Главное – любить (СИ) - Веленская Наталия - Страница 41

Так, нужно попробовать решить проблему с одеждой самым дипломатичным из всех возможных способов!

— Саш, я тут обнаружила, что… я совсем не при параде. Точнее, мне реально нечего надеть из домашнего. Вот тут пятно, — смущённо указываю я рукой в сторону домашнего костюма. — Можешь одолжить что-нибудь из своего?

— Да, — отвечает Саша, подходя ко мне вплотную, продолжая прожигать меня взглядом. Эй, он вообще слышал, что я сейчас попросила?

— Спасибо. Не хочу тебя смущать и расхаживать по квартире в одном полотенце, — немного нервно хохотнула я.

— Ты меня не смущаешь, — тихо отвечает Александр третий, уже непозволительно близко. Так близко, что я могу разглядеть капельки воды на его длинных ресницах, которые обрамляют серую дымку глаз.

Запускает руку мне в волосы, притягивает к себе и впивается жадным поцелуем, который напрочь выбивает из меня все разумные мысли. Я забываю, как дышать, пока его руки скользят по моему телу, а губы прокладывают обжигающую дорожку из поцелуев по шее вниз, к ключице и ниже…

Пожалею, я точно обо всём пожалею… Хотя чёрт возьми, кого я сейчас обманываю?!

Его рука замирает на узелке, который удерживает мое полотенце.

— Лиз, если ты хочешь, чтобы я остановился, просто скажи, — хрипло говорит Саша. — Ничего не будет, если ты не хочешь.

Я отрицательно мотаю головой.

— Я буду тогда сумасшедшей.

— Нет. Если кто и сходит сейчас с ума, то это я.

[1] «По улицам Москвы», Пара Нормальных

Глава 43

После этой ночи я поняла, что абсолютно не знала ни себя, ни своего тела. А уж мои познания о сексе и вовсе были довольно посредственны… Впрочем, мне с радостью преподали такой экспресс-курс, что до сих пор мир кружился перед глазами.

Сомневалась ли я, что Корсаков окажется хорошим любовником? Конечно нет, но, чтобы настолько… Внутри странным образом перемешались два противоположных желания: то ли стукнуть его за такую исключительную идеальность, то ли возблагодарить небеса, что я попала в такие умелые руки. И не только руки… Чёрт!

И снова я натыкаюсь на этот взгляд тяжёлый, тягучий. Который медленно скользит по моему обнажённому телу. С него, с этого взгляда, всё и началось тогда в моей комнате.

Почему-то в своих фантазиях, я представляла, что у нас всё произойдет, как обычно, под влиянием порыва, неконтролируемой страсти и желания. Стоило только вспомнить наш первый поцелуй. Но к моему удивлению, Саша решил отклониться от привычного курса.

Чувственно, нежно, неторопливо.

— Ты такая красивая, — говорит Корсаков низким голосом, который запускает тысячу мурашек по моему телу. Ловко распутывает одним движением узел и освобождает меня от ненужного предмета одежды.

Холода я не чувствовала совсем, напротив, казалось, еще немного и я сгорю под этим восхищенным и пылающим взглядом.

— Идеальная, — тихо шепчет Саша, проводя пальцами по окружности груди. Накрывает ладонями, слегка сжимая. Выгибаюсь к нему навстречу и не могу сдержать стона.

Я стою перед ним абсолютно голая, с затуманенным желанием взглядом, но никакого смущения у из-за этого не было. Хотелось тоже увидеть его всего, вот также без одежды, но возмутиться разнице в нашем положении мне не дали — Саша вновь притягивает меня к себе, накрывая мои губы глубоким, неторопливым поцелуем. Бережно подхватывает меня на руки, так и не размыкая наших губ. Я просто почувствовала, как отрываюсь от земли, во всех смыслах.

Какие-то считанные мгновения и вот я уже в его комнате, на его кровати. И чувствую его руки и его губы везде на своём теле. И не верится, что может быть так. Я столько лет отвергла всю эту чушь про двух половинок одного целого, но сейчас — как иначе можно назвать то, что происходит между нами? Потому что только так вместе — идеально. Будто мы две детали, которые идеально выточены друг под друга. Какая-то магия, которая не поддается никакому логическому объяснению.

