Необычный пациент (СИ) - Планетанова Татьяна - Страница 41

Но он сделал так, чтобы до восемнадцати лет мои пути никогда не заканчивались аэропортом, а после совершеннолетия я перестал принимать его деньги. Получил стипендию на дальнейшую учёбу, устроился официантом в один популярный рестобар, а все заработанные деньги откладывал. И уже через несколько лет смог открыть своё собственное кафе.

Так я доказал себе, что тоже могу заниматься бизнесом, только без той грязи, что всё время сопровождала работу отца. Но это не принесло мне желанного освобождения.

В глубине души того мужика за убийство матери я так и не простил, но и не мог смириться с тем, что сделал сам. Не мог принять свою тень.

И когда понял, что больше не могу убегать от себя, я решил, наконец, познакомиться с собой. Узнать на что ещё способен.

Я всё продал, заморозил счета, а сам отправился в Индию.

Не взяв с собой ни копейки, будучи практически нищим, я скитался по разным местам. Брался за любую работу. Скажу честно, это было куда сложнее, чем аскезничать в Европе, ведь там заработанных денег мне едва хватало на еду.

Зато я многому научился. И заполучил такое богатство, с которым не сравнятся никакие деньги — я обрёл себя. Перестав себя судить, я принял свой груз, и освободился от его тяжести.

— А тебе и не за что судить себя, ведь сложись всё немного иначе, тот человек мог остаться жив.

— Приди я немного раньше домой, осталась бы жива и мама. Но всё сложилось именно так, Ангелина. И это на самом деле был её выбор. А мой выбор был — долбить её убийцу кулаками, пока не выдохся, а затем оставить его в руках Сахиба.

— Он, получается, дважды тебя подставил.

— Он знал, что я никогда не хотел идти по стопам отца. Однажды я сказал ему при Сахе, что если он когда-то решит оставить мне свой бизнес, то я продам всё и лучше открою что-то полезное. Поэтому Сахиб и не упустил возможности отдалить нас с отцом ещё больше, позволив тогда тому мужику отъехать. А когда внезапно отъехал мой отец, Сахиб не смог найти контрольный пакет документов, вот и затеял всю эту игру.

— Тебе пришлось отдать ему всё из-за меня… Прости.

— Нет, ты как раз появилась очень вовремя. Я тогда ещё не мог смириться с тем, что узнал, и по глупости затянул ситуацию, пытаясь стянуть с них хоть какое-то подтверждение. Но если бы они просекли, что я в курсе про предательство, то мы бы с тобой точно здесь сейчас не сидели.

— Получается, что абсолютно всё, что произошло с нами — было нужно?

— Да. Оказалось, что Сахиб уже давно перерыл всё в особняке моего отца, сам убеждая меня, что мне там появляться крайне опасно. Если бы не ты, я бы не пошёл ва-банк, так и не узнав всей правды, и тогда ещё неизвестно, чем могла закончиться эта история. Получив своё, Саха, наконец, расслабился, а я, зная, что ты им больше не интересна, смог спокойно всё разрулить.

— И сейчас ему от тебя больше ничего не нужно?

— Мы с ним всё решили. У Сахиба просто не было другого выхода, как только вернуть мне всё обратно. В итоге я, как и хотел, закрыл все заведения, а имущество продал, отдав вырученные средства на благотворительность.

— А ещё ты прикупил ресторан.

— Не на деньги отца. У меня была припасена приличная сумма с продажи кофейни в Англии. О, я же совсем забыл! — Азиз ненадолго отошёл к бару и вернулся с вытянутой бутылкой из красивого чёрного стекла. — Английский «Хэмблдон», — гордо произнёс он, щёлкнув пробкой, будто я разбиралась в марках шампанского.

— Спасибо, но мне достаточно лимонада, — я подняла свой стакан навстречу его фужеру и предложила тост, — за то, что всё хорошо закончилось?

— За то, что всё только начинается, — загадочно подмигнул он мне.

— Скажу честно, Азиз, я не хотела сегодня приходить.

— Понимаю. Прости, что сделал тебе больно.

— Знаешь, ты не появлялся так долго, что все эти вопросы, которые мы с тобой сегодня обсудили, на самом деле уже давно потеряли свою актуальность.

— Если ты уйдёшь, и не захочешь меня никогда видеть, я пойму. Но знай, что я бы не хотел тебя больше никуда отпускать.

