(Не) моя Кукла (СИ) - Берг Ая - Страница 9

— У нее шо, пизда поперек?

Андрей закрыл глаза, выругался. Задрал подбородок:

— Не знаю, не проверял, — ответил он с вызовом.

Мотя зашелся лающим смехом старого курильщика:

— Вот это я в тебе люблю! Мужик! Настоящий мужик! Тетки под тебя в очередь записываются!

— Могу идти?

— Объясни, зачем забрал.

Помолчал, прикидывая, что сказать хозяину. Как объяснить человеку, управляющему борделем, что девочка не хотела идти в приват?

— Мотя, она танцовщица. Не проститутка. А они ее продали. Как вещь.

Одессит хрипло кашлянул.

— Да… в нашем деле встречаются беспредельщики, — протянул он грустно. И тут же сменил тон на удивленно-веселый: — Хотя я таки не понимаю, зачем?! Создай вам нормальные условия, так вы с радостью впахиваете и мой процент мне сами приносите! Таки я прав?

Андрей криво улыбнулся:

— Прав. Но мы тут все добровольно, Мотя. А ее опустить насильно хотели.

— Я понял тебя, мальчик, — взмахнул рукой еврей. — Понял… Поц ты, конечно. Но я в твоем возрасте поступил бы так же. Если еще и хорошенькая, а надо думать, — хитро подмигнул Андрею, — хорошенькая.

Андрей не стал это комментировать, а Мотя откашлялся и добавил:

— Я посмотрю за Айратовым. Как успокоится — дам знать. Танцовщицей она, конечно, не скоро пойдет. Никто ее после такого шума не возьмет. Если возьмут, то только чтобы ему сдать. Но можно же работать и днем. Вон, хоть в вашем зале.

Все в конторе знали, что их любимый зал — одна из Мотиных инвестиций. Старик отвернулся от Андрея, махнул рукой, давая понять, что тот может идти. Андрюха встал:

— Спасибо, — постоял пару секунд. — За все спасибо!

— Иди, мальчик. Ты умеешь добро помнить. Я знаю.

Андрей кивнул и вышел на улицу.

Черт, все намного хуже, чем он думал. Хорошо, что ее симку сбросили. Выдохнул, выпустив большое облако пара. Как ей сказать, чтобы сидела и не дергалась? Нахмурился, пошел к метро. Сегодняшний вечер он проведет дома, попробует поговорить.

***

Андрей возвращался домой чуть раньше основного потока. В метро еще было пусто. Сел в вагон, воткнул в наушники, включил плеер, но, кажется, музыки не слышал. По-хорошему, ей бы уехать, но все внутри него этому сопротивлялось. Эгоист, долбанный эгоист, нафига ты ее около себя держишь?!

Вдохнул, выдохнул. Если она согласится, завтра же отправится к матери.

Достал телефон, повертел в руках, даже открыл чат с ней. Нет. Такие вещи лучше обсуждать лично. Вместо того, что было на уме, написал: «Скоро буду дома. Что-нибудь купить нужно?» В ответ почти сразу появилось «Нет» и смайлик. Улыбнулся экрану смартфона, сделал погромче музыку. Через две станции выходить.

Зашел в коридор, стряхивая с себя уличную мерзость. В квартире стало как-то по-другому. Вроде и его же жилье, и все на своих местах, но… То, что называют высоким словом «атмосфера». И это не об ароматах с кухни, хотя они тоже радовали.

Иришка вынырнула ему навстречу, облизывая деревянную лопатку.

— М! Привет! Я ужин погрела.

Улыбнулся ей:

— Спасибо, кукла.

— Какая я тебе кукла? — возмутилась.

— Я же не сказал, что моя! — широко раскрыл глаза, выставил руки ладонями вперед, защищаясь. — Если не нравится — не буду так звать.

— Почему кукла-то? — скорее удивленно, чем обиженно.

— Не знаю, — отозвался из ванной. Мыл руки. — Ты у меня всегда в голове ассоциировалась с куколкой. Маленькая, красивая и хрупкая, — посмотрел на нее, вытирая руки, улыбнулся.

— Ну ладно, — смутилась, но, кажется, ей было приятно. — Кукла так кукла. Но только наедине! При посторонних ни-ни! — угрожающе выставила лопатку вперед.

Засмеялся, пошел на кухню:

— Чем сегодня развлекалась? — повел носом. Блин, как же классно она все-таки готовит!

— Как обычно! — она орудовала все той же лопаткой, теперь уже в мирных целях. — Стирка, готовка, уборка! Стандартный набор домохозяйки!

