Обречённый на Бесконечность (СИ) - Коковин Михаил - Страница 76

Его аура стала заполнять всё больше и больше пространства. Сейчас до Рерании дошел смысл сказанных ею слов. То, что она прочитала на тех листках… Те слова Доумы… Та, кого он больше всего ненавидит на свете, и та, кто помогла Рерании найти новый смысл жизни — одна и таже личность.

— Беатрис!!! Ты мразь, ты мразь, ты мразь, ты!..

Он повернул свой взгляд в сторону Рерании. Сейчас два жаждущих мести глаза сомкнулись на силуэте девочки, которая со слезами на щеках смотрела на маленькую шкатулку.

— «Мама… Нет… Почему…»

Ее стало окутывать бессилие. Сейчас на нее направили убийственную ауру, а цель раскололась в мгновение… Одно неверное слово, всего одна спешно сказанная фраза и она попрощалась со своей жизнью, с мечтой и со всем этим миром. Бледно-синее лезвие появилось после взмаха руки Доумы и сейчас неслось прямо на силуэт застывшей девушки.

— «Простите все… Простите меня… Никчемная…»

От такого удара ей не уклониться. Это была смерть. Бессмысленная. Глупая. Никчемная… Но порой судьба ведет себя слишком непредсказуемо.

— Ашурамару! Убей их! — послышался знакомый голос сверху.

Том 1 Глава 17 — Против Создателя

Том 1 Глава 17 — Против Создателя

***

В особняке сейчас неспокойно. Каждый был загружен работой: кто-то изучал магические круги, кто-то рассматривал артефакты на наличие повреждений, кто-то проверял высшую магию, которая находилась в посохе, дабы ничего не забыть в экстренный случай, кто-то рисовал приблизительную карту местности той лаборатории.

Все готовились к предстоящему сражению, что начнется через четыре дня.

— Я закончил… Если так подумать, то самое сложное в этом были узоры, сама техника довольно логичная и простая.

Люцифер смог запомнить те пять магических кругов, что представляло из себя заклинание Дезинтеграции. И если не зацикливать свое внимание на сложные узоры, которые порождали по началу полный хаос в его голове, то все оказалось куда скромнее…

Первый круг — разметка области техники. Второй круг — создание особых частиц. Третий круг — заполнение выделенной области этими частицами. Четвертый круг — помещение попавших под действие частиц объектов в изолируемое пространство. Пятый круг — удаление изолируемого пространства.

Довольно просто. Только вот то количество информации, что нужно держать в голове перед применением техники… Этим Дезинтеграция и оправдывает свое название групповой магии.

— Я тоже. Эфирный Жнец окажется хорошим подспорьем для решающего момента, а вот Геликсион оказался просто погремушкой на веревочке… — лидер тоже закончил приготовления.

Азазель держал перед своим лицом небольшой куб, к которому была привязана тонкая ниточка.

Эфирный Жнец. Артефакт третьего класса был очень полезным щитом для их отряда. Две небольшие эбонитовые палочки таили в себе силу, которая позволяет на пару секунд сделать твое тело невосприимчивым к абсолютно любой магии. И для защиты, и для нападения. Такая вещица точно станет их козырем.

Только вот сработает это лишь на одном из них, и лишь единожды.

В свою очередь тот артефакт первого класса был сложен в исполнении… Азазель решил, что его использование он отложит на самый крайний случай. Действие Божественного нисхождения могло в секунду решить все их проблемы, но также существовал и шанс, что все это окажется пустой тратой времени.

Если артефакт не подействует на тех существ, то они потратят большое количество времени в пустую.

— Ашурамару, — Азазель закинул этот бесполезный кубик себе в пустотный ящик. — Что скажешь насчет этой техники? Сможем ли мы полагаться на нее в бою?

— Учитывая то количество маны, что уйдет на применение Дезинтеграции, думаю… Все пройдет гладко. Только есть одно условие…

— И какое же?

— Люциферу придется сильно сдерживаться в бою. Использование других заклинаний строго под запретом. Его вместилища маны хватит только на применение этой техники, ни более. В ином случае ты вновь почувствуешь на себе взрыв внутренних органов…

— Ну и пусть. Если не будет другого выбора, все равно придется использовать техники… Ай!.. — Ашурамару ткнула пальцем в лоб своего хозяина. От такого там остался маленький красный след.

