Дорога к счастью (СИ) - Янг Анна - Страница 31

– Мне кажется, сегодня вам лучше поехать вдвоем, – сказала я, заталкивая свое смущение как можно глубже.

– Ну как хочешь, – задумчиво пробормотала Изабелла. Ее окликнул лорд Ингмар, а я несмело направилась к карете Теодора.

Он улыбнулся, закинул мою котомку в карету и подал мне руку. Я вложила свои пальцы в его ладонь, и вместо того, чтобы просто помочь мне подняться в карету, мистер Аштон поднес мою ладонь к губам и долго, очень долго не отпускал, пристально глядя в мои глаза. Я поняла, что краснею, и услышала удивленный возглас Изабеллы. Обернулась и поймала ее ошеломленный взгляд. Кажется, она хотела что-то спросить, но лорд Ингмар поторопил ее подняться в карету. Кажется, сестра Теодора не в восторге от того, что увидела.

Глава 30

Теодор сел в карету рядом со мной, оставив противоположное сиденье пустым. Я сняла плащ и аккуратно его туда сложила. Теодор молча посмотрел на мои манипуляции, отложил газету в сторону и медленно расстегнул пуговицы камзола. Я делала вид, что не заметила. Он скинул камзол рядом с моим плащом, оставшись в одной рубашке. Мне вдруг стало еще жарче.

Теодор молча подал мне книгу, которую я вчера забыла на террасе, взял газету и углубился в чтение. Я пробормотала благодарность и тоже раскрыла книгу. Буквы складывались в слова, слова в предложения, но смысл текста терялся, потому что рядом со мной сидел мужчина, каждое движение которого заставляло кровь закипать. Я поняла, что рассматриваю его ладони, его длинные пальцы, аккуратно сжимающие тонкие газетные листки. Я постаралась сместить фокус внимания и хотя бы смотреть на то, что написано в газете. Какой-то герцог, живущий рядом с Разломом, надумал жениться – этой новости была посвящена целая колонка, в ней рассказывалось о родословной некой леди Эллари. Я постаралась вникнуть, но и этот текст до меня не доходил.

И вдруг газета закрылась. Я встрепенулась, а Теодор выхватил книгу из моих рук, его лицо оказалось так близко.

– Элли, я должен знать, прошу! – жарко сказал он.

– О чем? – прошептала я.

– Я потерял пять лет и не могу потерять больше. Одно твое слово и я разверну карету, и вместо Хальмо мы поедем в Хампфилд к твоему отцу.

Я почувствовала, как гулко бьется мое сердце.

– Боюсь, это не имеет смысла, – ровно сказала я, и Теодор помрачнел. Он отпрянул и бездумно уставился в пустоту перед собой.

Молчание затягивалось. Наверное, мне следовало объясниться.

– Теод…

– Это из-за контракта? Из-за моей магии? – с болью в голосе сказал он.

– Нет! Конечно нет!

– А что тогда? Почему, Элли? Или это действительно все игра? Если так, то я больше не могу в нее играть!

– Не игра, я… Я просто не могу рисковать, – пробормотала я.

Теодор вопросительно посмотрел на меня.

– Ты сказал, что папа уже однажды отказал. Что, если он снова это сделает? Лучше я поговорю с ним, когда буду в Хальмо. Ты думаешь, это плохая идея? – взглянула я на Теодора. Он расслабленно откинулся на сиденье и удовлетворенно улыбнулся.

– Знаете, мисс Маклейн, вы только что подарили мне надежду.

– Неужели, мистер Аштон? – в тон ему ответила я. – На что же?

Он вдруг повернулся ко мне, схватил мою руку и прижал к губам.

– Что, как только мы доберемся до Нурдалинга, вы станете миссис Аштон.

Горячий шепот проник в мое сердце. Ладонь Теодора легла на мою щеку, его лицо приблизилось, и я прикрыла глаза. Он мягко поцеловал меня, словно боялся спугнуть. А я не хотела, чтобы эта нежность заканчивалась. Кажется, он понял меня без слов. Его губы снова прильнули к моим, робость превратилась в настойчивость, а нежность в страсть. Теодор отпустил мою ладонь, и я обняла его за шею, другая рука скользнула в его волосы. Твердые, густые – я зарыла в них свои пальцы, не желая отпускать. Ладонь Тео легла на мою талию, притягивая меня ближе так, что я начала заваливаться на сиденье кареты. Я отпустила его шею и не позволила себе упасть.

