Мой (не)желанный малыш (СИ) - Шарм Элли - Страница 56

– Не смотри на меня так, Дицони, – хмурится, поправляя синее платье.

Приподнимаю саркастически бровь. Да что ты?!

– Серьёзно? – с вызовом выдвигаю вперёд подбородок. На скулах перекатываются желваки, и я почти неимоверными силами пытаюсь унять готовые сорваться с цепи злость и негодование. Прячу руки в карманы, поджав губы. В моём голосе звучат неподдельные раздражение и уязвлённость:

– О чём, чёрт возьми, ты думала, когда поднимала МОЮ трубку, видя, что звонит Катя? Что это было Нина? – смерив её разочарованным взглядом, развожу резко руки в стороны, но лишь для того, чтобы вернуть их в прежнее положение. – Месть? Что? Хоть убей, не понимаю.

Нина втягивает голову в плечи, прячет дрожащие пальцы в складках платья.

– Ради Бога, ну, какая месть, Стэфан!? – прижимает руку к груди в районе сердца. Внушительная грудь натягивает ткань платья, доказывая, что женщина очень волнуется. – Там имя не определилось, только номер, – тяжело опустившись на диван позади себя, кладёт руку на живот внушительного размера. Нина глубоко беременна.

– Бабушки твоей не было поблизости, ну, а ты в душе… сам знаешь… Я просто подумала, – тараторит со скоростью звука, глотая слоги, – что вдруг что-то важное… и…

Слегка смягчаюсь, когда слышу в дрожащем голосе Нины искреннее отчаянье.

– Хочешь, я поговорю с Катей? Объясню, что ничего не было. Я же тогда зашла просто поздороваться, – отворачивается, ища что-то в кармане платья. Платок.

Разворачиваю её за локоть лицом к себе.

– Что объяснишь? Как ты себе это представляешь? – на миг прикрываю устало глаза. Уголок рта нервно дёргается. – Что все годы у нас ничего не было, кроме как дружеского перепиха, который перерос в фиктивный брак? Что приехала неожиданно и без спроса взяла трубку, наплевав на все личные границы? – саркастически ухмыляюсь, а у самого кошки на душе скребут. – Да, прям так и вижу, что её успокоит это, – отмахнувшись упираюсь рукой в подоконник. – Особенно, когда добавишь, что вся эта мишура была сделана с целью вытащить меня из-под следствия, которое организовал Зимин.

Да, у меня непростой характер. Сжимаю челюсть, стараясь сдержать негодование, которое выплескивается токсичным бензином, образуя лужу приличных размеров. На ее поверхности уже образуются разноцветные яркие круги.

– Объясню, что между нами, ничего нет, – зелёные глаза смотрят уверенно. – Хочешь, даже расскажу… расскажу из-за чего мы расстались? – кивает, будто хочет убедить, что это точно не будет лишним. – Всё, как было! Что это я… я предала тебя. Что наш брак – фикция – бумажка, которой можно подтереться. Мы даже и дня вместе не прожили!

Усмехаюсь криво. Вот это номер! И это предлагает Нина?! Человек, который знает меня как облупленного. Чтобы там ни было, но я не лицемер и за женские юбки прятаться не собираюсь.

– Ты не предавала меня, – отрубаю резко и непреклонно. – Мы ничего не обещали друг другу.

Нина тяжело сглатывает, должно быть, в душе не соглашаясь со мной.

Моя бровь удивлённо ползёт вверх. Неужели до сих пор считает себя виноватой? Что за чушь?!

– Ты имеешь право поступать так, как считаешь должным, тем более, когда дело касается твоей дочери.

Нина нервно трёт шею, прежде чем подавлено произнести:

– Но, в любом случае, я поставила тебе ультиматум…

Поднимаю руку, останавливая быструю речь.

– Я понимаю тебя. Если бы мой ребенок заболел, я бы не задумываясь пошёл на всё, – даю понять, что ни в чём не упрекаю, даже права не имею. Особенно остро всё осознаю сейчас, когда сам скоро стану отцом. – Да и я отказал в твоей просьбе. Для меня это не приемлемо. Всё честно. Я не вижу проблемы.

Лицо женщины меняется. Кажется, ей становится ещё больнее от моих слов.