— Я пришла в первую очередь, чтобы поблагодарить тебя. За то, что ты сделал меня настоящей. Впервые в жизни я чувствую себя настолько собой. Я понимаю, что моё счастье не зависит ни от кого, кроме меня самой. Понимаю, что если не буду любить себя по-настоящему, то так и буду гнаться за шлейфом чужой любви ко мне. Это неправильно. Это нездоровое отношение к себе и к жизни. И я это поняла только благодаря тебе. Эту разницу в мироощущении можно прочувствовать, только познав принципиально новое качество жизни. Отныне моя жизнь бьёт ключом, и я больше никому не позволю лишить себя этого состояния.

— Я очень рад, Ангелина, что и ты обрела себя. Я в свою очередь тоже хочу тебя поблагодарить. Спасибо за то, что ты появилась в моей жизни и зажгла моё потухшее сердце. С самой первой нашей встречи я знал, что ты можешь сиять так ярко, как сейчас. Приятно видеть тебя такой. Спасибо, что ты пришла сегодня и озарила своим присутствием это место, подсветив мне дорогу вперёд. Пойдешь ли ты со мной по ней дальше? — он протянул свою руку, пригласительно положив её на стол ладонью вверх.

Его пронзительный взгляд в купе с непривычно искренними речами смутили меня, и я замешкалась, совсем не зная, что мне на это ответить. Молча вложила свою руку в его, и Азиз настолько тепло улыбнулся, что мне сразу же дико захотелось обнять его.

Длинные чувственные пальцы ласково прошлись по моему запястью, и, заметив, как нетерпеливо я заерзала на стуле, он сам подошёл ко мне.

Ничего не говоря, Азиз подхватил меня за талию и усадил прямо на стол. Дикий огонёк блеснул в его потемневших глазах, прежде чем он жадно впился в меня губами.

Жаркая волна вмиг прокатилась по всему моему телу, сильно затуманив сознание. С трудом стараясь прервать наш такой долгожданный поцелуй, мне каким-то образом всё же удалось возмутиться:

— Мы же в ресторане, ты сумашедший!

— Если бы не это, мы бы не познакомились, — усмехнулся Азиз и, как ни в чём не бывало, продолжил сводить и меня с ума своими поцелуями в шею.

Не в силах сдерживать судорожные вздохи, я стыдливо покосилась на входную дверь.

— Здесь кроме нас сегодня больше никого не будет, я об этом позаботился, — заверил он меня хриплым голосом и, отстранившись, сдёрнул официантский фартук, зацепившейся завязкой сорвав ряд пуговиц на своей рубашке. На оголившемся торсе Азиза я увидела неровный белый шрам и осторожно провела по нему пальцем.

— Он напоминал мне о тебе, пока мы были не вместе. — Азиз переключился на молнию моего платья-кардигана, и быстро оголив верхнюю часть, замедлился, заставляя меня покрываться мурашками от каждого его прикосновения губами.

Азиз спустился ниже, заставив меня задышать чаще, и мои пальцы невольно зарылись в его густые чёрные волосы. Я прислонилась губами к его голове, и, упиваясь его запахом, прошептала:

— Я люблю тебя, Азиз.

— Твоё сердце стучит так сильно, будто просится к моему, — он посмотрел на меня и его блестящие от любви глаза засияли ещё ярче. Взяв мою ладонь, он приложил её к своей груди. Наши сердца стучали в унисон. — Я люблю тебя, Ангелина.

С самой первой нашей встречи я уже подсознательно знала, что этот мужчина — именно тот, кто мне нужен. Но я не знала его самого. А сегодня он дал мне ответы на все мучившие меня вопросы, кроме одного — почему он пропадал так долго?

Я шла на эту встречу, не зная, чего мне ждать. Что будет после. Я боялась новой боли. Но теперь я просто уверена, что если мы даже не будем вместе, я больше не стану страдать — сейчас я как никогда ощущала свою полноценность.

И мне было так хорошо от этого чувства завершённости, которое только усиливалось рядом с таким же самодостаточным мужчиной.

Он не появлялся, потому что ждал, пока я сама дорасту до этого осознания. Теперь я была ему ровней.

Он и я — мы как два корабля, для которых совсем не важно, что за бортом, важно лишь то, что внутри. А внутри нас плещется любовь, и, даря себя друг другу, мы только умножаем её.