И Боги порой бессильны (СИ) - Токарева Ольга "molishna" - Страница 41

Во избежание кровопролития со стороны деревенских жителей (нашим дай только подраться, да и что им будет, а вот люди не вынесут драки с демонами). Быстро принял решение: отправить Гарваха с дружками порталом в лагерь. Пусть покажут весь свой боевой настрой сослуживцам.

Произнес заклинание, направил магию на брата и его свиту, накинул на них ловчую сеть, затянул потуже и выкинул в портал.

Деревенские жители постояли некоторое время в недоумении, видно, соображая, куда могли подеваться так сильно настроенные к боевым действиям парни, да и стали расходиться.

Осталось пара девок, и среди них пышногрудая. У той на лице было написано полное разочарование. Усмехнувшись своим мыслям, Саверлах призадумался:

«История складывалась не самая лучшая, да и врага он не смог распознать. Сегодня недоброжелатель с легкостью отправил орков в наш стан, а демонов закинул к людям. А что он предпримет завтра? Остаточную магию я отловить не успел или не смог, и это еще больше заставило напрячься. Нужно срочно отправляться к отцу и попросить его собрать совет старейшин. Можно и орков пригласить, они тоже в полном недоумении. И уже сообща искать вход из всей этой нелепой ситуации».

Треск веток и протяжный вой над головой прервал все мысли старшего ненаследного принца. Не успел он поднять голову, как на него кто-то свалился. Не устояв на ногах, Саверлах покачнулся и упал, ударившись головой об торчащий из земли камень. Сознание мгновенно нырнуло в ночь. Демон так и не успел понять: кто осмелился на него напасть?

Приземление Сари вышло не самым мягким. Вот вроде сидела так удобно, ждала, когда демоны с сельчанами друг другу бока поломают, но так и не увидела финала встречи. Демоны, словно по волшебству, раз – и исчезли. Сначала не поверила. Стала перелазать на другую ветвь. Схватившись за соседний сук, подтянула его, а тот возьми и обломись. Летела и единственное, что могла делать – выть, когда ударялась об очередную попавшуюся на пути ветку.

Того, кому Сари приземлилась на голову, не заметила. Да если бы и видела, ничего не смогла бы сделать. Прямо на маковку ему опустилась. Слабак оказался. Грохнулся, не смог удержать счастья, летевшего с неба.

Отлетев на приличное расстояние от незнакомца, Сари привстала, оперлась ладонями о землю и сразу скривилась. Посмотрев на руки, шмыгнула носом, стало опять жалко себя. Но, вспомнив о том, на кого свалилась, повернулась, нахмурив брови, некоторое время ждала, когда мужчина поднимется.

Не дождавшись, она встала, не обращая внимания на режущую боль в бедре, зашагала, хромая, к незнакомцу.

– Дядь… а, дядь, – для большей убедительности Сари попыталась потаскать его за отворот камзола, но не смогла сдвинуть с места огромных размеров мужчину.

Он сильно отличался от сельских мужиков, и даже кузнец Фрол на фоне незнакомца казался щупленьким и маленьким. Присев на корточки, Сари потянулась к лицу незнакомца, потрогала его голову, да так и застыла. Зеленая листва под его затылком окрасилась в темно-бордовый цвет, и он все больше отвоевывал пространство у зелени.

Девчушка тяжело сглотнула, посмотрела на свою ладошку, на которой оказалась чужая свежая кровь. Крови Сари не боялась. А вот то, что из-за нее человек умер, ввергло в шок.

Красное пятно на земле вместе с незнакомцем пошло рябью. Затем деревья вокруг поплыли, напомнив медленное качание корабля на водах океана. Это и стало последней каплей для девочки. Сознание утянуло ее в самое страшное воспоминание (темнота в сундуке). Сари во второй раз упала на мужчину. Только теперь он был, по ее мнению, мертвым. Она успела об этом подумать перед тем, как провалиться в темноту.

Саверлах очнулся от тяжести на груди и тихого рычания рядом. Скривившись, ненаследный открыл глаза и некоторое время смотрел на качающиеся в вечернем мраке макушки деревьев. Вспомнив, по какой причине он здесь оказался, мгновенно пришел в себя. Подскочив, успел поймать худенькое тело. Когда очнулся, подумал, что его беспамятство – это проделки все того же мага, посмеявшегося над демонами и орками. В полумраке разобрал, что у него на руках лежала маленькая девочка. Она не могла иметь никакого отношения к сильным магам мира сего.

