Краденая невеста 2 (СИ) - Шарм Кира - Страница 7

Давид вонзается в меня языком, замирая у моего лона совсем на краешке. Одной огромной головкой.

Терзает мой рот.

Вбивается , затапливая страстью.

Выбивает каждым толчком все новый и новый стон.

Пока я снова не впиваюсь в его плечи. Не распахиваюсь сильнее. На максимум.

Во мне просыпается ураган. Или это он переполняет меня своим? Наполняет так, что срываются все границы. Пульс зашкаливает. Тело полыхает и плавится, превращаясь в воск под его руками!

Я будто слепну.

И нет ничего!

Ни мыслей. Ни очертаний его лица и предметов.

Я вся превращаюсь в чувство. В безумные ощущения. В рваные вдохи, которые сливаются с его….

– Любовь моя…

Шепчет, спускаясь поцелуями ниже.

Обжигает ими шею. Сжимает грудь…

Снова и снова заставляет гореть. Сгорать. Расплавляться. Бешено метаться головой по подушке…

Чуть задевает языком дико бьющуюся на шее венку, одновременно перекатывая между пальцами сосок.

И я взрываюсь. Сама не понимаю, как дергаю бедрами ему навстречу.

Наталкиваюсь на раскаленный каменный орган, получая в ответ полурычание Давида. Сама нанизываюсь на него…

– Давид!

Кричу, словно в какой-то безумной горячке, когда он начинает снова двигаться внутри меня.

Это происходит как-то само.

Ноги рефлекторно обвивают его бедра.

Он двигается плавно. Каждым толчком словно пронзая меня.

Раскалывая на части и заставляя утопать в нереальных, запредельных ощущениях.

Задыхаться.

Дергаться навстречу его телу.

Дрожать и трепетать в его крепко обхвативших меня руках.

Пока мощный спазм не скручивает меня насквозь. Прогибает в спине так, что позвоночник, кажется, сейчас просто треснет!

– Давид!

Вскидываюсь. Подлетаю над постелью.

На миг впиваюсь изумленно в его глаза. Замираю.

Меня пронзает…

Диким ощущением. Все тело скручивает в пружину.

Судорожные толчки моего собственного лона до боли, до рези в глазах обхватывают его каменный член.

Не понимаю, что со мной….

И тут же рассыпаюсь на множество осколков!

Кажется, кричу, а тело выгибается еще сильнее… Под наши общие судорожные точки…

Меня взрывает. Кажется, я просто улетаю. Прямо под потолок. Бьюсь в судорогах.

Его член внутри меня становится еще больше.

И вдруг выстреливает. Бьет внутри мощной волной. Нет, даже ударом. Срывая окончательно все планки…

– Давид…

Хриплю в каком-то лихорадочном безумии…

Он обхватывает меня руками. А тело дрожит… В ушах гул. Я даже не знаю, на каком я свете…

– Саида. Моя Саида, – слышу его хриплый, сорванный голос как будто издалека. Чувствуя, что уплываю. Проваливаюсь куда-то… А все тело по-прежнему дрожит… В его руках. Никак не может успокоиться….

Я просыпаюсь утром чувствуя себя будто в тисках. Горячих, раскаленных тисках, которые обхватывают все мое тело!

А по телу будто танк проехался. Каждая косточка ноет. Каждая мышца растянута так, будто после нереальной тренировки или какого-нибудь забега-марафона!

Хочется потянуться. Но и пошевелиться не могу! Что-то меня держит… Так крепко!

Не раскрываю глаз, хоть уже и ощущаю через сомкнутые веки теплый солнечный свет.

И вдруг…

Вспышка!

Свадьба, Шамиль…

О, Господи! Не до конца понимаю, где нахожусь…

Еще сильнее сжимаю веки!

А мой сосок… Он просто горит… Как будто чьи-то огромные лапы его мнут и сдавливают!

– Не притворяйся. Ты проснулась.

Россыпью тут же вспыхнувших по спине ударов ударяет по коже знакомый хриплый голос. Бархатный. Тот, который растекается по губам… По венам… Тот, который отдается каждым ударом в сердце! Стучит набатом в моем пульсе! И… Ох. Я снова проваливаюсь, как в самый настоящий водоворот! Как будто меня с головой накрывает огромной волной!

И вкус его голоса… Он вспыхивает на губах. Растекается по ним сладкой, будоражащей истомой…

Выкручивает что-то внутри, заставляя полыхать низ живота…

Безумные картины прошлой ночи проносятся перед глазами!