– Ты никогда ни в чём не отказывал мне до того момента, – заламывает пальцы. В глазах боль горит. – Я знаю, это слишком… то, о чем я попросила. Я уже молчу о том, что ты и так, не жалея средств и времени, вытащил с того света мою дочь, – быстро моргает, отводя взгляд в сторону. – Никогда не забуду, что ты сделал для нас, Стэфан. Деньги, связи…

Машу раздосадовано рукой. Ну, на черта всё это вспоминать? Да любой бы нормальный человек поступил бы также на моём месте! Деньги… Эти бумажки ничего не стоят! Мир и так прогнил до самого дна. Дети – это единственное, что ценно в этом мире. Пройти мимо беды человека, который ко мне относится от всей души? Нет. Стэфан Дицони умеет быть благодарным.

Только вот следующее слова Нины в ступор вгоняют.

– Скажи, ты хоть когда-нибудь любил меня?

Морщусь. Врать не в моих правилах. С укором смотрю на Нинку. Это уже запрещённый приём. Ну, зачем? Столько времени прошло. Знает же ответ. Не любил.

Поднимаю подбородок. Уважал.

– Я никогда не обманывал тебя и был предельно честен в том, как вижу наши отношения.

Нина поспешно кивает, соглашаясь.

– Да, ты никогда не скрывал, за это я тебя и полюбила, Стэфан, – сжимает пальцами рядом лежащую подушку. – Но иногда мне так хотелось, чтобы ты хоть раз меня обманул, отравил ложью, которую я так жаждала услышать от тебя.

Поднимаю руку.

– Ты знаешь, что всегда можешь рассчитывать на меня, на финансовую помощь, на дружескую поддержку…

Кивает.

– Но врать даже сейчас не собираюсь.

Глава 73

Стэфан

Пухлые пальцы дёргают нервно поясок на располневшей талии.

– Знаю, и уважаю тебя за это, Стэфан.

Устало поправляю галстук. Единственная девушка, от которой я хочу слышать о чувствах – это моя Катя. Только вот из соблазнительного ротика в мою сторону летят лишь проклятия.

– Ты ведь ее любишь?

Сжимаю челюсти так, что, кажется, сотру зубы в мельчайшую крошку. Неужели всё так очевидно? Либо Нина слишком хорошо меня знает. Складываю руки на груди, встречая взгляд внимательных зелёных глаз.

Люблю ли я Катю?! Да я, чёрт возьми, ею болен!

– Любишь, – отвечает за меня Нина. Задумчиво, с толикой грусти шепчет. – Эта маленькая девочка даже не понимает, насколько счастлива.

Провожу по затылку рукой, взъерошив волосы. Кривая улыбка будто нехотя трогает уголок рта.

– Так заметно?

– Да, – отвечает всё с той же грустной улыбкой. Опускает взгляд, чтобы снова его поднять. Мне кажется или в ее глазах слезы стоят? – Будь счастлив Стэфан, желаю тебе этого, милый, от всего сердца. Ты, как никто другой, этого заслуживаешь.

Неловко замираю. Чёрт! Вот дерьмо. Я и не думал, что… у неё что-то ещё осталось ко мне.

– Нин, ты очень щедрая на ласку женщина и … я тебе очень благодарен за…

Пока подбираю нужные слова, вспоминаю давний очень непростой разговор между мной и Ниной. Сколько прошло? Кажется, более двух лет.

…тогда я после долгих раздумий принял самое верное для нас решение. Да, трудно смотреть в глаза женщине и говорить, что не любишь ее и хочешь поставить точку в отношениях. Я твёрдо решил: никаких телефонов и смс. Потому что такая женщина, как Нина, заслуживает достойного разговора лицом к лицу.

Сказал, как есть – что нам необходимо прекратить отношения в том виде, какие они на данный момент есть, прежде чем это станет слишком болезненным для нас обоих. Независимо от того, что между нами было в прошлом, я не могу всю жизнь расплачиваться за это, оставаясь её мужчиной.

– Я думал о том, чтобы нам остаться друзьями. Что ты думаешь об этом?

Растерянно сжимает чашку с кофе. Прячет глаза.

Знаю, рыжая вбила себе в голову, что любит меня. Поэтому не дело всё это, ведь я прекрасно осознаю, что ничего не изменится – сердцу не прикажешь.

– Согласись, чем дальше мы тянем, тем хуже нам обоим. Проблема во мне, тебя не в чем упрекнуть, Нина.

Как бы тяжело это ни было, разговор состоялся. Я ожидал, что финальный разговор перерастает во взаимные укоры, но Нинка, как всегда, меня удивила. Очень мудрая женщина. Такая женщина имеет полное право на благородное расставание. А долг любого уважающего себя мужчины – сделать этот момент, как можно более ясным и правильным…