Про две жизни и одну смерть (СИ) - Пряхина Ольга - Страница 44

Девочка, которую она привела домой, завизжала и упала на колени, пряча лицо в ладонях.

Стряхнув кровь с перепачканных когтей, Агния посмотрела, как те втягиваются обратно и рука становится самой обыкновенной, человеческой. Она все еще не привыкла к своей материальности, но все было лучше, чем существовать клочком темной неупокоенной души.

Агния бросила еще один взгляд на рыдающую девочку, а потом пошла прочь.

— Госпожа! — закричала та ей вслед.

Она встала с земли, хоть ноги ее плохо держали, и кинулась за ней.

— Куда же мне идти, госпожа?

Агния свела брови, не понимая вопроса.

— Это ведь твой дом. Живи тут.

— Так я сирота теперь. Без отца, без мужа. Если кому приглянусь, сотворят со мной что пожелают. В заведении били нечасто и поесть давали, — девочка говорила быстро и все пыталась поймать взгляд Агнии, но вуаль не позволяла увидеть её глаза. — Дайте хоть денег!

Агния залезла в рукав и достала тощий мешочек, в котором хранила то немногое, что удалось добыть. Нечисть или нет, но деньги требовались даже ей. Она опустила мешочек в протянутые руки, и девочка поспешно развязала шнурок.

— Да тут одна мелочь! — воскликнула она, высыпав монеты на ладонь.

Ничего на это не сказав, Агния развернулась и пошла прочь от грязного дома. До неё донеслись возмущенные вопли девчонки, но она не слушала. А потом на дороге, прямо на пути, возник незнакомец. Этот мужчина ничем не походил на хозяина дома, на любого, кто мог жить в этом жалком месте. Мужчина был молодым, загорелым, но его кожу солнце словно позолотило, а не сделало черной от постоянного труда под открытым небом. Этот человек носил странную темную одежду и сам был странным.

— Агния, — сказал мужчина и медленно протянул руку.

Никто не звал её так давным-давно. И ведь никакого мужчины в тот раз не было. В тот раз…

— Это твой сон? — спросил он и огляделся.

Агния обернулась и увидела, что девочка исчезла, а кровь, напоившая землю, стала на глазах чернеть. Темнота расползалась все дальше и дальше, и Агния отступила от растущего пятна, и внезапно прижалась спиной к груди странного мужчины.

Свет вокруг померк. Агния обернулась и поняла, что в темноте они остались вдвоем.

— Я… — мужчина осекся и поднял руку.

Его ладонь едва заметно засветилась, а потом начала блекнуть, и сквозь нее Агния увидела расширившиеся от удивления глаза незнакомца. Она правда не знала, кто это, но замершее давным-давно сердце застучало так громко, что Агния едва не оглохла. Она обхватила чужую руку обеими ладонями, а потом пол под ногами дрогнул, и они оба полетели вниз, в пропасть.

Вместо удара Агния распахнула глаза, и на неё навалилось так много ощущений, что она застонала. Все тело ломило от боли, по лицу тек пот, сердце билось в груди быстро и сбивчиво. Её голова лежала на чьих-то коленях, и Агния с трудом повернула ее, чтобы понять, где очутилась. Она успел разглядеть каменные стены, решетку и пол, устланный соломой, как гул в её голове рассеялся, словно незваный гость ушел, захлопнув за собой дверь.

Где же тот мужчина, из сна? Она точно не видела этого человека раньше, но к губам будто прилипло его имя.

— Редьярд? — позвала Агния, сама не зная кого.

— Госпожа? Держитесь.

Агния подняла взгляд и увидела, что её держит еще один незнакомец, с грязной белой повязкой на глазах. А второй, поразительно похожий на первого, присел рядом и схватил ледяными пальцами подбородок Агнии.

— Ты помнишь его? Какое упорство, — сказал он и нахмурился. — Жаль, что ничего не получилось, а ведь этот Разор стал неплохим рычагом.

— Редьярд? Он тут? — спросил первый.

— Стал бы я его за собой тащить, — сказал второй и поднялся, отряхивая руки. — Надеюсь, он уже подох. Не слуга, а разочарование!

— Убил его?

— Ах, Свейн, ты расстроен? Он ведь трахнул твою любимую начальницу. Разор — одна из марионеток. Когда они перестают приносить пользу, от них избавляются.

