Сёрфер. Вкус холода (СИ) - Востро Анна - Страница 9

Наконец, я не выдерживаю и, резкими движениями вставляя в чехол кисти одну за другой, раздражённо цежу сквозь зубы, не глядя на него.

– Ты уже всё собрал?

– Посмотри на меня, – не обращая никакого внимания на мои слова и интонацию, просит он, и я слышу такие знакомые, еле уловимые властные нотки.

Я игнорирую эти слова. Не глядя на него, беру в руки последнюю пушистую кисть для пудры, убираю её, сворачиваю чехол.

– Посмотри! – повторяет настойчиво, и теперь эти властные нотки в голосе становятся явными.

С глубоким вздохом поднимаю на него глаза.

Ну, и что дальше? Вот только попробуй приблизиться ко мне и коснуться!

– Кир, мне пора идти.

– Хорошо, но сначала ответь мне на один вопрос.

– На какой?

– Как Артём дошел по подиуму до нужного места в полной темноте?

Что?

Такого вопроса я совсем не ожидала, поэтому первые несколько секунд вызывают моё замешательство с ответом.

Зачем он это спрашивает? Просто интересно, или сбивает с толку, отвлекает?

– Он считал свои шаги. Это Максим подсказал, посчитать на репетиции сколько ему их нужно и повторить на показе.

– Как просто!

– Да. Всё просто, если не усложнять. Всегда можно просто посчитать свои шаги, – опускаю взгляд на свёрнутый чехол с кистями, завязываю его.

– Просто посчитать свои шаги, – задумчиво повторяет он, – Знаешь, я ведь сразу после показа почему-то подумал о тебе. … Я вообще часто думал о тебе.

Я молчу, сосредоточенно уставившись на чехол, и стараясь сохранять безразличный вид, но сердце внутри меня при этих словах невольно ускоряет ритм.

– Ты знал, что визаж буду делать я?

– Нет, не знал.

– Не знал? – удивлённо вскидываю брови.

– Почему тебя это удивляет?

– Мне показалось для тебя не было неожиданностью, когда ты увидел меня здесь, – опять вскидываю на него короткий взгляд и вновь опускаю глаза.

– Ну, почему же – я удивился.

– Ах, да! Забыла. Ты же привык держать свои эмоции под контролем, – фыркаю я, и мысленно добавляю «Ну, или с тобой это часто бывает, встречать неожиданно женщин, с которыми когда-то переспал, в разных местах».

– Ты всё такая же язва! – фыркает в ответ он.

– Это всё, что ты хотел узнать? Мне, правда, пора идти.

– Нет, не всё. К тому же, съёмка закончилась раньше, так что у тебя ещё должно быть время.

Чёрт! И чем это парировать? Не могу же я сказать, что меня очень напрягает то, что мы остались наедине. Хотя, кажется, он тоже выглядит напряжённым.

– Что ещё?

– Я часто вспоминал тебя … – задумчиво повторяет он и, кажется, хочет что-то добавить, но молчит.

Хмуро смотрю на него.

Прекрасно! И что мне с этого?

– А я тебя – нет! – выпаливаю мстительно, и добавляю – Мы очень славно провели вместе три дня. Потом ты уехал, как и предупреждал, зачем-то прислал мне три невнятных сообщения и на этом всё. Прошло три года и, как я уже говорила, я – замужем.

Три дня, три смс-ки, три года. Забавно!

– Я помню, – он складывает губы в жёсткую линию, – Ты счастлива?

Теперь, спустя три года, его интересует, счастлива ли я. Ну что за человек!

– Да. Я счастлива!

Скажет ещё что-то или нет?

Мне кажется, он хочет что-то ещё сказать. Я выжидающе смотрю на него.

– Дети есть?

Дети? С чего его это интересует?

– Нет. Пока … нет.

Он слегка наклоняет голову вниз, как будто кивая каким-то своим мыслям.

– А ты? Всё так же занимаешься в свободное от фотосессий время виндсёрфингом и практикуешь секс без обязательств? – язвительно интересуюсь я.

Кир приподнимает брови, снова поджимает губы и смотрит каким-то странным взглядом, который я не могу определить.

– Я знаю, что сделал тебе больно … тогда. И я, … в общем, я просто не мог не уехать, хотя мне совсем не хотелось! Понимаешь?

Не мог не уехать, хотя ему совсем не хотелось? Нет – я не понимаю! Но это уже и не важно.

– Понимаю. Теперь я могу идти?

