Обречённый на Бесконечность (СИ) - Коковин Михаил - Страница 126

Почему я до сих пор не прикончил этого Иошинори?

Почему он может позволяет командовать мной?

— Я никогда не давал себе слабину, но сейчас, смотря на это чудо природы… Мои руки почему-то разжимаются, — Тсуоши посмотрел на свое копье, а после начал во весь голос смеяться.

Это странное ощущение, что уже дважды подарил ему Люцифер. Богу Войны отроду более тысячи лет, значение почти перевалило через отметку в пятнадцать веков, но все же. Он так и не понял, для чего существует — ради сочных, кровопролитных битв, ради банального веселия или… Ему есть что защищать? Ведь Тсуоши не такой бездушный, как кажется на первый взгляд.

— Это интересно. Нужно проверить, — вновь сжав копье, Тсуоши медленно, три раза обернул его над своей головой в форме воронки. — Абсолютное Копье. Свет Лапласа.

В небе засверкали миллионы белых точек, которые столпились на маленьком для них черном полотне. Излюбленная техника Бога, которой он прикончил не одну тысячу, возможно даже сотню тысяч своих врагов, не оставив и малейших следов их существования. Как только он будет готов, то просто опустит руку вниз, вместе с копьем.

Знаменуя окончание пути неизвестных ему толком ангелов.

И… Произошло именно то, чего и ожидал Тсуоши. Маленькая хрупкая девочка защитилась огромным ледяным куполом — на такое Бог Войны просто усмехнулся, но поразило его другое. Кто-то, вслед за Арианой, также встал на защиту Люцифера и всего, что находилось рядом с ним.

— Абсолютное Преломление. Зеркало Ята.

Поперек законам и правилам, на этом поле сражения стоял еще один Бог… Асмодей решил выйти в свет и одним кодовым словом призвал огромное зеркало по направлению Света Лапласа. Все, что попадет в эту «тарелку» будет немедленно съедено неизвестной силой. И сильнейшая техника Бога Войны не стала исключением.

— Перенос, — скрестив свои руки, Асмодей вновь призвал зеркало, направленное в пустоту космоса, и из него тотчас вылетела чудовищная сила.

Прозвучал оглушительный вой. Порыв ветра был готов саморучно стереть с лица этого маленького острова всех обывателей краев. Даже прочный щит Арианы стал трескаться под натиском ауры.

— И скажи же. Почему я ни капли не удивлен? — спросил с усмешкой Тсуоши.

— Извини. Я уже когда-то отвечал тебе на вопрос, наступила моя очередь.

Асмодей левитировал где-то в сотне метрах от Тсуоши, однако, на странность, они прекрасно друг друга слышали. Но… Бог Войны на последние слова ответил очередным ударом. Тот, кто, по его мнению, уже давно должен был откинуть свои «копыта» вновь предстал в чистом образе.

Тсуоши Астерос ждал именно что поворота судьбы, который спасет Люцифера. И сейчас он понял — будущий Бог действительно был избран кем-то. Возможно даже Прародителем, ведь у него не было и шанса на выживание.

Только вот… Это все равно странно. Бог Войны сейчас находился в замешательстве — в состоянии, в котором он был от силы раз пять за всю жизнь. Почему именно Асмодей, а также… Почему он стал настолько сильным? В прошлом, Тсуоши не оставил на нем и живого места всего одной точной атакой, однако сейчас даже и царапины не смог подарить за сотни быстрых ударов копьем.

Асмодей просто уклонялся с филигранной точностью от каждого замаха.

— И все же. Считаешь ли ты смерть посредственной забавой? — телепортировавшись на приличное расстояние, Асмодей вновь скрестил свои руки. — Наверное, такова риторика… Допустим, что да.

— Ты за идиота пытаешься меня держать? — смахнув с копья груз послеобраза Асмодея, Тсуоши приготовился к серьезной атаке. — Я вновь отправлю тебя в могилу!

— Нет. Извини, но не в этот день… Листья Кьёнори.

Странный вопль Тсуоши, который знаменовал его потерянное состояние, тут же прекратился с оглушительным звуком соприкосновения двух громадных зеркал. Асмодей вновь использовал абсолютную технику и заточил Бога Войны меж двух пространств, созданных «тарелками». Они легли сверху и снизу от силуэта Тсуоши, полностью его закрыв.

