Принц льда и крови - Джукич Алиса - Страница 108

«Может, Дориан прав, и мое место рядом с отцом? Он хотя бы сможет защитить меня от Эллина, когда тот поймет, что его план по контролю надо мной провалился, и попытается убить меня».

Я тяжело дышала, выпуская пар изо рта. Как же больно, когда осколки разбитого сердца впиваются в ребра.

Доковыляв до ворот, я сдержанно улыбнулась караульным, у которых чуть глаза на лоб не вылезли при виде меня: усталой, растрепанной и с обветрившимися щеками.

– Мисс Эркенст, скорее проходите внутрь, вам не стоит задерживаться на морозе, – заговорил самый коренастый из гвардейцев. – Мы немедленно сообщим Его Величеству о вашем прибытии и состоянии…

– Не нужно! – обрубила я гвардейца, уперев руку в бок.

Бледный феец косо взглянул на меня, и я, чтобы отвести от себя подозрения, добавила:

– Мы с Его Величеством немного повздорили, – натянув на себя высокомерную маску будущей королевы, во избежание дальнейших расспросов, произнесла я. – Я хочу побыть одна.

Гордо расправив плечи и властно вздернув подбородок, я прошествовала мимо стражей. Исчезнув из поля их зрения, я тут же помчалась к гостевому этажу.

«Сколько у меня времени до того, как караульные нарушат мой приказ и доложат о моей выходке Эллину или Габриэлю? Минуты? Часы?»

На бегу я скинула с себя меховую накидку и заплела взлохмаченные ветром волосы в свободную косу. Покоев Артура я достигла быстро. Даже не переведя дыхание, без стука я ворвалась внутрь и тут же пожалела об этом.

Меня встретил пронзительный женский визг. Бриэль в прямом смысле соскочила с моего брата, прикрывая стройное обнаженное тело атласной простыней.

– Агнес, проклятье! Тебя, что, стучать не учили? – сев на постели, недовольно зарычал Артур, прикрываясь подушкой.

Будь все иначе, я бы колко пошутила над ними или язвительно пристыдила, но я слишком устала. Морально устала от всей излитой на меня Дорианом информации. Не замечая ничего вокруг, я оперлась спиной на закрытую дверь, придавая опору ватному телу.

«Пока Бриэль здесь, я ничего не смогу рассказать Артуру», – расстроенно подумала я.

Зеленые глаза брата, все еще кипевшие раздражением, смягчились, как только он заметил мое опухшее от слез лицо и искусанные в кровь губы.

Пулей слетев с кровати, он натянул на себя валявшиеся на полу пижамные штаны и в два шага подскочил ко мне:

– Сестра, у тебя все в порядке? – Гнева как не бывало. Артур вздрогнул, когда я отрицательно замотала головой, захлебываясь в новом потоке горячих слез. Мне было так больно от предательства любимого, что я едва держалась на ногах.

Теплые ладони брата обхватили мое лицо. Повиснув на шее Артура, я поддалась новому порыву отчаяния, вовсе не замечая расспросов Бриэль:

– Агни, если мой ненаглядный братец тебя чем-то обидел, ты только скажи, я на него вмиг найду управу. – Бриэль потянулась за блестящей сорочкой. Одевшись, она уселась на прикроватную софу, наблюдая за нами.

Ничего ей не ответив, я громко шмыгнула носом.

«Знает ли Бриэль, что убийца ее родителей – Эллин? Знает ли о детях, заживо замороженных во льдах? Знает ли она правду обо мне?»

Содрогнувшись в руках брата, я нащупала на его шее холодное серебро цепочки кулона – Сальма.

Единственным способом проверить слова Дориана о принадлежности брата к друидам было сорвать с него кулон. Если Артур – смертный, то его тело изменится под тяжестью прожитых лет, а если нет… Благой Принц мог каким-то неведомым способом одурачить меня, я должна была узнать наверняка, а молодость брата вновь восстановит магия.

– Прости меня, Арти, – собравшись, вымолвила я и что есть силы дернула за плетеную цепочку. Серебро больно обожгло пальцы, врезавшись в кожу, но все же цепь оборвалась. Кулон, звонко стукнув, покатился по полу.

Схватившись за шею, Артур возмущенно округлил глаза.

– Агнес! – с упреком выкрикнул брат, отшатнувшись от меня. Бриэль шумно вздохнула, удивленно прикрыв рот ладонью.

