Новый мир: Университет (СИ) - Шамова Марина - Страница 47

— Мисс Баллирано, — процедил он, с привычной и знакомой враждебностью глядя куда-то студентке на макушку.

Но теперь-то она понимала, в чём кроется причина! Агнесса вновь преисполнилась сочувствием к обманутому талантливому демонологу и со всем подобающим почтением попросила:

— Вы не могли бы уделить мне немного времени, профессор Андер? У меня к вам очень важное и личное дело, — подбавив в голос серьёзности, уточнила она.

Профессор, подозрительно прищурившись при этих словах, зачем-то оглядел пустой холл и недоверчиво уставился теперь на саму девушку:

— Все вопросы и претензии касательно лекций я принимаю исключительно в рабочее время, которое начинается через два часа.

— Это не имеет отношения к лекциям, профессор, — Агнесса помотала головой для пущей убедительности. — Пожалуйста, всего лишь несколько минут!

«Судя по его виду — он привык укладываться в одну», — фыркнул Мельхиор.

Демонолог какое-то время помолчал — видимо, взвешивал все «за» и «против», — а затем отошёл в сторону, пропуская Агнессу внутрь.

— У вас есть десять, — пробормотал он, запирая дверь и, обернувшись, вновь смерил нежеланную гостью тяжёлым взглядом.

«Слушай, попроси у него какой-нибудь учебник, что ли…» — с оттенком лёгкой безнадёжности предложил Мельхиор, но Агнесса, решительно отвергнув столь малодушный обман, вскинула подбородок и, глядя прямо в глаза мужчине, отчеканила:

— Я бы хотела попросить у вас прощения, профессор Андер.

Повисла неловкая пауза, в которую она тщетно силилась понять — о чём думал и что чувствовал сейчас демонолог. На лице того, во всяком случае, не отражалось особо ничего, а эманировал он, как обычно, не слишком приятной мешаниной эмоций, разбираться в которых было затруднительно.

— Прощения? — наконец переспросил он.

— Да, профессор! — кивнула девушка, нервно сплетая перед собой пальцы. — Я… я хотела извиниться.

Андер непонимающе нахмурился и пожал плечами:

— Хорошо. Извиняйтесь, если вам так угодно.

«Лучше бы ты ему ноги вырвать хотела… или жопу оторвать», — прорычал демон.

— Я хотела извиниться перед вами за действия и поведение моей пра-пра-прабабки, Инесс Рей-и-Мора, — Агнесса всё-таки потупилась, тяжело вздохнув. — С её стороны было крайне низко и безответственно поступить с вами подобным образом…

Странное шипение заставило её оборвать фразу и вновь взглянуть на профессора, и увиденное девушку, мягко говоря, насторожило.

Лицо Андера как-то странно, нехарактерно для него исказилось. Можно было предположить, что оно отобразило растерянность, быстро переходящую в ярость, но Агнесса ранее ничего подобного не видела.

— Из… И… — мужчина как-то прерывисто задергал рукой в такт резкому, с отчетливыми паузами, заиканию, словно его враз одолел тик. — …звиниться?! Без… безответственно?!

Краска стремительно залила лицо демонолога, выплеснувшись из-под ворота рубашки и устремившись к залысинам на лбу. При этом он умудрился одновременно побледнеть сильнее обычного, в результате покрывшись яркими красными пятнами.

— Вы… вообще понимаете, о чем говорите? — он громко прошипел последние слова, буравя Агнессу взглядом.

— Я… конечно, да, — пролепетала она неуверенно, но вопрос, судя по всему, был риторическим.

— Меня! Сильнейшего в мире! Демонолога! — Андер выкрикивал слова, почти не размыкая зубов, едва ли не брызжа слюной ей в лицо. — Какая-то ведьмовская прошмандовка! Под откос! Всю жизнь мою — псу под хвост! А теперь тут появляешься ты! И, мать твою, извиняешься?!

Профессор потянулся было схватить Агнессу за ворот блузки, но отдернул руку, словно почувствовав рык Мельхиора:

— Ты! Ты вообще видела себя?!

Он развернулся на месте, едва не столкнув локтем стойку для тростей, расположившуюся неподалеку от двери, и рванулся к массивному столу, стоящему в глубине кабинета. Трясущимися от ярости руками Андер открыл один из ящиков, выхватил оттуда желтоватый и видавший виды лист пергамента и, смяв его пальцами, швырнул к ногам студентки. Всё ещё пребывая в некотором шоке, она наклонилась, поднимая тот и осторожно расправив.

