(Не)приемный папа (СИ) - Бран Ева - Страница 31

- Надеюсь, что он прав, - целую её в шею. После этих слов Ксю заметно расслабляется.

- А мы платья выбрали сегодня! – вклинивается Варя. Она сейчас занимается салатом. Нож мы ей не доверили, но поручили руками нарвать зелень в миску.

- Красивые?

- Очень! – Вареник в восторге.

- С пышной юбкой и блёстками? – смеюсь, вспоминая, как они с Ксюшей воевали.

- Нет, к сожалению. Невеста сопротивлялась, - вздыхает дочка. – Но они тоже очень-очень красивые. А моё пышное и с цветочками!

- Не терпится увидеть, - улыбаюсь.

Пока Ксюша занимается своим здоровьем, я решаю организационные вопросы. Благо Галина Алексеевна полностью взяла на себя заботы о Варе. Она понемногу адаптирует малышку к обществу. Водит гулять на детскую площадку. Дочка недавно хвасталась, что у неё подружка появилась. Но вечер неизменно только мой.

Я сажусь в кресло и читаю Варе сказку. Это стало традицией. А ещё по выходным мы втроём с Ксюшей осваиваем настольные игры. Вареник жульничает. Хитрюга. Получается это у неё с детской простотой, но так забавно наблюдать за её манипуляциями, что мы с Ксюшей закрываем на глаза на её неумелые махинации.

К психологу пока не ходим. Вроде бы в этом пока что нужды нет. А я всё думаю о том, как дочери правду рассказать. Хочу, чтобы она знала, что я её настоящий папа. Но чувствую, что время ещё не пришло. Или просто оттягиваю момент, потому что боюсь её реакции.

Кстати, хоть глаза у Ксюши и светятся счастьем после лечения, но я всё-таки сам еду в клинику, как и собирался.

- Здравствуйте, - захожу к заведующему отделением. Напрягаюсь от того что женским врачом оказывается весьма молодой и симпатичный мужчина. Блин, да я ревную сейчас!

- Чем могу? – мужчина окидывает меня внимательным взглядом.

- Я по поводу Ксении Морозовой хотел поговорить.

- А кто вы ей будете?

- Через две недели стану официальным мужем.

- Что ж. В таком случае, я вас внимательно слушаю.

- Михаил Сергеевич, я думаю, вы в курсе истории её болезни, - дожидаюсь кивка врача. – Так вот. Ксюша очень хочет родить и говорит, что после лечения она сможет это сделать. Светится вся.

- А вы хотите или не хотите ребёнка? – врач прищуривается.

- Я хочу, чтобы она была счастлива, жива и здорова. Она вам рассказала о последней беременности?

- Я в курсе, - коротко отвечает мужчина. – Хорошо, что вы печётесь о своей жене. Редко такое встретишь, если честно. Печально, на самом деле. Давайте я вам всё без украшательств расскажу, а вы сами решите, как поступить.

Я киваю коротко.

- У Ксюши есть шанс выносить здорового малыша. Мы подтянули её показатели до допустимых значений. Воспалительного процесса больше нет, органы восстановились. Но ей необходимо будет всю беременность провести у нас в клинике под наблюдением специалистов. А ещё подписать бумаги при поступлении о том, что если мы сочтём беременность опасной для её жизни, то по своему усмотрению прервём её. Иначе мы никаких гарантий о сохранности её жизни дать не сможем. Обсудите всё с женой. Но попробовать можно. Только чуть позже. Пусть организм немного в норму после операции придёт.

- Я вас услышал, - кивнул, поблагодарил врача и вышел.

А после выписки Ксюши, всё закрутилось подобно смерчу. Мы постоянно куда-то мотались. То за покупками, то на примерку, то на дегустацию, то на утверждение пиротехнического шоу. Ксюша выглядела виноватой. Как будто это она меня просила о свадьбе. Зато Вареник была в восторге. Она принимала участие буквально во всём. Даже букет невесты без её одобрения не обошёлся. Но Ксюша была этому только рада. Она души в Варенике не чаяла.

Приватности судьбы. Родная мать выкинула девочку, как бессердечные люди щенят выбрасывают. А чужая женщина полюбила малышку как родную.

Глава 22

Ксения

Просто нереально нервничаю. Визажист с парикмахером уже второй час вокруг меня пляшут, а я никак поверить не могу, что это со мной происходит. Выхожу замуж за невероятного мужчину. Чувствую себя принцессой. Тлетворное влияние Вареника с её охами и вздохами. Или я сама всегда о таком мечтала?