Из задумчивости его вывело очередное грозное рычание. Повернувшись на его звук, Саверлах застыл. Никогда за свою жизнь он не видел более прекрасного создания. Да и в учебных книгах не встречал описания такого животного, жившего на материке Тарнас.

Зверушка сочетала в себе признаки кошки и то, скорее, белых горных львов и сказочного персонажа. Ибо никто из ныне живущих созданий кошачьей породы не имел красивых фосфоровых рожек с зеленоватым оттенком, торчащих перед острыми ушками. Миндалевидного разреза глаз с черными опалами тоже ни у кого не припомнил. Пожалуй, от кошек животному досталось сильное тело, покрытое белой, средней длины шерстью, острые когти лап, приведенные в боевую готовность, и хвост. С длинными пушистыми отростками Саверлах, кажется, поторопился. Их было два. И имели они на своих окончаниях не кисточки, а стальные наконечники. И эти два острых, как сталь, пера были направлены на него. Об острых когтях и восьми клыках, видневшихся в оскале, он решил не думать. Убивать такую красоту было просто жалко. Да и непонятно, почему такая красивая кошечка точит на него зуб? То, что это самка, демон тоже понял интуитивно: уж больно грациозна и красива. Да и слабый пол не нападает первым, выжидает.

Появление длинного черного хвоста с пушистой кисточкой на конце стало для обоих неожиданностью. И кошечка изумилась больше Саверлаха.

Хвост метнулся к ее фосфоровым рожкам, ласково прошелся по ним кисточкой.

От такого панибратства кошечка упала на мягкое место, наблюдая за хвостом черными опалами своих глаз.

Но тому показалось мало. Поиграв с длинными белыми усами сказочного создания, хвост ласково обвил два ее хвоста и успокоился. Но быстро пришел в боевую готовность от жалобного стона девочки, лежащей на руках.

Если честно, Саверлах совершенно забыл о несчастном ребенке и сейчас наблюдал, как черный хвост своей кисточкой очертил овал бледного лица девчушки, прошелся по ее плечу, руке, задержался на ладони. Осторожно коснулся худеньких окровавленных пальчиков, метнулся к ногам незнакомки, вернулся к ее бедру и нервно вздыбился, направив пушистую кисть на Саверлаха, затем на девчушку. И так несколько раз.

В это мгновение принцу показалось, что хвост очень зол и требует, чтобы демон вылечил ребенка. Кошечка тоже осмелела, утратила боевой настрой и уже с жалостью в глазах смотрела то на него, то на малышку.

Что оставалось делать Саверлаху? Отказать сказочному созданию он не мог. А вот хозяин хвоста не хотел показаться полностью. Но демон не стал поворачиваться, подумав, что у такой красивой кошечки обязательно должен быть кавалер.

Принц и сам собирался привести девчушку в чувство. Решив устроить ее удобней на руках, подхватил под ноги и сразу почувствовал на руке влагу. Подняв ладонь, с изумлением смотрел на нее и чуть сознание не потерял от хлынувшего в ноздри сладкого запаха человеческой крови.

Тихое рычание вывело Саверлаха из оцепенения. Он задрал подол легкого ситцевого сарафана и обомлел. Через всю бедренную часть ноги девочки простиралась рваная рана, из которой сочилась кровь.

Слова заклинания сами слетели с губ. Для большей регенерации организма принц прикоснулся губами к ране и прошелся по ней языком. Слюна демона – самое лучшее ранозаживляющее средство. Принц смотрел, как у него на глазах из тела девочки перестает течь кровь. Края раны медленно стали стягиваться, образуя после себя рванный неровный рубец, чем-то похожий на извивающуюся змею.

Человеческая кровь пьянила, вызывала ломоту в теле. Саверлах, закрыв глаза, тяжело задышал, не понимая, почему кровь человеческого ребенка так на него подействовала.

Последующие события старший ненаследный принц помнил как в тумане. Он стал произносить на непонятном языке какие-то слова, по звучанию чем-то напоминающие демонические. Они больше были похожи на заклинание и сопровождались прикосновением его губ ко всем израненным местам на теле девочки. Когда на теле ребенка не осталось ни одной раны, голос Саверлаха дрогнул, и он запел песню, и опять на незнакомом языке. Находясь в трансе, наблюдал, как на руках его и девочки проступают светящиеся иероглифы и завитки.