— Всегда есть выбор. Лучше один раз сбежать и вернуться снова, чем умереть в собственной лужи крови, смотря без всяких сил как умирают твои товарищи. Запомни это.

— Ашурамару права. Если произойдет так, что Доума окажется в разы сильнее нас, то мы телепортируемся обратно. Нам сейчас необходима победа, а самое главное — постараться обойтись без жертв… — подтвердил Азазель.

Даже огромный и слаженный механизм может рухнуть в одно мгновенье, если убрать в нем малейшую шестеренку. И Азазель понимал это как никто другой. Умрет один, и ты сможешь заменить его на нового… Нет. Это будет удар не по общей силе, а по рассудку. Потерпеть подобное поражение в самом начале — самый настоящий крах.

— Хорошо. Я понял… И… — Люцифер опять почувствовал неприятные ощущение в области его головы. — Хватит в меня тыкать!

— Хе-хе, — Ашурамару за такое короткое время успела добраться до его затылка.

— Эй, голубки! — Людошиэль тоже закончил со своей проверкой. — А мне кто-то скажет, почему Рерании до сих пор нет?

— Мм-м? И точно, прошло уже три дня с её ухода… — Азазель вдруг задумался.

— Может… Мо-может она опять гу-гуляет по магазинам?.. Хватит!

Ашурамару каким-то образом смогла повалить Люцифера. И теперь она начала его щекотать.

— Она ушла в Кубою… И почему-то у меня плохое предчувствие… — Ариана, что сидела на своем привычном месте около окна, также закончила с примерной расстановкой на схематической карте лаборатории.

— Плохое… Предчувствие? — Азазель прищурил глаза. Он пытался понять, о чем именно говорит Ариана, но это ему ничего не дало.

— Да…

— Хм-м… Если она не придет через два дня, то придется лично посетить ее родной дом… Ладно, я отойду в свою комнату, не расходитесь, еще будет одно собрание. — с этими словами глава отряда решил уйти. Ему нужно подготовиться к грядущему собранию и еще раз вспомнить, что необходимо собрать на их вылазку в лабораторию.

***

Комната Азазеля находилась рядом со спальней Рерании. Только вот, если все остальные помещения в этом особняке можно описать под обыкновенное место для ночлега и отдыха, то вот его… Это больше походит на кабинет Рена Фонгеля. Огромный письменный стол посреди комнаты, за которым расположились трехметровые стеллажи с кучей письменных работ. А самое главное, что его кровать была настолько маленькой, что он сам едва там помещался.

— «Что значили те слова? Эх… Может, это просто женские интрижки какие-то?» — подходя к своему кабинету, Азазель вновь задумался…

Если это и предчувствие, то оно должно подкрепляться какими-то фактами. Пытаясь вспомнить хоть что-то, намекающие на это «плохое», он вставил в скважину ключ и открыл дверь.

Повеяло холодным и свежим воздухом.

— «Что? Я забыл закрыть форточку?»

На улице был сильный дождь. Весь его подоконник залило водой, а некоторую рукопись даже смыло на пол.

— «Стоит поменьше работать…»

Азазель пододвинул стул к окну и закрыл форточку. Ситуация, конечно, неприятная, но тут уж ничего не поделаешь. Ладно хоть эти бумаги были не столь ценными, чтобы переживать за них.

Только вот, среди разбросанных, мокрых и липких листков он нашел своим взглядом еще кое-что. Какой-то неопознанный конверт, которого и в помине тут не было.

— «Это еще что за чертовщина… Люцифер оставил какие-то новые данные без моего ведома?»

Он аккуратно взял этот конверт двумя пальцами. Вид у него был очень ужасным, но, кажется, его содержимое осталось целым. Видимо, оболочка конверта достаточно прочная.

Азазель сел за свой стол, держа в руках полумертвый, слегка мерзкий коричневый сгусток, который чем-то напоминал рваную обертку из-под конфеты.

— Надеюсь я не превращаюсь в склеротика… Я точно его здесь не припоминаю.