Короли серости. Том 2 (СИ) - Темиржанов Артур - Страница 86

Может быть, зодчие древности на это и рассчитывали?

Когда до арки оставалось не больше сотни метров, двери начали отворяться. Маленькая фигурка проскользнула между ними — и проход снова закрылся.

— Он здесь, — прошептала Вера. Шлем лишил её голос всякой индивидуальности, превратив в дребезжащий набор звуков. Под масками все они казались одинаковыми — невнятными копиями без оригинала. Просто сгустками черноты, которые должны вернуться в великую темноту.

А она не могла дождаться, когда же это произойдёт.

Эмма заметила, что у ворот были полупрозрачные стены, за которыми оставался обычный, не тронутый Эдемом Карас. Они казались переходом между мирами, последним рубежом, способным сдержать бесконтрольный рост заразы, поглощающей город. Если их сломают, ничего в мире больше не сможет удержать царство Освободителя внутри.

Человек, проникший по эту сторону, медленно шагал к ним. Его образ то мутнел, то становился беспредельно чётким, режущим глаза. Смотреть на него было невозможно, не смотреть — смертельно опасно.

Показалось, что прошло несколько жизней, прежде чем они встали друг напротив друга. Вера и Дима спереди, Витя и Надя по бокам от них, а Эмма сзади. Ладони её вспотели. Пальцы сами тянулись к плечам ребят, будто надеясь выпить немного сил, чтобы зарядиться их уверенностью.

Человек, который построил Эдем, застыл напротив. Чёрная броня, полностью окутавшая его тело, казалось, вздохнула, заставив Эмму вздрогнуть.

«Что бы это ни было, оно живое — или пытается таким притворяться».

Какая-то назойливая мысль всё не давала ей покоя. Она вдруг вспомнила встречу с Катриной.

«Мы хотим переработать весь мир, — сказал катер. — Ради вас мы готовы на всё. Но вы дарите только крупицы своей благосклонности. Город может подарить вам всё что угодно, но Освободитель держит его в узде. Так же как он — нас».

Человек — паразит. Рулевой — катер. Освободитель — и…

— О господи, — вырвалось у Эммы. Она попыталась схватить Веру, но было уже поздно — та сняла шлем и выступила вперёд, разведя руки в стороны.

— Нет нужды в насилии, — произнесла она. — Нам нужно просто поговорить.

Вик Валентайн молча смотрел на иммигрантку. Если в первую их встречу зелоты возвышались над капитаном, то теперь его фигура приобрела монструозные размеры. Нет, он не стал выше, но с каждой секундой казалось, что он заполняет собой всё больше и больше пространства.

— Мы знаем, кто ты такой, — сказала Вера, сделав ещё один шаг вперёд. — И мы хотим узнать, чего ты хочешь добиться.

— Прочь, — донеслось из-под шлема Валентайна. Этот утробный рык чуть не разорвал сознание Эммы, стоило ей его услышать. Казалось, одно только слово вторглось в её разум, попыталось сломить его границы, подавить и уничтожить всякие остатки сопротивления.

Дети иммигранта поморщились и издали тихие стоны. У Веры из носа пошла кровь. Но она продолжала улыбаться.

— Пойми, мы здесь не для того, чтобы мешать. Мы хотим помочь тебе.

— Прочь, — повторило чудовище в чёрном. В этот раз его слова уже не казались такими болезненными — или же Эмма просто привыкла к боли. Сделав шаг вперёд, доспех из тьмы вытянул руку и разжал перчатку. С кончиков пальцев закапала кровь. — Или я раздавлю вас так же, как и его.

Видение пронзило мысли Эммы. Она услышала хруст, вопли, почувствовала запах плоти, сдавливаемой железными ладонями. Её чуть не стошнило от ужаса. Кричать она уже не могла — страх полностью захватил всё её существование. Одно её обрадовало: она удержалась, чтобы не испачкать нижнее бельё.

— Сукин ты сын! — завопил Дима. Замахнувшись мечом, он бросился вперёд.

— Не смей! — заорала Вера, повернувшись к Валентайну спиной.

Дальше всё происходило будто в замедленной съёмке.

Тень метнулась к Вере. За мгновение рука девушки, сжимавшая кинжал, отделилась от её тела. Ещё через удар сердца, эта же оторванная рука снесла ей голову.

Меч Димы столкнулся с коротким клинком, принадлежавшим его сестре. Юноша визжал от ярости и отчаяния, нанося удар за ударом, пока труп, выплёвывающий струи крови, падал на землю. С бешеными криками вперёд бросился Витя, обнажив парные кинжалы. Атаковав с двух сторон, братья начали теснить Освободителя к воротам.

