Короли серости. Том 2 (СИ) - Темиржанов Артур - Страница 57

— А какую пользу нам принесла правда? — раздался донельзя знакомый Вику мужской голос. Анора резко отпрянула, на её лице был написан страх. Издалека раздались раскаты грома. Принцесса вдруг начала съёживаться, словно подожжённый кусок бумаги, пока не осыпалась прахом. Перед Виком возник он сам, только не в парадном, а в походном мундире, прятавшемся под бронепластинами экзоскелета.

— И ты от всего этого готов отказаться ради правды? — спросила копия. — Что от неё хорошего? После всего, что сделал ты и позволил другим сделать? Разве ты не хочешь забыть?

— Я предпочёл бы помнить всё, — жёстко ответил Вик. — И ничего не забывать. Как не повторять ошибок, если ты ничего не помнишь?

Копия рассмеялась.

— На твоём месте я бы не был столь категоричен. Сколько людей и событий ты отправил в закрома памяти? Ты даже не помнишь, что ты забыл!

— Даже если так, значит, это была ошибка. Теперь я её точно не повторю.

— Что же, будь по-твоему, — усмехнулась копия. — Ты сюда ещё обязательно вернёшься.

Сказав это, двойник растворился в белом дыму. Вик почувствовал, как асфальт под ногами трескается. Он не успел отбежать в сторону и провалился. Под землёй его ждала река, поток которой был так силён, что он мгновенно понёс Вика далеко вперёд. Вик кричал и сопротивлялся: тщетно. Его окружали трупы, которых несло так же, как и его. Они улыбались. Их просто переполняло счастье. Вик пытался схватиться за кого-нибудь, но каждый раз, как у него получалось покрепче взяться, что-то хватало его за ноги и тянуло вниз. В конце концов, он просто поддался потоку. Он уже успел наглотаться достаточно воды, и хоть ситуация казалась безвыходной, он чувствовал почти что полное спокойствие. Перевернувшись на спину, он позволили реке нести его к концу всего сущего. Воззрившись наверх, вместо потолка он увидел небо. И тьму, с громадной скоростью опускавшуюся на землю.

Картина должна была ужасать, но Вик лучше всех знал: тьма принесёт только успокоение. Гармонию в этот хаос. Рано или поздно, всё равно они все окажутся в её объятиях. Так зачем же сопротивляться?

Он был бы даже рад, если бы сумел ускорить её приближение. Он закрыл глаза и держал их так, пока его не прибило к берегу.

***

Они бросили его в клетку снаружи храма, сделанную из прутьев бамбука. Анора говорила, что видела такие в саакских деревнях. Хоть она и не была такой же крепкой, как сделанная из стали, прочности ей более чем хватало. Наверное, с экзоскелетом Вик всё же смог бы её сломать, но в нынешнем состоянии он даже не мог сидеть ровно.

Ноги его не слушались, поэтому к отхожему ведру приходилось ползти, прилагая всю силу рук. С него содрали мундир, оставив только чёрную футболку, да штаны. В таком влажном климате и без того мерзкий пол клетки превратился в скопление грязи. В первые же часы бодрствования Вик перемазался с головы до пяток, пока пытался доползти до края, где ему оставили тарелку с едой. Вонь была настолько нестерпимая, что Вик в какой-то момент захотел, чтобы у него навсегда отняли обоняние: не такая уж большая жертва, если остаток жизни он проведёт в этой клетке.

Его запихнули в самый дальний угол, так что он едва мог рассмотреть, чем занимаются сааксцы и первенцы под командованием полковника. Лишь изредка он слышал тихие разговоры, из которых едва мог уловить несколько отдельных слов. Большую часть времени он проводил, наблюдая за движением солнца и считая часы. Благо, клетка находилась в тени, так что ему не приходилось терпеть жуткую жару, зато ночью он не мог уснуть: влага и ветер — не лучшее сочетание для насквозь мокрого узника, которому и укрыться нечем.

