Про две жизни и одну смерть (СИ) - Пряхина Ольга - Страница 20

— Думала ли та девчонка из прошлого, что будет выглядеть старше тебя? — сказала она, выпуская дым. — Понятно, почему ты мне отказал.

Магнус сел за стол и пододвинул к гостье пепельницу.

— Лида, ты все так же молода и прекрасна, не говори глупостей.

— Хитрый жук.

— И я не мог сказать тебе «да». Ты же понимаешь?

— Ш-ш-ш! — она прижала палец к губам. — Давай без этого... «Дело не в тебе», как же. Во мне. Ты ведь не меня так долго ищешь. Ладно, к делу.

Дама достала из сумочки письмо и протянула Магнусу. На конверте каллиграфическим почерком было выведено: «Лидии».

— Вот, почитай, что мне оставил последний сбежавший работник, — сказала Лидия. — Похоже, я скоро разорюсь. Мои постоянные клиенты приходят, и я вижу немой вопрос в их глазах, вижу тоску и разочарование. Да мне самой больно!

Магнус только хмыкнул и достал из конверта послание. Оно было коротким и обескураживающим:

«Такой жалкий мужчина недостоин быть рядом с тобой. Оставляю постоялый двор и наши накопления тебе, а сам возвращаюсь на родину. Желаю лучшей жизни!»

— Не знал, что ты связала себя… кхм… отношениями с подчиненным. Но как я могу помочь?

— Магнус, я тебя сейчас ударю, — сказала она, сделала глубокую затяжку и прикрыла глаза. — Я ведь и так хозяйка, дурень. Это написал мой мальчик-официант. Проработал две недели, а потом ночью собрал вещи и уехал.

— Он пропал?

— Жив-здоров. Это уже шестой сотрудник. Они звонят мне наутро из родного города, говорят, что не знают, как там оказались! Словно в трансе, садятся на попутку и уезжают. Первых трех я лично проверяла — приезжала к ним домой, уговаривала вернуться. Но после такой чертовщины желающих не нашлось.

Магнус внимательнее всмотрелся в письмо, поднял его на просвет, даже понюхал.

— Ссорилась с кем-то по-крупному?

Лидия поджала губы.

— На белую и пушистую не тяну, но живу с соседями мирно.

— Похоже на легкую одержимость. Но кто и зачем это устраивает?

— Завистники. Дело процветает, вот и решили его загубить. Я бы этим губителям губилки-то пообрывала, но тут явно что-то нечисто. Так что мне нужны твои ребята, только гоблинов всяких не присылай.

— Разберемся.

В этот момент в дверь постучали.

— Директор Магнус? — спросила Агния, ступая в кабинет.

— Виндикта! Ты быстро, — обрадовался Магнус. — Лидия, — представил он свою гостью, и та кивнула. — А это Агния, моя опора и надежда. Уж она-то выведет на чистую воду кого угодно. Лида, расскажи еще раз про свою проблему.

Агния села в соседнее кресло и Лидия начала:

— У меня гостевой дом в тихом местечке в горах. Приезжают к нам отдохнуть одинокие дамы и джентльмены за сорок. Они не ищут приключений, нет, — сказал она, поймав взгляд Агнии. — Но каждому приятно получить обслуживание от красавчика или красавицы, тут не поспоришь. Поэтому особенность моей гостиницы и кофейни — исключительно привлекательные работники. Поверьте, с таким подходом ни столики, ни номера у меня не пустуют.

Она передала письмо Агнии и продолжила:

— За последний месяц от меня сбежало шестеро ребят! Пока эта пакость от меня не отстанет, кто-то должен помогать мне с гостиницей и кофейней: красиво стоять за барной стойкой или с улыбкой собирать заказы.

— Ловля на живца, — покивал Магнус. — Внедритесь, привлечете внимание преступника — и бац! — ловушка захлопнется.

Агния посмотрела на директора устало, в глазах её отразилось обреченное принятие.

— Подготовьте три комнаты, — сказала она Лидии.

* * *

Пусть Редьярд был слишком мал, чтобы заинтересовать предполагаемого преступника, но Агния не хотела тащить его с собой в опасность. Увы, она узнала этот блеск в глазах директора Магнуса. Переубедить начальника не представлялось возможным, тот уже загорелся идеей, что мальчишка вместе с ними «подышит свежим воздухом в горах».