Эмма упала на колени и положила руки на то, что осталось от Веры, чувствуя, как тёплая багровая жидкость заливает её с головы до ног. Рядом валялась оторванная голова, на лице девушки застыла страдальческая гримаса. Губы её ещё шевелились. Свет в глазах затухал.

— Ты сможешь её вернуть?

Эмма повернулась. Надя стояла, баюкая в руках палицу, которую подготовила, чтобы ударить ей Валентайна. Казалось, что девушка находится не здесь, а где-то далеко. Голос её был совершенно спокоен, но тело колотило, словно от озноба.

— Я… — заикнулась было Эмма, но Надя помотала головой.

— Не говори ничего. Просто верни её. Прошу тебя. Она моя единственная сестра. Кроме неё у меня никого нет. У меня никого не осталось. Ни отца, ни любимого. Пожалуйста, Эмма. Просто верни её. Забери мою жизнь. Хочешь?

Она сорвала с руки латную перчатку. Ладонь под ней уже начала сохнуть. Протянув её вперёд, Надя дёрнула головой, будто ожидая, что Эмма кивнёт в ответ.

До них донёсся истошный визг. Валентайн вонзил клинок в плечо Димы и ударом кулака отправил его в полёт. Юноша словно тряпичная кукла приземлился рядом с ними. Он всё ещё дышал.

— Уходите, — только и сумел прошептать он, прежде чем обмер.

«Стоп, — сказала себе Эмма. — Обрубить все эмоции, действовать, как холодный автомат».

Поднявшись на ноги, она схватила Надю за руку, подвела её к Диме и прикоснулась к мальчишке.

Процесс пошёл. В сыне Саргия ещё теплилась жизнь. Вырвав кинжал из его плеча, Эмма отдала ему силы Нади, чувствуя, как потоки энергии проходят сквозь неё. Встряхнувшись, Дима вскочил на ноги с резвостью человека, боящегося проспать и услышавшего будильник.

Тем временем Витя, продолжая дико кричать, тыкал в Валентайна кинжалами, пробивая его броню то тут, то там. Эмма и подумать не могла, что тихоня может быть способен на такую ярость. Казалось, вся обида, что он таил на Веру, вылилась в этот поток ударов, которые Валентайн даже не был в состоянии отразить.

И всё же, мальчишка любил сестру, как никто другой.

— Умри! — вопил он. — Умри, умри, умри!!!

Подняв меч, Дима встряхнул Надю и крикнул:

— Идём! У нас ещё есть шанс! Эмма, помоги нам! Попробуй коснуться его! Забери его силу!

Эмма кивнула. Сжав кулаки, она последовала за детьми иммигранта.

Удар мечом раскроил наплечник Валентайна, а палица Нади чуть не снесла ему голову. Он ухнул, отступая назад. Удары кинжалов Вити оставили в его доспехе множество ран, через которые сочилась кровь. Он начал выдыхаться. Казалось, его движения замедлились. Остриё клинка Димы попало в нагрудник, заставив Валентайна потерять равновесие. Ещё один удар палицей от Нади отправил его в нокаут.

— Держите его! — заорал Витя, весь вес направив на одну из рук противника. Надя облокотилась на другую, а Дима наступил Вику на грудь.

— Эмма, сейчас!

Она не заставила себя ждать. Юркнув между детьми Саргия, она стащила с головы Валентайна шлем, обнажив его окровавленное лицо. Коснувшись его щёк, Эмма сказала:

— Теперь ты мой.

Она почувствовала тепло предыдущих прикосновений к капитану. Она ведь знала, что всё это время могла лишить его сил. Даже пыталась это сделать на расстоянии, но думала, что слишком слаба, потому ничего не получалось.

Теперь же она поняла, в чём дело.

Она почувствовала тёмную воронку, из которой невозможно было ничего вернуть. Огромную чёрную дыру, высасывавшую всю энергию из пространства и лишающую её надежд на жизнь.

Она не могла сопротивляться. Силы покинули её, напитав Валентайна. Его раны зажили, лицо приобрело тёплые оттенки. Освободитель улыбнулся.

— Благодарю, — отчеканил он. — Без тебя я не смог бы этого сделать.

Казалось, без малейшего труда он разбросал всех в стороны. Эмма покатилась кубарем, гадая, как ей удалось не сломать шею. Валентайн снова превратился в тень, двигавшуюся слишком быстро, чтобы глаз мог уследить.