Принц льда и крови - Джукич Алиса - Страница 67

– И я заслуженно понес свое наказание, – король чуть придвинулся ко мне, показав припухший кончик языка.

Подавив смешок, я осторожно ткнула пальцем ему в ногу.

– Проехали, Ваше Величество. Главное, Артур жив и здоров, я не сержусь.

– Рад это слышать. Мне невыносима мысль о том, что ты можешь отдалиться от меня. – Пока я переваривала его откровенное признание, Эллин, щелкнув пальцами, призвал снежный вихрь. Рядом со мной на кровать упала Книга Вечности. – Вот, возвращаю, как и обещал.

Положив ветхую книгу себе на колени, я бережно провела рукой по переплету. Книга напоминала мне о матери. А пока живы мои воспоминания, жива и она.

– Могу я задать тебе вопрос? – оторвав взгляд от книги, я медленно развернулась к Эллину. Он кивнул. – Как ты оказался в мире смертных?

Феец снова оперся на подушки, устало массируя виски. В комнате стало тихо, только шум от падающих в часах льдинок да мое глубокое дыхание оживляли королевские покои. Через пару долгих мгновений Эллин заговорил:

– В тот день мои шпионы доложили, что Александр готовит нападение на Низший Двор. Я сразу же запросил аудиенцию у королевы Лилиан, чтобы предупредить ее о возможной угрозе со стороны Двора Дикой Охоты. – На лице у Эллина отразились злость и досада. – Лилиан я знал с детства. Наши матери были близкими подругами, а отцы – соратниками. Частенько мы гостили друг у друга, а потом Валериан, отец Лили, предал Неблагой Двор, встав на сторону Александра. Он начал бредить идеей о разрушении границ между Дворами и выступил вместе с королем Двора Дикой Охоты против моего отца. В итоге они проиграли, мы разбили их альянс, а после войны король Валериан загадочно скончался, и на престол взошла его дочь.

Эллин нахмурился, опустив голову.

– В той войне я потерял родителей. – В голосе короля сочилась горечь. – Став правителями своих Дворов, мы наладили былую дружбу.

– Как это «загадочно скончался»? – переспросила я, когда Эллин договорил и стал пальцами теребить край одеяла – он снова погружался в тяжелые воспоминания.

– Лилиан презирала своего отца не только за союз с Александром, он хотел насильно выдать ее замуж за принца Двора Дикой Охоты, чтобы объединить будущим потомством их Дворы. – Я невольно вздрогнула. – Лили была против такого брака, так как давно любила Генри – одного из гвардейцев своей личной охраны. Но Валериан даже в мыслях не допускал их союза, ведь принцесса не могла выйти замуж за обычного королевского служащего – тем более в Генри текла оскверненная кровь. Его мать была водной нимфой.

Подперев щеку ладонью, я внимательно слушала рассказ короля. Почему-то мне стало жаль обреченную на страдания из-за глупых предрассудков ее отца и народа принцессу.

– Валериана бессердечно отравили жидким железом. – Эллина передернуло. – Даже такой мерзавец, как он, вряд ли заслужил настолько мучительную и долгую смерть. Убийцу не поймали. Королевская охрана и армия Низшего Двора не смогли найти не единой зацепки. Словно убийца не проникал в замок и не покидал его.

– Ты думаешь, Лилиан убила собственного отца? – неоднозначно поинтересовалась я.

– Нет, скорее всего, это сделал Генри. Он не позволил бы своей возлюбленной марать руки и нести тяжелое бремя убийцы. Лили была для него всем. – Эллин поднял на меня потускневшие глаза, в которых читалось понимание чувств низкородного гвардейца. Чуть помолчав, он продолжил: – Лилиан откликнулась на мою просьбу и опустила заслон, позволив мне, Итону и Габриэлю явиться к ее Двору. Как я уже и говорил, Александр – великолепный стратег. Хитрый король предвидел, что как только получу донос от шпионов, я поспешу предупредить старую подругу. – Вена на лбу Эллина вздулась и быстро запульсировала. – Когда защитные силы барьера пали, он с помощью огненного артефакта перехватил наш портальный поток и, как только мы переступили порог цитадели цветов, обрушил на нас свою армию. Для Александра это была прекрасная возможность разгромить Низший Двор и уничтожить меня.