На шестой день у него не осталось сил даже на то, чтобы просто сидеть. Холодные ночи не прошли даром, и Вик чувствовал, как его бьёт озноб, хотя день выдался жарким. Маленький сааксец, приносивший еду, увидев его состояние, покачал головой и быстро убежал. Через некоторое время вместо него вернулся человек в чёрной броне. Он что-то проворчал, подошёл к клетке вплотную и, схватив Вика за плечо, ввёл ему в шею иглу инъектора. Вик почувствовал, как по телу пробежала тёплая волна. Озноб прекратился. Человек вытащил из сумки упаковку с таблетками, высыпал на ладонь несколько пилюль и протянул их узнику:

— Пей, — приказал он, сняв с пояса флягу. Вик проглотил лекарство и запил водой, жадно припав к горлышку. Казалось, ничего вкуснее он не пробовал — так сильно его мучила жажда. Не успел Вик напиться, как зелот отнял флягу и погрозил пальцем: — Не стоит столько хлебать за раз, будет только хуже.

Вик не стал отвечать на колкость и просто сосредоточился на приятных ощущениях, наполняющих тело. Человек в броне некоторое время молча наблюдал за ним, затем снял баллистическую маску. Под ней оказался совсем молодой смуглокожий паренёк, едва старше Ли, с чёрными кудрями до плеч. В его тёмных глазах сквозило любопытство. Чертами лица он очень сильно походил на Саргия.

— Я всё гадал, как же выглядит человек, перед которым так преклонялся полковник. К сожалению, я разочарован, — паренёк покачал головой. — Кстати, меня Володя зовут.

— Ты сын Саргия? — протянул Вик. Зелот энергично кивнул. — И все остальные тоже его дети? — Паренёк снова кивнул. — Почему-то он о вас не упоминал.

— И правильно делал, ведь полковник говорит, что доверять тебе нельзя. Хотя, когда-то он тобой восхищался. Считал тебя визионером, человеком будущего. Говорил, что Виктор Валентайн — это знамение новой эры. И что же я вижу? Калеку, который даже на сральном ведре ровно усесться не может.

— Хотел увидеть моё величие? — фыркнул Вик. — Оставил бы мне тогда экзоскелет. Ты сам причина своего разочарования.

Володя пожал плечами.

— Ты бы просто сбежал, а я бы потерял все остатки уважения к тебе. И так сойдёт.

— Я ведь вам не нужен. Почему бы просто не убить меня?

— Ты нужен полковнику. Вот только он тебе не доверяет.

— А раньше доверял?

— Да. Пока не увидел, во что ты превратился. Что же с тобой произошло, а, капитан? Как так вышло, что такая посредственность вызывает столько уважения у полковника даже сейчас?

— Я спас его жизнь, — пробормотал Вик. — Это было очень давно. До того, как я начал работать на короля.

— И всё же, он помнит, — почти что с благоговением произнёс Володя, покачав головой. Убрав прядь, упавшую на лицо, он заметил: — Полковник говорит, что ты стал пешкой Карла Лоуренса.

— Полковник сам нас познакомил, — бросил Вик. — Я не знаю, чего он ожидал. Мы слишком долго не общались. Видимо, он всё ещё думает, что я тот же наивный пацан, который защитил его на Нижних Уровнях. Думает, будто я до сих пор верю, что всё можно решить миром. Даже тогда ему это казалось смешным. А потом он сказал, что уважает моё упорство. Я ведь не отступался от своих убеждений несмотря ни на что. Стоило поработать на короля, как я понял глубину своего заблуждения. Мира можно добиться только угрозой насилия. И ты можешь только надеяться, что у тебя самая большая пушка. Иначе все усилия напрасны. Начнётся резня, что бы ты ни делал.

Вик поднял взгляд и уставился в напряжённое лицо Володи.

— Он ненавидит меня за то, что я стал таким же, как он. Он тоже служил королю — и чем это для него кончилось? Всеобщей ненавистью и презрением. Сама экспедиция стала для полковника ссылкой. Он видит, что я продолжаю выполнять поручения Карла, и ему жаль меня. Вот только он не понимает, насколько мы разные. Его попытки установить мир всегда заканчивались большим кровопролитием. То, чего я добился, всё равно спасает больше жизней, чем открытая война. Он назвал меня убийцей. Что же, я испачкал руки, зато наши цели достигнуты. Синдикат сейчас в гармонии — и всё благодаря мне. Благодаря тому, что я убивал и угрожал убийством, прежде чем могла начаться действительно крупная заварушка. Диктатура страха? Может. Вот только полковник не смог ничего такого добиться сам.

Вик горько рассмеялся.