Сколько продержится такая ловушка? Мельком взглянув на нее, Асмодей понял, что времени осталось не так уж и много — минут пять-десять и наружу из тюрьмы выберется «бешеное чудовище».

***

Под толстым покровом льда находилось четверо. Азазель пытался поднять обессилившую Ариану, чтобы та продолжила свое исцеление, но с каждым толчком, с каждым ударом, соприкосновением аур, этот ледяной кокон был готов в любой момент обрушиться на них.

— Кажется, закончилось… — констатировав факт, Азазель стал вычерчивать магические узоры, дабы телепортировать всех из этого заточения.

Однако… Это было и незачем…

— Долго же вам пришлось ждать.

Вся оставшаяся команда оказалась в воздухе на невидимой платформе, которая левитировала в сотнях метрах над землей. А посреди этой плиты стоял демон с ветвистыми рогами. Асмодей телепортировал всех поближе к нему, в мгновение ока произнеся лишь одно кодовое слово.

— А ты… еще кто такой… — Азазель до телепортации стоял на коленях рядом с Люцифером, и теперь ему только и оставалось что смотреть на демона исподлобья.

— Мое имя Асмодей. Но не думаю, что сейчас таковое важно.

— Да… Прошу, скажите если знаете способ, как спасти Люцифера… — с опущенной головой сказала Ариана.

— Опять просишь… — Асмодей, закрыв на секунду глаза, подошел к Люциферу. Он положил руку ему на грудь, а после, около открытого участка тела ангела, появилась черно-белая метка. — Действие законов Мироздания не излечить простыми усилиями, магией или просто желанием. И мне не удастся.

Это было правдой. Азазель и Ариана уже поняли причины столь внезапного «падения» Люцифера. Он смог использовать тьму и свет вместе, а после, когда время четвертой ступени закончилось, ему пришлось не только возмещать долг от предыдущей ступени, но еще и почувствовать на себе мощь нерушимых законов. И, если говорить прямым языком… Последствие этой ступени — банальная смерть.

— Но можно отсрочить наказание, — после того, как Асмодей отошел от тела Люцифера, он подошел к Людошиэлю и повторил все те же действия. — Я остановил распространение чёр… Нет, так не пойдет.

Вряд ли Ариана или Азазель уловили эту ауру… Асмодей вдруг стал зол на самого себя, в мгновение позволив «развязать» язык. На нем действует нерушимое проклятие, однако даже с ним эта информация была полностью под его контролем.

— «Слабость дает о себе знать…»

— Сердце!.. Люцифер снова дышит… — с облегчением сказала Ариана.

— Да… — смахнув с себя странные эмоции, Асмодей повернулся к ним с серьезным лицом. — А теперь я спрошу вас, взамен на мою помощь. Готовы ли вы продолжать свой путь или остановитесь прямо здесь? Людошиэля и Люцифера, думаю, спрашивать смысла нет.

Тот же самый вопрос, который сам себе задал Люцифер. Что будет лучше… Конкретный выбор. Однако, для Арианы и Азазеля не было открыто некоторой информации о судьбе и Архонте, который ей управляет. Они не знали, что любой из этих путей приведет их к одному концу.

Поэтому и пытались думать рационально. Азазель вновь посмотрел на своего брата, тогда как Ариана незамедлительно кивнула головой, уже все решив для себя.

— Я… согласен продолжить, но уже не в роли лидера. Не моя это привилегия, — улыбнувшись про себя, сказал Азазель.

— Ваш выбор. Тогда… Добро пожаловать в новую Империю Лоун.

Под вспышку от телепортации все оказались в слегка темном месте, укутанном тысячами желтых огоньков.

Том 1 Глава 26 — Последствия

Том 1 Глава 26 — Последствия

***

С наступлением утра множество ангелов спешили на работу, пронзая столичные стены бесконечными разговорами. Они не были беспечными, но смотря вниз с десятиметровой высоты, девочка в маске на подобное лишь усмехнулась. Ведь никто не знает, что вскоре произойдет, народ Империи Хан даже не подозревает о приближающемся конце.

— И всё же, почему?.. — легкая улыбка быстро сменилась задумчивой мимикой.

Посмотрев вперед, Беатрис невольно приоткрыла рот, рассуждая о случившемся. Ей уже не интересен тот артефакт, способный очертить границы возможного будущего — она задумалась о настоящем. Рассиживаясь на стене Вестбурга, фальшивый Архонт искал причины.