Судорожно втянув ртом воздух, Эллин сжал руки в кулаки. Наверное, ему тяжело давалось признание собственных ошибок.

– Развязалась бойня, мы были застигнуты врасплох. Александр предполагал, что я явлюсь к Лили без должной охраны и оружия. Итона серьезно ранили, меня и Габриэля оттеснили друг от друга, зная, какой силой мы обладаем и что по отдельности с нами справиться будет легче. Этот маневр король Двора Дикой Охоты продумывал не один год, изучив нас вдоль и поперек.

Меня затрясло. В попытке унять дрожь я принялась растирать плечи.

– В сражении веспертио растерзали Генри, его смерть уничтожила Лилиан. Она даже не пыталась бороться, ее сердце умерло вместе с гвардейцем. Приспешников Александра было слишком много, гвардия Лилиан не выдерживала натиска Двора Дикой Охоты. Я защищал королеву как мог, одновременно сражаясь с сотней подготовленных солдат и монстров. Вскоре моя магия начала истощаться. Александр этого и добивался: его войско не могло убить меня, но изнурить, лишив львиной доли силы, – запросто. Оставшись практически без магии, я, скорее всего, проиграл бы ему в бою.

Эллин гневно фыркнул и подавленно продолжил:

– Итон умирал. Габриэль, уничтоживший треть армии Двора Дикой Охоты, выбился из сил и уже не мог защищать ни себя, ни его. Мы сражались на разных флангах цветочного замка, разделенные многочисленным войском. К тому времени остатки магии я черпал из жизненных сил и сражался в основном на мечах и в рукопашном бою. Меня и Лилиан взяли во вражеское кольцо, из которого нам было уже не вырваться: перемещение убило бы меня на месте.

Я чувствовала, как с каждым словом короля леденеют пальцы ног и учащается сердцебиение.

– Александр ликовал. Он загнал меня в угол, единственным выходом из которого была смерть. И тогда я приказал Габриэлю бежать, спасать Итона и возвращаться в Неблагой Двор. После моей гибели Бриэль приняла бы мои силу и титул, я мог доверить сестру только ему. Габриэль – единственный на свете, кроме меня, который ради нее костьми ляжет.

Сжатые в кулаки руки Эллина задрожали. Придвинувшись к нему, я успокаивающе погладила его по запястью, пока король говорил:

– Габриэль не мог ослушаться моего приказа. Неохотно, но он все-таки подчинялся, сообразив, что будет нужен Бриэль. Собрав последние крупицы магии, он активировал рунические камни и, закинув на плечо истекавшего кровью Итона, исчез в лимбо. Тогда я был уверен, что вижу друзей в последний раз.

Эллин уронил голову на грудь, прикрывая проступившую на лице уязвимость белыми прядями.

– Чуть позже в бой против меня ринулся и сам Александр. Лилиан нужна была ему живой, поэтому я позволил себе отступить от нее. Ее схватили вражеские гвардейцы и поволокли за волосы через весь Тронный Зал к порталу. Грубые действия огненных фейри привели Лили в чувства, и она воспользовалась магией.

Король перевел сбившееся дыхание и продолжил:

– Пол содрогнулся под нами, и, пробив себе путь через толщу каменных плит, в зал ворвались земельные глыбы. Это на долю секунды отвлекло Александра, и Лилиан спасла меня. Оказывается, у нее был фамильный кулон вроде того, что я дал тебе в Джуно. Он обладал силой перемещения, но, в отличие от портала, мог телепортировать меня куда угодно: в сердце океана, на вершину горы и даже в твой мир, Агнес. Он стал единственным для меня шансом выжить, и, поймав брошенный мне кулон, я не задумываясь активировал его. – Эллин положил ладонь на бок, словно прикрывая свою старую рану. – Александр быстро сообразил, что я собираюсь сбежать, и бросился в атаку. Обессиленный и занятый кулоном, я пропустил удар, и меч короля Двора Дикой Охоты – раскаленное железо – вспорол мне живот.

Я со свистом втянула в себя воздух, вспомнив то жуткое увечье.

– Он смертельно ранил меня, и в этот момент сработал подарок Лили, утянув меня в водоворот света. Я слышал, как Александр приказал нескольким монстрам последовать в портал и вернуть меня, а потом все стихло и я потерял сознание.