Кажется, он выглядит обескураженным тем, как безразлично и коротко я оборвала его объяснения.

А чего ты ждал? Что я начну с пристрастием допытываться о причинах? Что обрадованная неожиданной встрече брошусь тебе на шею?

Не дожидаясь ответа, кладу чехол с кистями в чемодан, закрываю его, подхватываю со стола смартфон, и намереваюсь было снять свой пуховик, который висит прямо за Киром на вешалке.

Чёрт! Мне тогда придется подойти к нему почти вплотную.

Я останавливаюсь на пол пути.

Да. И что? Снять пуховик с вешалки всего одна секунда. Ты что же думаешь, что совсем не владеешь собой? Нет? Так подойди и сними!

Подхожу и протягиваю руку к вешалке. Он останавливает мою руку своей.

– Подожди.

Я отдергиваю её как при ударе током. Кир хмурится.

– Послушай, чего ты от меня хочешь? – восклицаю раздраженно.

Снова этот горячий штормящий взгляд.

– Тебя!

– Меня?! …Отлично! И тебя не смущает, что я замужем?

– Нет. Ты ведь тоже меня хочешь. Не отрицай!

Я настолько офигеваю от такой беспринципности, что на миг лишаюсь дара речи. В этот момент у меня в руке начинает звонить мобильный. Я растерянно гляжу на экран. Это Вадим. Провожу по экрану, принимая вызов, тихо и коротко отвечаю: «Да?», – снова поднимая на Кира изумлённые глаза.

– Милая, я всё ещё на переговорах. Они затягиваются. Из-за пробок партнёры сильно опоздали. Вышел на минутку предупредить тебя. Я приеду позже примерно на час.

О, нет! Только не это! Вы оба просто издеваетесь надо мной!

Несколько шагов. Устало опускаюсь в одно из ближайших кресел.

– Ну вот, как всегда – то командировка, то переговоры! – эмоционально срывается с моих губ, и это звучит так трагично, как будто он сказал, что будет работать до позднего вечера.

– Это всего лишь час, любимая! Так что, думаю, к семи я приеду, если, конечно, сам не встряну в пробке. Из-за снегопада сегодня вся Москва стоит.

– И что же мне делать?

Ну совсем тупой вопрос! Как будто я не в состоянии придумать, куда себя деть какой-то несчастный час.

Но, кажется, синеглазый товарищ, услышавший мои ответные фразы и, истолковав их по-своему, прекрасно знает, что мне делать. Я вижу, как он идёт к двери и закрывает её на замок. Напряжение, копившееся во мне всё это время, стремительно растёт.

– Оля, что с тобой? Я тебя не узнаю, – смеётся Вадим.

Хм. Да я сама себя не узнаю!

– Ну, зайди в какой-нибудь магазин, купи себе что-нибудь новенькое. Ты же всегда так делаешь, когда у тебя появляется незапланированное свободное время между делами, – продолжает вещать в трубке голос моего мужа, в то время как я завороженно наблюдаю за Киром.

Он садится у моих ног, кладёт ладони на мои колени и, не отрывая от меня гипнотизирующего взгляда, медленно скользит ими вверх вместе с подолом платья. Помимо воли меня охватывает сильное возбуждение. Я плотно сжимаю ноги.

– Что ты делаешь?! – одними губами шепчу ему я, хмурясь.

Вместо ответа он наклоняется и целует мои колени, а моё сердце внутри останавливается, пропуская пару ударов.

– Милая, почему ты молчишь? Ты слышишь меня?

– Да, … слышу.

Тем временем, его пальцы добираются до резинки чулок и застёжек, тянущихся на подвязках к поясу на талии. Кир тихонько присвистывает, улыбается, снова поднимает на меня глаза, и я вижу, как стремительно расширяются зрачки в голубых глазах. Тёплые пальцы касаются обнажённой кожи над самым краем чулок. Я вздрагиваю, ещё сильнее сжав ноги.

– Хорошо. Мне пора возвращаться на переговоры. Я перезвоню тебе, как только освобожусь.

Пальцы чувственно поглаживают бёдра. Во мне опять, как и раньше, борются противоречивые эмоции. И тот факт, что я сейчас разговариваю с мужем по телефону, заставляет градус напряжения внутри зашкалить на максимальной отметке.

Вся моя устоявшаяся, размеренная, счастливая жизнь, все моё спокойствие и уверенность в своих действиях кажутся мне сейчас опасно накренившемся неустойчивым карточным домиком. И он рассыпается, рассыпается, рассыпается …