Принц льда и крови - Джукич Алиса - Страница 49

Боже, как у меня засаднило внизу живота!

Мозг тут же подкинул картину ледяных губ, покрывающих самые чувствительные участки моего тела. Собравшись с мыслями, я быстро слепила новый снежок и, на секунду выглянув из-за фонтана, бросила его в Эллина. Он проворно увернулся, и снежок, не достигнув цели, разбился у ног короля.

– Давай так, играем до трех попаданий, одно мое уже есть. Проигравший будет должен победителю любую услугу или желание, – предложила я, все еще кружась возле прекрасной статуи.

– Уверена, что сможешь выполнить мое желание? Я ведь – король фейри, у меня очень извращенная фантазия, Агнес. – Удары сердца гулко отдавались у меня в висках, и снова перед глазами встала картина его ласк.

– Насколько мне помнится, у нас пока один – ноль. Так что, Ваше Величество, вы сначала выиграйте, а потом разглагольствуйте, – парировала я хриплым от возбуждения голосом.

– Как пожелаете, мисс Эркенст, только потом не жалуйтесь, что я вас не предупреждал.

Эллин обошел фонтан с другой стороны, стараясь поймать меня с поличным, но меня и след простыл. Отвлекая его разговорами, я незаметно перебралась за ствол массивного хвойного дерева.

Нагнувшись, я быстро вооружилась новым снежным комом и осторожно вынырнула из-за ствола, ожидая увидеть блуждающего недалеко от фонтанчика короля, но вокруг было пусто.

Неожиданно справа от себя я уловила едва заметный шелест ветвей и, резко повернувшись на звук, оказалась зажатой между стволом дерева и руками Эллина. Ледяные пальцы находились по обе стороны от меня, его лицо нависало над моим всего в нескольких миллиметрах, я судорожно вдыхала воздух, который он выдыхал.

– Бу, – протянул он не своим, низким голосом и разбил снежок о мою грудь. – Один – один.

Его рука так никуда и не сдвинулась, оставшись прижатой к моему сердцу. Поймав затуманенный взгляд Эллина, я чуть подалась вперед, касаясь животом его мускулистого тела. Через тонкую ткань белых брюк я отчетливо ощутила его желание, и все внутри меня взорвалось.

Жар устремился по венам, сжигая остатки воли и разума, превращая меня в податливую тряпичную куклу. В призыве я запрокинула голову и обнажила шею. Холодные губы короля коснулись моей кожи у подбородка и скользнули вниз. Он обхватил мое лицо рукой и мучительно застонал, словно прикосновение ко мне причинило ему невыносимую боль.

Мы желали друг друга, как две зажженные спички, которых в конце концов уничтожит собственное пламя. Но полыхать, извиваясь в агонии, они будут вместе.

Эллин прикусил мочку моего уха, и теперь уже тихо застонала я. Каждый из нас медлил, боясь сделать следующий шаг, чтобы не спугнуть. Мы оба тяжело дышали, купаясь в близости и запахе друг друга.

Первой сдалась я. Мне неистово захотелось прикоснуться к нему, и я запустила пальцы в его удивительно шелковистые пряди. Не касаясь короны, я хотела переместить руку на его высокую скулу, но наткнулась на острые кончики ушей фейри. И вдруг мыльный пузырь моего желания лопнул, весь мир, словно рассыпался на множество тысяч осколочков.

Эллин такой же, как мой отец. Он – феец, и именно за такую любовь мама поплатилась жизнью.

Моя рука упала вниз, и я отпрянула от него, вжавшись в дерево. Почувствовав перемену в моем настроении, Эллин нехотя отстранился и резко дернул за ветвь над моей головой.

Снег, сорвавшийся с ели, лавиной обрушился на меня, попав за шиворот.

– Эй! – недовольно взвизгнула я, отряхивая волосы и накидку от снега. Хотя мысленно я всячески благодарила Эллина за такое сглаживание неловкости, резко возникшей между нами.

Король стоял в пяти шагах от меня под другим заснеженным деревом и широко улыбался, будто ничего и не было. Только потемневшие от желания глаза, все еще прикованные к моим губам, говорили об обратном.

– Два – один, мисс Эркенст, – прохрипел он и прокашлялся.

Нас окутывал настолько приторный аромат сдерживаемой им магии, что, поддавшись искушению, я на считаные секунды освободила кровь фейри.

