в дверь постучали. На пороге стоял невысокий мужчина в маленьких круглых очках и со смешной бородкой клинышком, довольно молодой. Он был мне знаком: жил неподалеку, и при встречах мы с ним раскланивались.

— Доброго дня, мисси! Я к вам, так сказать, по-соседски, если вы не против.

— Конечно, проходите, — кивнула я, — сейчас поставлю отвар готовиться.

— Меня зовут мэтр Прист, — представился мой гость, когда устроился за столиком на кухне, — я местный школьный учитель.

При этих словах я несколько напряглась, но улыбку на лице легко удержала.

— Мисси Марта Джонсон, очень приятно, — я залила кипятка в кувшин с ароматными травами, кинула туда же горстку сушеных ягод. — Моих братьев сейчас нет дома. У Эрика дела, а младший, Ноэль, где-то бегает.

— Вот я, собственно, по поводу Ноэля, — сразу оживился мэтр Прист. — Скажите, мисси Джонсон, вы надолго у нас в Эштоне?

— На несколько недель. Немного отдохнем после некоторых.. непростых событий в семье, — начала я осторожно, — позже переберемся в Саффорд, там будет проще с работой.