Иллюзия Реальности (СИ) - Призрачная Адельфина - Страница 35

— Прости, я запачкаю тебя…

— Верни свою руку, — я прижалась к груди мужа и тот приобнял меня за плечо. Мы ковыляли еще медленнее, но так было теплее.

— Что они сделали с вами?

— Волки?

Из груди вырвался невеселый смешок.

— Люди. Система.

— Не знаю точно, но из трех поколений испытуемых, только наше с Эбеном получилось удачным. К тому времени проект давно свернули. Те, у кого не было последствий, спокойно жили дальше, работали, создавали семьи. Но внуки испытуемых проявили интересные способности. Из-за сомнений и слабых показателей Андарион восстановил программу. Они вычисляли нас с большим трудом и сомнениями. Думаю, если бы мы проявили больше умений в контроле над животными, нас могли бы уничтожить как потенциальную опасность.

— Так же нельзя!

— Это разумно. Жизнь десятков ценой одной.

— Разумно с точки зрения военного, — не согласилась я, поморщившись, — Значит рожденные в Андарионе могли быть связаны с волками? Но ведь Эбен родился в Пустоши и был сиротой!

Адам выдохнул, бегло осмотрелся, все еще контролируя ситуацию и ответил.

— Его родители бежали из Андариона. Хотели спрятать сына и, возможно, все еще живы. Как знать? Мои выбрали другой путь. Правда, гораздо позже, когда пришло осознание.

Я остановилась, Адам следом. Он обернулся ко мне. Весь бледный, как будто из последних сил держится на ногах. Когда супруг такой — не верится, что парень быстро восстановится… Мне бы воду и бинты, но с собой ничего. А еще снова не спокойно. Вернулось то, чего я так боялась — воспоминания.

— Ваши родители знали о программе Андариона? Они знали, что вас привяжут к волкам и заставят убивать людей Пустоши?

— Да.

— Значит в тебе есть способность к регенерации, а волк? Он что, понимает тебя?

— Волки чувствуют меня. Но я не могу говорить со зверем, это невозможно. С детства я знал, что зверь не тронет меня, воспринимая как своего. Генетическая мутация от препарата, введенного когда-то в тело моих предков, помогает мне и Эбену остаться в живых в подобных встречах.

— Они считают вас волками?

— Вроде того. Зверь считает нас своим. А программа, созданная и управляемая чипом, помогает стать сознанием зверя на время защиты города. Так Андарион с помощью Рыцарей контролирует сознание волка на период комендантского часа. Никто другой не может этого сделать.

— И волк подчинен воле Рыцаря?

— Не совсем. Скорее частично. Но этому еще нужно учится. Я понятия не имею, как все происходит. Только из рассказов друзей. Я ведь стал военным.

— Ты свободен от требований системы, но при этом особенный. Как так вышло?

Я посмотрела на супруга с подозрением.

— Адам, скажи, пока в теле человека чип, Андарион может влиять на него?

— Да, но у меня нет чипа, связанного с волком, Эмбер.

— Ну-ка!

Я потянула Адама к себе, чтобы тот наклонился и посмотрела за его ухом. Было темно, но я заметила аккуратную полоску шрама. А затем я прощупала такой у себя. В отличие от блондина, мой был бугристым и, видимо, совсем свежим.

— Андарион внедряет чипы всем жителям, чтобы не допустить под купол чужаков. И ты считаешь, что защищен от него? Адам, как только ты будешь нужен системе, они подключат тебя к волку!

— С чего ты это взяла? Этот чип есть у всех, но для контроля над волком нужен другой. Андарион не сможем связать меня с зверем.

Несмотря на уверенность в сказанном, Адам напрягся. Похоже он уже и сам засомневался, но продолжил стоять на своем.

— Ты так думаешь, — выдохнула я, отступив назад, — И Эбен тоже. Вы упрямо считаете, что есть какой-то другой чип, который не вытащить. Но это сказки, и ты никогда не был свободен. Просто не был нужен. Пока…

— Эмбер, ты паникуешь. Все совсем не так, — попытался успокоить меня Адам.

— Я не паникую. Я знаю. А мне так хочется освободится и жить с тобой счастливо… Но ничего не выходит. Если меня ищут, рано или поздно Андарион призовет тебя под купол.