Я…

Как же дико я себя вела вчера! Совсем потеряла голову!

Вспыхиваю до корней волос. Еще сильнее сжимаю веки.

И бедра тоже. Ноги сами по себе судорожно сжимаются. А там, в самом сокровенном месте, разливается горячая влага. Нежные складочки начинают покалывать… Искрить…

Ох… Какие же они сейчас разпухшие! Как и губы, которые просто горят. Болят. Покалывают от всего, что было вчера!

Но… Стоит только вспомнить, что Давид со мной вытворял… Особенно с этими складочками…

Как сразу же хочется провалиться куда-нибудь подальше. Ну, или хотя бы накрыться одеялом с головой!

Почему он, кстати до сих пор здесь?

Разве ему не нужно по делам? Каким-нибудь. Важным. Очень важным делам! С самого утра! Хотя… Похоже, не такое уж за окном и раннее утро! Скорее, уже полдень, судя по тому, как сильно солнце бьет по векам!

– Ты урчишь.

Бархатный голос будоражит.

Бьет по всем оголенным нервам.

И я сжимаюсь в комочек. Лучше бы вообще сжаться так, чтобы исчезнуть!

– Перестань, Саида. Раскройся.

Сдерживаю порыв помотать головой. Начинаю вместо этого протяжно дышать. Может, поймет все-таки, что я сплю? И наконец уйдет? Оставит меня наедине с мыслями о вчерашнем грехопадении? Ну, чтобы хоть как-нибудь с этим хотя бы примириться…

– Саида.

Но нет. Этого хитрого зверя не проведжешь!

Одеяло буквально слетает с меня. В одну секунду.

– Не надо. Пожалуйста, – шепчу, чувствуя, как меня рывком опрокинули на спину. Мощное тело Давида уже нависло надо мной. Придавливает своей силой. Чувствую каждую его налитую мышцу. А его пальцы… Они скользят по моим ресницам. Как бы заставляя меня раскрыть глаза!

– Давид!

Ну, как он не понимает? Мне до безумия стыдно за вчерашнее! А он…

– Красный тебе к лицу.

Его дыхание уже опаляет мои губы.

И они вздрагивают. Распахиваются. Уже чувствуют того, кто терзал их поцелуями! И… Что… Готовы это продолжить?

– Только в одежде. А на коже… Саида!

Его рука скользит по моей щеке. Ласково. Нежно. Медленно.

Чувствую, как он поправляет сбившиеся на лицо пряди.

– Нам не за что стыдиться. Мы муж и жена. Все , что было вчера… Естественно и прекрасно!

Оххххх….

Я таки раскрываю глаза.

И тут же сталкиваюсь с его горящим взглядом. Только теперь на дне совершенно черных глаз не золотистые всполохи. Там огни. Почти звезды!

И тут же вжимаюсь в подушку.

Хватаю его, которая совсем рядом. Накрываю лицо.

Ужас. Как мне теперь смотреть ему в глаза? Как вообще появиться на людях? После такого?

Наглые руки вытаскивают меня из моего хрупкого убежища.

Мельком проносится мысль о том, что я совсем неприлично выгляжу!

Не причесана. Волосы после вчерашнего совсем сбились и перепутались. Без душа, и…

Ох.

А он так близко! Его лицо совсем рядом!

И… Как и прежде, жадно пожирает меня глазами…

Вот такую… Немытую. Непричесанную! Да вообще непонятно на что похожую!

– Саида.

Голос Давида звучит слишком глухо.

Кадык резко дергается, когда он шумно сглатывает.

По- прежнему пронзает меня взглядом. Теперь уже тяжелым. Напряженным.

Вижу, как напрягаются стальные мышцы на его груди. Вены вздуваются на шее и руках…

– Ты самая прекрасная женщина на свете. Для меня. И ночью была еще прекраснее!

Ага. С запрокинутой головой. С закатившимися глазами. Разметавшимися волосами и… Изгибающаяся. Бьющаяся в той дикой, безумной агонии! Я же, кажется, что-то и кричала… И…

Ох…

И не только кричала, понимаю, замечая глубокие царапину на его шее. Это ведь отметки моих ногтей!

Нет, ну почему выражение «провалиться сквозь землю» только фигуральное? Я бы с удовольствием сейчас бы провалилась! Навсегда!

– Нет ничего прекраснее того, что происходило ночью между нами.

Давид поправляет упавшую на лицо прядь волос. Снова не дает мне хоть так от него закрыться.