— И Агния?

Второй прищурился.

— Да, Агния тоже перестала быть полезной.

— Раз она тебе не нужна, отпусти, — попросил первый.

Агния открыла рот, чтобы сказать, что она и сама за себя может постоять, но в горле так пересохло, что она только без толку захрипела.

— Госпожа Агния? — снова позвал её первый.

— Она умирает, — небрежно сказал второй. — К несчастью, бессмертная в прошлом Виндикта ныне простой человек. Яд василиска разрушил не только её память, но и тело.

С этими словами второй зашагал к выходу, а первый, который держал на коленях её голову, снова приложил к горячему лбу влажную ткань, и Агния выдохнула с наслаждением.

— Вы оба для меня бесполезны. Это последняя наша встреча. Да, можешь перекусить своей начальницей, когда проголодаешься, — сказал второй уже у двери. — И лучше поспеши, чтобы не есть падаль.

— Просто оставишь нас тут? — спросил первый и поднял лицо, словно видел собеседника через повязку.

— Решил, что я тебя пожалел, братец? — рассмеялся второй. — Сначала полюбуешься на её смерть, а потом сдохнешь сам. И как долго будешь умирать — выбор за тобой.

Эти двое говорили о важном, но слова не хотели укладываться в понятные предложения. Одно Агния знала точно — это очередной бред, потому что она давно мертва, её тело уж точно, а это дрожало от лихорадки, кости ломило, пот пропитал одежду, глаза слезились. Агния все время забывала сделать вдох, и сердце отчаянно колотилось в груди.

Дверь хлопнула, а тот, что в повязке, вдруг сжал её запястье, отсчитывая пульс.

— Агния!

Она попыталась сделать еще один вдох, но грудь сдавило намертво и воздух застрял в горле.

Её сердце запнулось, а потом совсем замолчало.

***

Гера жмурилась и прижимала уши — с такой силой ветер бил в лицо. Оказалось, летать на драконе совсем не весело.

После того, как их пиалы опустели, Энтар повел её на вершину горы, и Гера еще гадала, зачем. А вот за этим самым — огромная зверюга точно не поместилась бы во дворике госпожи Лидии. Миг — и место Энтара занял дракон — самый настоящий. Он зубасто улыбнулся и приглашающе мотнул клиновидной головой.

Так Гера и оказалась на чешуйчатой спине, вцепившись в гребень, словно от этого зависела её жизнь — не то чтобы это было неправдой. Солнце закатывалось за горизонт, а внизу проплывали плотные облака. Когда Гера успокоилась и решила осмотреться, дракон, будто издеваясь, сложил крылья и ухнул вниз. Гера изо всех сил сжала пальцы на гребне и молилась, чтобы у неё когти от страха не вылезли, а то еще скинут за то, что драконью шкуру попортила.

Слава всем богам, падение замедлилось — Энтар перед самой землей расправил крылья, и сделал несколько мощных взмахов. Впереди и внизу показалась бетонная площадка, обнесенная высоким забором, по верху которого шла колючая проволока, и Гера поежилась, представив, что придется через него лезть.

На площадке теснились низкие квадратные здания, и дракон, совершенно не стесняясь снующих внизу охранников, пошел на посадку. Умостившись на одной из крыш, он встряхнулся, мягко скинув со своей спины Геру, а потом снова обернулся человеком.

— Тут твое сокровище, — объявил Энтар и принюхался.

Гера огляделась и прислушалась, но сирены не ревели, охранники не кричали и вообще делали вид, что здоровенный дракон на крыше — обычное дело.

— Да расслабься. Не видели они нас, я не дурак, показываться простым людям. Пойдем, время уже позднее, внутри никого нет.

И правда, они шли совершенно спокойно, и двери сами собой распахивались перед Энтаром, стоило тому щелкнуть пальцами. Внутри безликого здания пахло хлоркой и металлом, так что Гера постоянно морщила нос от желания чихнуть. Но чутье вело дракона все дальше и дальше в сплетение коридоров, и в один момент запахи изменились.

Отовсюду веяло самыми разными магическими тварями, и Гера не удержалась — обхватила себя руками.

— Я тоже их чую, — бросил Энтар, не оборачиваясь. — Не тормози, у нас другая задача, а с этим будут разбираться Магнус и Агния.