Когда сразу с лёгкостью подхватываешь ритм движений, и знаешь на каком-то подсознательном уровне, что да — вот так и нужно, чтобы было хорошо. Когда и руки, и губы открывают новые неизведанные ранее точки, уводя на беспредельную высоту. И рваное дыхание будто одно на двоих, и пульс сердца, отчаянно бьющегося в груди. Когда кричишь и шепчешь любимое имя, и чувствуешь себя самой счастливой слыша своё имя в ответ.

Нежность и неторопливость растворяется в ускоряющихся стремительных движениях, навстречу наслаждению, навстречу друг другу. Кожа к коже, сердце к сердцу. Одна общая цель — чтобы в один миг оказаться там вместе, на краю вселенной. Нашей собственной, личной вселенной. Той самой, которая открывается двоим, в момент наивысшего наслаждения.

Саша, Саша, Сашенька… Люблю тебя! И плевать на всё. Здесь и сейчас просто люблю. Так хочется шептать эти слова, уткнувшись ему лицом в грудь. Но я лишь сильнее зажмуриваюсь и прячу взгляд, утопая в его объятиях. Сейчас не время и не место. Просто меня переполняют эмоции, и ещё не до конца вернулась способность здраво мыслить.

Мне ещё никогда не было так хорошо, как с ним. И одна лишь мысль, как я раньше могла жить без него, кажется какой-то дикой, неправильной.

Судя по Корсакову, усталости он совсем не чувствует. Лишь несколько капель пота на лбу и шальной дымчатый взгляд выдают, что он совсем недавно предавался жаркой изнуряющей активности. Интересно, а у меня сейчас какой вид? Ой, да плевать! Когда он так смотрит на меня, то мой разум как по щелчку вырубается. А приятная истома вновь сменяется возбуждением, которое разливается по всему телу.

Желание вновь ощутить его так близко, как только возможно между мужчиной и женщиной становится просто невыносимым. И я тянусь к Саше сама, обхватывая его за шею и притягивая к себе в каком-то опьяняющем поцелуе, приятно ощущая тяжесть его тела.

Ещё немного и такими темпами мы пойдём на второй заход. А если часы на прикроватном столике не врут, то время уже давно перевалило за полночь.

— Мне, наверное, нужно идти… — облизывая опухшие, я бы даже сказала истерзанные губы говорю я. Ведь если мне изначально приготовили отдельную комнату, значит спать он планировал здесь один? По факту я так до сих пор ничего и не знаю о его привычках.

— Куда? — Корсаков перекатывается на бок и удивлённо смотрит на меня.

— Ну… в свою комнату, спать.

— Спать ты будешь здесь, — лёгкий, но уверенный захват рукой поперёк живота, притягивает к себе и опаляет горячим дыханием шею. — Но нескоро.

Уснуть, как мне и предсказывали, удалось только под утро.

После такой ночи мне казалось, что я просто не встану с кровати. И уж точно не захочу идти ни на какие-либо пешие экскурсии. Но аппетитные запахи, которые донеслись до моего носа, слегка торчащего из-под одеяла, сделали своё дело. Глаза моментально распахнулись, тело приняло вертикальное положение, а одеяло резким движением было откинуто в сторону.

— Доброе утро, — говорит возмутитель моего спокойствия, держа в руке поднос с едой и кофе, который распространял по всей комнате умопомрачительный аромат. — В прошлый раз с завтраком в постель как-то не получилось…

— И ты решил исправиться? — усмехаюсь я, заворачивая себя обратно в одеяло. Глупо, но при свете дня, нахлынуло лёгкое смущение перед Александром третьим. Хотя чего он там не видел после этой ночи? Перевожу взгляд на Корсакова, который одет лишь в лёгкие спортивные штаны, и не стесняется щеголять с утра пораньше с голым торсом и вгонять в краску ещё не до конца проснувшихся девочек. У которых пробуждался аппетит, совершенно никак не связанный с едой. — И когда только успел?

— Ты довольно долго спала, — улыбается Саша, аккуратно ставя деревянный поднос рядом со мной. Садится рядом и оставляет на моих губах нежный поцелуй с ноткой кофе. Значит, кто-то уже успел позавтракать, пока я дрыхла. Перевожу взгляд на часы. Ничего себе! Нормальные люди уже скоро сядут обедать, а я только открыла глаза. — Я даже успел поработать.