Главное – любить (СИ) - Веленская Наталия - Страница 61

— Зачем тебе столько машин? — спрашиваю я, когда, как и предвещал Александр третий, мы встали в пробку.

— Зачем? Да чёрт его знает… У каждого в жизни должно быть какое-то хобби.

— Обычные люди коллекционируют марки или магниты на холодильник… Ты в детстве не наигрался в машинки что ли? — выгибаю я бровь, переводя взгляд на Сашу.

— Может и так, — Корсаков откидывается на сиденье и начинает барабанить пальцами по обивке руля. — Не могу сказать, что их было очень много в моём детстве. Я же рассказывал — поначалу мы жили довольно скромно. Наверное, ты права. Не наигрался. Да и отец мой тоже. Мы же с ним первое время вместе что-то покупали, ковырялись в моторах, чинили, доводили до ума…

— Совместное дело отца и сына? — понимающе улыбаюсь я против своей воли. Ну вот зачем я в это лезу? Доказать самой себе, что Корсаков не совсем поехавший на своих тачках мажор? А толку-то? Что это изменит в нашем случае? Разве это перечёркивает тот факт, что он познакомился со мной только ради спора? Разве это поменяет то, что ничего серьёзного он ко мне на самом деле не испытывает? И уж совершенно точно это никак не может изменить то, что я полюбила человека, для которого я просто проходной вариант. Полюбила человека со своими достоинствами и недостатками, со своей затаённой печалью, детскими мечтами, особенностями характера. Но так и не смогла вызвать в ответ настолько же сильного чувства.

На одной физиологии далеко не уедешь. И если брать во внимание слова Ники, экзотика и новизна отношений с простой наивной дурочкой, рано или поздно ему надоест. Поэтому лучше самой сейчас завершить наши странные недоотношения.

— Вроде того, — соглашается Саша. — Потом правда это как-то ушло… а привычка вот у меня осталась — покупать как новые, так и старые авто. Ну и страсть погонять иногда, для души.

— Так что тебе мешает вернуть былые времена? Позвони отцу, предложи встретиться.

— Не буди лихо, пока оно тихо, — смеётся Александр третий. — Сомневаюсь, что он согласится. А ещё стоит мне только ему позвонить узнать, как дела, как он тут же кидает всё и прилетает перетряхивать наш офис своими проверками.

— А у него какое хобби, помимо того, чтобы всеми верховодить?

— Хобби?

— Ну да. Рыбалка там, охота… У меня дед любит что-то чинить и строить в своём доме. А твой отец, чем занимается в свободное время?

Корсаков молчит и как-то задумчиво смотрит вдаль, на бесконечный поток машин впереди.

— Даже не могу вспомнить ничего такого. Он всегда только и делал, что работал. А сейчас… и этого нет.

— Может поэтому он и приезжает к вам наводить свои порядки, — усмехаюсь я. — Чтобы чувствовать себя нужным. Позвони ему, Саш, предложи. Хотя бы просто попробуй.

Не знаю, почему я вообще сейчас подняла эту тему. Возможно, этот совет от чистого сердца, который мог вновь наладить отношения отца и сына, был моим прощальным подарком для Корсакова. Мне мало, что удавалось сделать для него за время нашего общения. По большой части, всегда помогал и поддерживал меня он. Но именно сейчас напоследок мне хотелось хоть как-то помочь ему и отблагодарить за все то хорошее, что между нами было. Несмотря на истинную причину нашего знакомства, хорошее ведь и правда было…

Отблагодарить перед тем, как зафиналить наше общение не самым приятным образом. О, женская логика, пути твои причудливы и неисповедимы!

— И в кого ты такая мудрая не по годам? — улыбается Корсаков и пытается притянуть меня к себе, но поток машин наконец-то двигается с мёртвой точки, а я ловко уворачиваюсь от его объятий. Едва уловимое касание пальцев обжигало и отдавалось внутри меня мучительно острой болью.

Главное обойтись без поцелуев! Иначе моё сердце просто разорвёт на тысячу частей от переполняющих чувств и эмоций, которые были доведены до самого предела.

— Сегодня последний день нашего тест драйва, — говорю я каким-то чужим отстранённо холодным голосом.

— Да? А я уже и забыл, — смеётся Саша, заворачивая во двор Ярика.