Лицо Артура не изменилось, его совсем не тронули морщины. Он остался молодым и здоровым, совсем не похожим на дряхлого пятидесятилетнего смертного.

Но самое жуткое – то, что мой брат не бросился в панике к зеркалу, не стал судорожно ощупывать свое лицо или кричать на меня.

Я грустно усмехнулась, чувствуя, что вскоре меня накроет истерика.

– Боже, ты знал! Знал, что твой отец – друид!

Артур скривился, будто мои слова обожгли его, как открытое пламя.

Мой брат – моя семья, моя единственная жизненная опора – годами утаивал от меня правду. Бесстыдно лгал мне о своем отце, о своей принадлежности к смертным.

– Ты предал меня! – закричала я, утирая ладонью слезы жгучей обиды.

Артур ощетинился:

– Все, что я когда-либо делал, все решения, которые принимал, – все это было ради твоей безопасности, Агнес.

Внутри, натянувшись до предела, лопнула последняя тоненькая ниточка, удерживавшая меня от уничтожения.

Не в силах больше оставаться в одной комнате с братом, я выбежала прочь, хлопнув дверью так, что зазвенели настенные канделябры и вазы.

Все в одночасье рухнуло. Все, во что я верила, все, кого любила, были лишь тенями созданного мной иллюзорного мира. Я сама была лишь иллюзией.

Метальные оковы больше не сдерживали меня. Магия пела арию в голове, завладев сознанием.

«Я никогда не была смертной. Хватит притворяться, хватит слепо верить в возможность зажить нормальной, человеческой жизнью. Я – не нормальная, и мой мир никогда таким не будет».

Эхо моих быстро удалявшихся шагов разносилось по пустому замку, пока позади меня не послышалось тяжелое шарканье.

– Агнес, подожди! – За мной мчался брат в наспех накинутой на голый торс рубашке. Я вскинула руку, и он врезался в прозрачную, но крепкую, как титан, стену из сгустившегося воздуха, замерев в нескольких метрах от меня.

– Агнес, твою… – недовольно заворчал брат, потирая покрасневший лоб.

– Артур, ты мне врал! – вскипая от ярости, завопила я. – Что еще ты знаешь о нашей матери, что еще утаивал от меня двадцать лет?

– А что ты хотела от меня услышать? – брат громко кричал, но его голос доносился до меня словно через толщу воды, заглушаемый воздушной преградой. – Что наша мать наставила рога Благому Королю, что спала с друидом? Что я – плод ее предательства, а она сама спровоцировала твоего отца в ту ночь?

Артура колотило, он гневно провел рукой по каштановым кудрям.

– Я доверяла тебе! – Растерзанная в клочья душа отказывалась внимать разуму. – А ты все это время кормил меня ложью, – даже мгновения я больше не могла вынести в стенах ледяного замка, все здесь намеревалось раздавить меня. Ложь брата и возлюбленного словно пропитала насквозь плиты цитадели, их предательство будто осело толстым слоем на каждой картине, на каждой ледяной ступеньке.

– Прощай, Артур, – тихо пискнула я.

– Агнес! – умоляюще закричал брат, барабаня кулаками по прозрачной стене, но я даже не обернулась.

Бежать прочь – вот что требовало мое нутро. Я должна успеть покинуть замок, пока меня не остановили. Мне здесь не место. Только не теперь, когда ярость на самых близких разъедала мою душу. Меня использовали, мне врали, да и жить под одной крышей с бывшим возлюбленным, который жаждет твоей смерти, – опасно.

Воздушная преграда, сдерживавшая брата, перекрыла мне доступ к своим покоям. Обреченно выдохнув, я отбросила идею вернуться за Ирисом. Артур любил его не меньше моего, и, несмотря на всю свою лживую сущность, он никогда не причинит Ирису вреда. Воодушевившись этой мыслью, я быстро покинула гостевой этаж. Сбежав вниз по лестнице, ведущей в вестибюль, я на ходу заправила косу в горловину свитера.

Придав лицу максимально беспечное выражение, я двинулась навстречу караульным, охранявшим выход. Но тут же, тихо выругавшись себе под нос, я завернула за ближайший угол и спрятались за ледяной скульптурой барса.

Из снежного вихря прямо перед гвардейцами вышла Бриэль. Морозный ветер, доносившийся с улицы, трепал юбки ее голубого платья.