«Встрепенись», – мысленно приказала я дереву, под ветками которого нагло стоял Эллин. И тут же снова увела русло собственной силы в глубины сознания.

Внезапно на короля обрушился снег. Вовремя среагировав, он вскинул руку и заставил снегопад застыть в воздухе.

– Какого черта? – громко ругнулся Эллин. И пока он возмущенно негодовал над произошедшим, я прицельно запустила снежок ему в плечо и с разбега повисла на его вскинутой руке, увлекая короля за собой в пушистый снежный настил.

Оставшись без магического сдерживания, снежный поток посыпался нам на головы. Громко смеясь, мы рухнули вниз. Снег был везде – у меня в волосах, в сапогах и даже во рту.

Свалившись в сугроб, Эллин поймал меня и подмял под себя, нависнув надо мной всем телом. Его корона съехала набок. Не сразу заметив, в какой интимной позе мы лежим, я потянула руку, чтобы поправить ее, но в последний момент передумала. Схватившись за ледяной край, я скорчила королю рожицу и, резко потянув, нацепила корону на свою голову.

Эллин расхохотался, его звонкий смех эхом отразился от высоких деревьев розария, отдаваясь и в моей груди.

Ледяная корона оказалась ужасно тяжелой и сразу же сползла мне на лоб, прикрыв глаза. Я состроила недовольную гримасу. Хохотнув, Эллин щелкнул меня по носу и сдвинул корону обратно.

– Как ты ее носишь? Она же неподъемная, – возмутилась я, но, внезапно осознав, как близки к моим его губы, занервничала.

– Просто она тебе не принадлежит. Для меня она весит не больше грамма.

Глаза Эллина заискрились ледяным пламенем, когда я привстала на локтях, еще больше сократив расстояние между нами.

– То есть корона сама определяет своего хозяина?

– Не совсем так. – Эллин задумчиво закусил нижнюю губу. – Скорее, она чувствует древнюю магию прародителей фейри и повинуется тому, в чьих жилах течет их кровь. Странно, что она вообще позволила тебе себя надеть.

Корона сильно давила мне на голову, словно на мою макушку взвалили целую телегу таких корон. Я заметно напряглась и, подняв руки, сняла ее с себя, протянув обратно Эллину.

– Пусть останется у тебя до ужина. Скажем так, это твой трофей за победу в сегодняшнем сражении. – Эллин встал с меня, отряхивая колени от снега, и протянул руку, помогая мне подняться.

Волосы короля растрепались: теперь, без короны они торчали в разные стороны, слегка припорошенные снегом. Эллин принялся очищать мою накидку от густо облепивших мех снежинок.

– Кстати, ты уже придумала желание? – ненавязчиво спросил король, аккуратно отряхивая мой капюшон.

– Я еще не определилась: то ли заставить тебя пробежаться голым по замку, то ли… – Постучав пальцем себе по подбородку, я хотела перевести все в шутку, чтобы унять скопившееся между нами напряжение.

Эллин высокомерно улыбнулся, сверкнув заостренными зубами, его руки скользнули к моим плечам. Склонившись, он нежно прошептал мне на ухо:

– Агнес, если хочешь увидеть меня голым, тебе не обязательно тратить на это свое желание, достаточно лишь попросить…

Я зарделась, по моему лицу холодной волной прокатилось его дыхание. Несмотря на сильный мороз, между нами снова разгорелось пламя.

Все мысли в моей голове, словно уличенные на кухне тараканы, разбежались по углам. Меня охватило сразу два безумных порыва: схватить Эллина за воротник и слиться с ним в забвенном поцелуе и желание с размаху влепить ему звонкую пощечину.

Не разобравшись со своими внутренними демонами, я лишь отшатнулась от него, уперев раздраженный взгляд в ледяную корону у себя в руках.

– Мне лучше пойти к себе. – Мой взор метнулся к багровой полоске неба над горизонтом – близился рассвет. – Пожалуйста, отведи меня в замок, я устала и хочу есть.

Эллин качнул головой, но спорить со мной не стал. Наверное, все чувства были написаны у меня на лице. Когда он снова приблизился ко мне, с его губ пропала нагловатая ухмылка. Он осторожно взял меня за руку и повел к выходу из розария.