— Забыл? А это, между прочим, была твоя идея…

— И согласись, идея-то была отличная, — Корсаков одаривает меня широкой улыбкой, ловко паркуя машину. — Мы ведь теперь вместе.

Если бы это действительно было так.

С тоской оглядываю территорию вокруг, подмечая даже самые незначительные детали. Нелепая попытка отвлечься перед решающим шагом в пропасть.

Двор Мереминского на удивление пуст и нелюдим. Будто мы с Сашей два единственных оставшиеся на этой планете человека. Которым через несколько мгновений суждено разойтись в разные стороны.

Корсаков глушит мотор.

— Ну что, звони этому обалдую. Или мы сами поднимемся?

Аккуратно и неторопливо, точно в замедленной съёмке, достаю ключи из зажигания и протягиваю их Саше.

— Передашь сам это Ярику. И мои поздравления.

Вот и наступил тот самый разговор, которого мы все так ждали. Только решилась на него Лизка в довольно неустойчивом моральном состоянии и с максимально убитой самооценкой… Пишите в комментариях, как объяснит Корсаков ситуацию со спором?

Глава 64

Корсаков медленно переводит взгляд с ключей, зажатых в моих пальцах, на меня.

— Поздравления?

— Не знаю как ты, но для меня очевидно, что тест-драйв провален. Чувств между нами нет, настоящего доверия тоже, а значит и будущего у нас с тобой тоже никакого нет. К чему тогда это все продолжать? Поэтому да — мои поздравления с его законной победой в споре.

Каждая секунда этой гнетущей тишины отдавалась лихорадочным стуком пульса в моих висках.

— Вот значит как? То есть вы с ним всё-таки заодно? — усмехается Александр третий, откидываясь на сиденье.

Если я ждала каких-либо слов, то точно не этих.

— Заодно? — переспрашиваю я, сосредоточенно нахмурив брови. Что он несёт? Я только что уличила его в том, что он использовал меня для достижения победы в споре. Где положенное чувство стыда и вины? Или хотя бы их отголоски? Почему Корсаков смотрит на меня, как на врага народа?!

— Вместе веселее было водить меня за нос? — Александр третий с холодным любопытством посматривает на меня, скрестив руки на груди. — Одно только не могу понять, как вам удалось подстроить саму встречу? Ярик дал мои координаты? Ты выслеживала меня? Специально ходила там, где я гулял в тот вечер, чтобы я обратил внимание?

— Ты издеваешься?! — не выдержала я, переходя на несколько децибелов громкости выше положенных при спокойной беседе. — Ты использовал меня, чтобы выиграть этот чёртов спор! И всё, что ты сейчас можешь сделать — это тупо перевести стрелки и выставить меня виноватой?!

Губы начинают предательски дрожать. Чёрт, не хватало сейчас только заплакать! Резко отворачиваюсь к задним сиденьям, чтобы достать свой миниатюрный багаж. Лучше держать сумку наготове, неизвестно ещё, как и при каких обстоятельствах закончится наш разговор.

— Погоди… ты думаешь…, - Александр третий явно сбит с толку. — Но если ты знаешь о споре, то как…

Корсаков хватает меня за плечи и разворачивает к себе пытливо заглядывая в моё лицо. Прикосновения выбивают последний кислород из моих лёгких. Я отчаянно пытаюсь выбраться из знакомых любимых объятий, которых сейчас были для меня хуже пытки.

— Как я узнала?! Спросишь потом Ярика при каких обстоятельствах он мне сообщил столь важную информацию!

С усилием сбрасываю с себя руки Корсакова и распахиваю дверь машины. Жадно ловлю ртом воздух. Корсаков выскакивает следом за мной и в два счёта оказывается рядом.

— Ты что думаешь, я правда принимал участие в очередном безумстве Мереминского?! — взревел Саша, нависая надо мной сверху и впечатывая в меня свой тяжёлый взгляд.

— А что разве нет? И ты пошёл знакомиться со мной добровольно, а не потому что хотел что-то доказать Ярику?

— Если я и хотел что-то кому-то доказать, то только себе! — Саша со всей силы ударяет кулаком по крыше авто. От неожиданности я даже подскакиваю на месте и с ужасом смотрю на его покрасневшие костяшки пальцев. — Неужели ты настолько плохо меня знаешь, что поверила в эти бредни?!