Андрей улыбнулся, взялся за ложку, а Ирина продолжила:

— Я выйду ненадолго в магазин?

Глава 11

Он со звоном бросил ложку в тарелку:

— Ир, я же спрашивал, что купить.

— Ну, я забыла. А сейчас вспомнила. Чего тебе снова одеваться? — она замялась, и голос стал слишком певучим. Сразу понял — хитрит.

— Ир, в чем дело? — Андрей начал злиться. Она что, не понимает, что происходит?

— Да ни в чем! — продолжала изворачиваться Ирина. — Одну мелочь для кухни забыла!

— Давай схожу куплю, — с нажимом предложил Андрей.

— Да я сама, — она покраснела, тоже рассердилась и не желала уступать.

— Ира! — он сжал зубы, отвернулся. Сейчас наорет. Вдох, выдох. — Ира, тебе нельзя выходить.

— Но прошла же уже неделя, — она чуть не плакала.

— Да как ты не понимаешь, Айратов тебя ищет! У него все силовики подмазаны, только попади в камеру видеонаблюдения!

Медленно осела на стул, побледнела, губы задрожали.

— Айратов?

Андрей шумно выдохнул, потер лицо руками, запустил пальцы в волосы.

— Он меня нашел. Пришел в мою контору, — посмотрел на Иру немигающим взглядом. — Шеф отмазал, сказал, с кем не бывает. Купил девочку на ночь, потрахались и расстались. Деньги уплачены, все чин чином. Если ты сейчас около моего дома мелькать будешь… — Андрей не закончил. Ира, может, и была наивна, но не глупа. Поняла, что пропадет сама и потянет за собой всех. И Андрея, и красавчика Леху, и веселого Рыжего. — Прости. Хотел не так рассказать. Не знаю, как, но не так.

— И что теперь делать? — спросила почти шепотом.

— Из Москвы можешь уехать?

Покачала головой. А в глазах слезы.

— Ты же говорила, ты из-под Ростова.

— У матери другая семья, — передернула плечами. — Мне там жить негде. Да и… Там дети маленькие, а если меня и там…

— Бабушки, тетки, подруги?

Ира молча помотала головой, слезы полились градом. Андрей и радовался этому ответу, и ругал себя за это. Что за хрень?! В какую трясину он проваливается? Из-за женщины? Поднял на нее взгляд, улыбнулся сам себе. Из-за Иринки.

Та не замечала его выражения лица. Она всхлипывала, размазывая слезы по щекам:

— Я придумаю, куда деться, — проговорила слабым голосом, зябко обхватила себя руками. — Рядом со мной теперь всем опасно. Я придумаю.

— С ума сошла?! — возмутился он. — Остаешься у меня, — дал ей осознать сказанное. — Пока Айратов псов не отзовет. Может, месяц, может, год. Скорее, месяц-два.

— Два месяца жить вот так? У тебя, за твой счет, никуда не выходить из дома? — возмутилась она громким шепотом.

— Ир, а где ты сможешь спокойно выходить из дома? — старался говорить спокойно, но в голосе явно слышался вызов, — У Айратова в клубе? Сомневаюсь. Думаю, тебе там другая участь приготовлена. На мой счет не беспокойся. Двоих прокормить смогу. И, — повел плечом, — ты мне не мешаешь. Даже наоборот. В дом, где ждут, намного приятнее возвращаться.

Она посмотрела на него со смесью отчаяния и благодарности. Андрей вздохнул, взял ее руку в свои.

— Все утрясется, малышка. Прорвемся. Только не делай резких движений, — погладил ее по ладони. — Что тебе было нужно? Куда хотела выйти?

Выдернула руку, отвернулась, ответила с надрывом:

— Прокладки мне нужны! Месячные начинаются! Что, тоже ты покупать будешь?!

Андрей тихо хохотнул, отвел взгляд:

— Пришли фото, какие нужны, — снова фыркнул. — Сейчас схожу.

Снова взялся за ложку. Ирина посмотрела на него с недоверием.

— Ну чего? — реально удивился. — Было б хуже, если бы тебе прокладки были не нужны! Успокойся, дело житейское.

***

Их быт сложился довольно быстро. Будто они жили вместе лет пять, не меньше. Днем он уходил на учебу и в спортзал. Она оставалась в квартире. Пила кофе, готовила обед, танцевала. Он купил ей зеркало в полный рост. Не профессиональное, конечно, но лучше, чем ничего. А еще притащил из зала легкие женские гантели, резинки, фитбол. Иринка занималась не меньше двух часов каждый день. Это помогало сохранять форму и здравый смысл. Все же сидеть взаперти было очень тяжело.