И тут я поняла. Пока есть чип, они владеют людьми. В том числе и волками, ведь нет никаких других чипов. Они все одинаковы и при правильном воздействии, управление включает волка. Если вырезать чип, человек лишается права быть частью города. Обратного пути не будет. Что же лучше? Остаться в Пустоши свободным или иметь возможность вернутся, но знать, что система в любой момент возьмет над тобой контроль.

«Эбен проведет операцию. Уговори его. Тебя он точно послушает и сделает все, о чем просишь. Вы ведь хотели обмануть распределение? Пусть верит в то, что Андарион тебе нужен для этого и помни, без чипа ты не преодолеешь стеклянный мост».

— Ты опасаешься наказания? Считаешь, история с Олавом повлияет на нас обоих? Думаешь, они решат призвать меня на службу городу?

— Разве нет?

— Я командующий, Эмбер. У меня есть обязанности перед городом извне. Рыцари охраняют город изнутри и там есть кому поработать. Иначе как они отпустили черного волка? Подумай.

А он прав. Ведь к Эбену не было особых претензий. Да, он уехал условно на время, но никто не воспрепятствовал этому.

— Я запуталась, Адам. У меня паршивое прошлое и я не могу от него отделаться, как ни крути. Может зря я поддаюсь желанию вспоминать? Иногда кажется, будто та Эмбер вовсе не я. Как будто мы два совершенно разных человека.

— Чего ты сама хочешь?

— Свободы. Хочу быть с тобой, строить семью. Но та Эмбер хочет другого. Она… В общем, у нынешней меня нет столько смелости.

— Так оставайся той, кем хочешь быть. Сделай выбор и не бойся, я поддержу тебя. А насчет Олава не беспокойся. Я решу этот вопрос, — Адам потянулся рукой ко моему лицу и провел за ухом, удостоверившись, что у меня тоже есть чип, — Главное добраться до Сильвы.

— Мы доберемся! — я встала на носочки и прильнула губами к сухим губам военного. Адам обнял меня за талию, ответив на нежность, а затем прижался лбом к моему.

— Мне досталась лучшая жена.

— Обуза, — усмехнулась я.

— Нет, — парень покачал головой, отстранился и взял за руку, — Трудности закаляют.

Мы больше не говорили. Брели вперед в тишине ночи и каждый думал о своем.

Куда держу путь я? Прежняя Эмбер желала быть счастливой в любви, как и любая девушка, но что-то заставило ее попытаться передать информацию на космические станции. В тот момент она рискнула своим домом, друзьями, любовью и даже жизнью ради этой цели. Новая Эмбер хочет покоя. Ей думается, что так она сможет жить счастливо. Быть хорошей женой и, возможно, обзавестись детьми. Но где-то внутри свербит чувство несогласия. Оно кричит и болит от лжи! Она ведь повсюду — в Пустоши, в гарнизонах и под куполом. Я жила в Доме Мира и не понаслышке знаю о том, как все устроено. Люди не имеют свободы воли, они заперты и задушены правилами. Не свободные воюют с не свободными. Но кто стоит за всем этим? Кто управляет системой? Хельга? Нееет… Тогда кто? Я должна вспомнить.

Окончательно стемнело. Часы показывали двадцать четыре часа. Ветер усилился, стел холоднее. В своем легком костюме я подмерзала, но сохраняла внешнее равнодушие, чтобы не тревожить Адама. Черный лес все еще виднелся, но не тот отрог, в котором мы прятались, а тот, что разрастался за ним вдаль на многие километры.

Станции не видно, как и следов от машин. Здесь как будто вообще никто не ездит. Я уже отчаялась, когда Адам нарушил тишину.

— Смотри, там, вдалеке!

— Горит огонек, — растянув губы в улыбке, я всматривалась в темный горизонт, среди однообразия темных цветов которого, мигал красный маячок.

— Метеостанция, Эмбер! Я не ошибся!

— Да ты знал! — Легонько толкнула Адама в бок, помня о его ранениях. Но парень выглядел куда лучше, чем пару часов назад, — Я не верила, что мы выйдем к ней.

— Я знал, что ты не верила. Но карты не соврали, хотя есть сомнения насчет дееспособности систем.

— Ты помнишь местные карты? Как такое возможно?

— Да все просто. Я дослужился до командующего на Сильве. В горячей точке. Приходилось смотреть важные точки и дороги на картах десятки раз, но я все же несколько опасался спутать это место с другим. Нам повезло!