Агния зашла в пустую в такой час столовую и пошарила по шкафам и холодильнику. Как назло, кроме пачки старых крекеров, вскрытой упаковки молока и горсти овсянки, ничего не нашлось. Размышляя о том, есть ли связь между наличием докторской степени и умением запускать мультиварку, она всыпала хлопья в чашу и выбрала режим. Пока чудо инженерной мысли шумело, Агния задумалась о неведомом злоумышленнике, все преступления которого сводились к напуганным мужчинам. Она склонялась к версии госпожи Лидии — конкуренты разгоняют ее работников, чтобы гостевой дом остался без клиентов. Но к чему эти нелепые письма?

Резкий писк пронзил тишину, распугав мысли Агнии, и она поднялась, увидев, что это мультиварка закончила готовку. В воздухе стоял странный запах, Агния открыла крышку и нахмурилась — овсянка выглядела коричневатой и сухой, хотя она влила туда еще и молоко. Ведь влила же? Внизу каша и вовсе намертво прилипла ко дну, и она, как могла, соскребла то, что выглядело условно съедобным. Прихватив заодно крекеры, Агния вернулась в свою комнату.

Койка пустовала.

Агния поставила свою добычу на свободный от хлама край стола и огляделась. Пропажа быстро нашлась под кроватью, и она опустилась на колени, заглядывая в темноту. Ред забился в дальний угол, завернувшись в одеяло, и снова плакал.

Обычно дети боялись монстров под кроватью, но маленький Редьярд сам туда забился, на все вопросы мотал головой и продолжал плакать, а монстру пришлось караулить на полу. Только когда Агния догадалась зажечь настольную лампу, Ред, как испуганный мотылек, потянулся к свету. Он вцепился в Агнию, и вот так, изображая из себя коалу и эвкалипт, они оба улеглись в кровать.

— Ты плачешь, потому что скучаешь по матери? — пробормотала Агния в темную макушку.

Ей все еще казалось удивительным, что рядом с демоном Разором был кто-то, кто укачивал его на руках в детстве. Странно и немного тоскливо — даже у кошмарного императора была мать.

— Мы будем искать ее вместе.

— Не найдем. Никогда, — сказал Ред бесцветно, достал припрятанную булочку и зашвырнул её в угол.

Агния прижала его к себе покрепче и не стала ничего говорить. Еще минуту назад она завидовала Редьярду, а теперь лежала и размышляла, что страшнее: не знать родителей вовсе или потерять их в том самом возрасте, когда так нужна защита и забота. Триста лет воспоминаний за несколько дней. Что творилось в голове у Редьярда? Будто чайную чашку подставили под водопад.

Наутро Агния придирчиво оглядела сонно моргающего Реда и вынесла вердикт — теперь ему лет восемь, может, чуть больше. Мальчик явно недоедал и выглядел младше. Одежда кое-как держалась, но только потому, что Ред был невыносимо худым. Мозг требовал его отмыть и накормить, не слушая разумных доводов о том, что тело принимает форму из воспоминаний, а исправить прошлое сегодняшней миской каши не получится. Редьярд во сне пережил еще несколько лет, поэтому успел смириться с потерей матери и плакать перестал, но выглядел забитым и на протянутые крекеры посмотрел едва ли не со страхом. Сама Агния схватила тарелку с высохшей за ночь овсянкой, чтобы выкинуть ее, но Ред проводил ее таким жадным взглядом, что пришлось вручить ему ложку и поставить тарелку обратно на стол.

Каша подгорела и соли она положила, как теперь думалось, слишком много, но Редьярд ел быстро и молча, и только ложка скребла по дну. После еды он чуть оттаял и робко поблагодарил Агнию. Контраст между настырным и улыбчивым малышом и этим измученным ребенком был невыносимым, но Агния не знала, какие слова нужно произнести. Можно ли вообще говорить о прошлом Редьярда?

Так что они молча отправились на летучку. Пока шли по Бюро, Ред глазел по сторонам, а коллеги глазели на Реда и в то же время перешептывались, обсуждая, не собиралась ли Агния его сожрать. Клевета! Детьми она не питалась.

— Шеф, я должен узнать имя этого смелого мужчины. Хочу пожать ему руку, — сказал Адриан, когда они вошли в комнату совещаний, и тут же получил тычок от брата.

— Какое имя, какая еще рука? — нахмурилась Агния.