Теодор оторвался от меня, мы оба тяжело дышали. Он смотрел на меня, я на него. Разум вопил, что я поступаю неправильно. Где моя честь? Где достоинство? Но сердце убеждало, что недопустимую грань я перешла, когда вошла в карету этого невыносимого мужчины. Я рассматривала его взлохмаченные черные волосы, его алые губы, его могучие плечи. Взгляд упал на вырез его рубашки, и я смущенно снова подняла взгляд. Тео улыбался тепло и нежно, и я провела ладонью по его шершавой щеке.

– Нет, я не могу, – буркнул Теодор, и снова потянул на себя. Я не сопротивлялась.

Его губы ласкали мои, руки путешествовали по спине и ребрам. Я плавилась и задыхалась от нежности. Губы Теодора спустились на шею, и я запрокинула голову. Его пальцы нашли завязки платья на груди.

– Мм-м-м, как же я рад, что современные платья не предполагают корсета, – пробурчал он, обжигая дыханием мою ключицу.

– Почему? – выдохнула я.

– Так интересно, мисс Элли? – хрипло спросил Теодор.

О, богиня!..

С хитрой улыбкой его руки легли на мою талию, прошлись по ребрам, вызывая щекотку. Я извивалась, но через мгновение щекотка закончилась, а губы Теодора снова припали к моей ключице. Его рука справилась с завязочками на груди, и он спустил ворот платья вместе с сорочкой, оголяя мое плечо. Я ахнула, а его губы обожгли кожу. Он целовал каждый дюйм, приближаясь к краю ворота, который теперь еле прикрывал грудь. Я зарылась пальцами в его волосы, не зная, как остановить этот безумный водоворот, в который я прыгнула по собственной воле.

Теодор нежно приспустил платье, и его рука накрыла мою грудь. Я со стоном выгнулась, и он рывком уложил меня на сиденье. Его губы накрыли мой сосок, а я задохнулась от смущения и наслаждения.

Рука Тео пробралась под подол. Я кусала губы, понимая, как тает на глазах репутация будущей леди Маклейн. Все случится даже не на кровати в придорожной гостинице, а на сиденье в карете?– Мы должны остановиться, Элли, – горячо прошептал он.

– Да… – согласилась я, но ничего не изменилось.

Рука Теодора погладила кожу под коленкой, губы снова ласкали шею.

– Нам надо остановиться!

– Да… – выдохнула я. Какой разврат!

Ладонь Тео погладила кожу у края панталон. Губы нежно целовали скулу.

– Останови меня!

– Да! – Какой непоправимый, сладкий кошмар!

Рука Теодора легла на живот, развязала шнурки панталон и скользнула вниз.

Я ахнула, когда его пальцы прикоснулись ко мне там, где совсем не следовало, попробовала сомкнуть колени, но это ничего не изменило. Он впился поцелуем в мои губы, а его палец проник внутрь. И стало так сладко и так жарко. Я выгибалась, а он заглушал мои стоны поцелуями.

– Элли, я не смогу остановиться, – прошептал он, и я поняла, что мне все равно. Какая репутация? Какая будущая леди? Это я? Не важно…

Его рука потянула панталоны вниз. Губы снова приникли к груди.

И вдруг сиденье, на котором я готова была распрощаться с честью, ухнуло вниз, словно мы въехали в яму, а карета встала. Теодор остановился, тяжело дыша, и мне вдруг стало холодно и обидно, что все закончилсь. А потом мы спохватились и принялись поправлять мою одежду и прическу. Конюх постучал в дверь кареты, и Тео рявкнул, чтобы тот не открывал.

Когда я выглядела почти прилично, Тео выскочил из кареты.

Я перевела дыхание. Позор. Разврат! Стало страшно, что меня ждет, когда он вернется. Но предвкушение пересилило страх, и я удивлялась самой себе. Надо признать, с репутацией я могу попрощаться, и на титул леди могу не рассчитывать, потому что какая леди не может дождаться первой брачной ночи и готова заниматься этим в карете? Я постаралась успокоиться, снова поправила воротник, переплела волосы.

Стоянка затягивалась. Я накинула плащ и вышла на свежий воздух.

Теодор ходил вокруг кареты с озабоченным видом.

– Что случилось?

– Рессора сломалась. Мы подлатали, что можно, но карета не выдержит нас двоих. Кажется, тебе придется ехать с Ингмаром.