С Костей у нас не было пышного торжества. Я надела простое белое платье, мы тихо расписались и также тихо отметили с родственниками. Бывший муж настаивал на том, что «банкет и вся эта свадебная мишура – бессмысленная трата денег. Лучше их на путешествие потратить или что-то полезное для дома и семьи». Он мне тогда кухонный комбайн купил и свозил в Крым.

А что самое печальное, я была уверенна, что он прав и что муж мне достался хозяйственный и экономный. Заботится о благе семьи. Как же я заблуждалась, принимая банальную жадность за рассудительность, а нелюбовь за хозяйственность.

Трогаю дрожащими пальцами кружево, разложенное на груди и улыбаюсь. Я так себе нравлюсь сейчас! Никогда такой красивой не была. Мама тихонько пускает слезу, сидя на соседнем стуле.

- Мам, ну ты чего?

- За тебя радуюсь, Ксюнечка, - шепчет. – Ты светишься, как солнышко. Наконец, рядом с тобой настоящий мужчина, а не этот… - мама поджимает губы, не произнося нелестных эпитетов в адрес моего бывшего. Рядом Варя, а она всё впитывает как губка.

- Дракон, - подсказывает малышка, расправляя мне фату по плечам.

- Гадкий, злобный дракон, - поддерживает её мама.

- А теперь очередь маленькой принцессы, - улыбается парикмахер, усаживая Вареника на стул. Малышка замирает и огромными глазами смотрит в зеркало на своё отражение. Понимаю, что ей ничуть не меньше волнительно, чем мне.

И уж Варя на своём платье оторвалась по полной программе. Мы выбрали самую пышную юбку из десятков слоёв фатина, украшенных нежными цветами. И сейчас парикмахер завершала воздушную причёску тонким ободом с миниатюрными хрупкими соцветиями в тон платья. Цветы выглядели как живые, а Варя была похожа на настоящую маленькую фею.

Хотя мы и проживали с Димой в одном доме, но на регистрацию отправлялись в разных машинах, чтобы соблюсти традиции. Будущий муж настоял, а я подозревала, что он просто что-то задумал, и трепетала в предвкушении. С этим мужчиной моя жизнь превратилась в настоящую сказку!

Наша маленькая женская команда расположилась в белом дорогом автомобиле. От лимузинов Диму удалось отговорить. Вот это уже было совсем лишним. На улице светило весеннее солнышко, и я любовалась расцветающими местными палисадниками. После долгой зимы зелёная травка радовала глаз своей яркостью, а распустившие нежные лепестки первоцветы, пробуждали в душе что-то совсем уж волшебное. Хотя сегодня, я, наверное, и на серый талый снег так бы реагировала.

Кафе мы сняли с большой зоной для отдыха, расположенной на открытом воздухе. И сейчас я стояла напротив цветочной арки – входа в импровизированный коридор. А там – на другом конце, стоял ОН. Невероятно красивый, любимый и желанный мужчина, которому удалось кардинально изменить мою жизнь и дать почувствовать себя самым настоящим сокровищем.

И ведь ничего особенного он не делал, если рассудить. Не заваливал цветами, не говорил каждый день комплименты и не признавался постоянно в любви. Но я ловила его взгляд, подаренный мне за ужином или во время совместной прогулки с Вареником, и тонула в счастье. Эти взгляды были особенными, говорящими. Кричащими о том, что я – это невероятное важное существо для этого мужчины.

А ещё поступки. Дима мог помыть посуду после ужина, хотя приходил с работы поздно, а я сидела весь день дома. Позволял мне подольше поспать в выходные, готовя для нас с Вареником завтрак. Из таких вот мелочей и складывается счастье и понимание, что тебя любят.

Смотрю на своего мужчину, ожидающего меня на противоположном конце коридора, и сердце в груди невероятные кульбиты совершает. То затаивается, не веря в своё счастье, то несётся галопом, норовя выпрыгнуть из грудной клетки. Ему навстречу рвётся, чтобы слиться с его сердцем ударами и звучать в унисон.

Варя подхватывает ажурную белую корзиночку и идёт передо мной, разбрасывая кремовые лепестки роз. А я следом шагаю. Стараюсь это делать медленно и грациозно, хотя нестись стремглав хочется. Всюду незнакомые лица, устремившие на меня взгляды. Они оценивают, рассматривают, как бактерию под микроскопом. Хотя людей и немног - всего человек двадцать, но для меня сейчас это настоящая толпа.