С измятой бумаги обольстительно улыбалась Инесс Рэй-и-Мора — как живая, нарисованная бесспорно талантливым портретистом. Тут и там на потертом портрете виднелись пятна от вина, пальцев и боги знают, чего еще, но никакая порча не могла скрыть столь характерные черты и смазать чёткий образ, и если бы Агнесса буквально накануне не видела его «вживую» — наверняка это впечатлило бы её гораздо сильнее.

— Одно лицо! Ты что, думала, сможешь меня обмануть? — Андер вновь оказался вплотную к Агнессе, нависая над ней. — Думала, я не пойму? Хотела надо мной поиздеваться, мелкая ты шлюха?! Мало тебе было ублюдских издевок на лекциях?! Думала, не вижу твои ухмылки и закатывания глаз?

Мельхиор взревел так, что у Агнессы потемнело перед глазами.

— Н-нет, профессор, я никогда не издевалась! И почему вы меня так ужасно оскорбляете?! — отчаянно воскликнула девушка.

А затем ещё раз — но громче и от боли.

Демонологу не нужны были ответы, оправдания или, паче того, извинения. Он резко вытянул руки и вцепился ей в лицо, больно вонзая пальцы в щеки, терзая, разминая плоть словно тесто — будто хотел отделить мышцы от костей!

— Пустите! Мне больно! — закричала Агнесса, вцепившись в его запястья и силясь отстранить от себя.

На секунду в налитых кровью глазах профессора промелькнуло удивление, тут же сменившееся лихорадочной уверенностью:

— Не обманешь меня! Пусть ты стала младше — ничуть не сомневаюсь, что ты и не такое могла устроить, но я-то вижу! Вижу тебя насквозь! Я тебя…

Пульсация в висках и вой демона поглотили конец слов Андера. Он что-то еще рычал, орал, когда его руки как два паука, перебирая пальцами по коже Агнессы, внезапно спустились на ее горло и крепко сдавили.

— РУКИ ПРОЧЬ!!! — прогремело на весь кабинет, и некая сила буквально отшвырнула профессора от девушки до того, как у неё потемнело в глазах.

Массивный стол не дал демонологу впечататься в стену. Профессор распластался на нём, упрямо набычился и вперился взглядом в тёмную полупрозрачную фигуру, соткавшуюся между ним и отчаянно кашляющей студенткой:

— А-а, явился, неудачник! — прошипел он, и даже в таком состоянии Агнесса поразилась презрению, которым сочилось каждое слово. — Тщишься выползти наружу, Мельгрегаст? Короток твой поводок!

В затылке у девушки знакомо хрустнуло, в ноздри ударил запах крови, а тело перестало ей повиноваться — она просто осела на пол, словно марионетка с подрезанными ниточками.

Зато дымный образ напитался цветом и плотью, обретая уже знакомые очертания пугающего крылатого демона, который, судя по всему, вопреки любым запретам и преградам намеревался стереть обнаглевшего человечка в кровавую пыль…

Но в тот самый миг, как Мельхиор обрёл плоть, Андер, растянув губы в непонятной торжествующей ухмылке, резко ударил ладонью по столу, сметая на пол массивную подставку для писчих принадлежностей, и громко, отчётливо выкрикнул какую-то жутко сложную и неповоротливую формулу.

Воздух задрожал и поплыл, словно масло на солнце. Очертания кабинета размылись, истончились и вовсе исчезли, сменяясь до боли знакомым Агнессе лекторием — с одним особым отличием: все стены, пол и потолок были исчерчены пылающими письменами и линиями, складывающимися в колоссальную по своей сложности печать. И от неё к демону метнулись тысячи тонких мерцающих нитей, оплетая того от макушки до кончиков копыт.

— Червь! — взревел Мельхиор, простирая к демонологу когтистые руки, но двигался он слишком медленно, борясь с оковами. — Я тебя наизнанку выверну!

Мужчина хрипло рассмеялся, поднимаясь с пола и бездумно растирая ладони:

— Кишка тонка, Четырнадцатый, — сказал он — словно сплюнул, и перевёл взгляд на Агнессу. — Твоя мощь — ничто, а твоя защита этого отродья… считай — подошла к концу. Радуйся — контракт будет разорван, пускай и с пометкой, что ты облажался.