Фиктивный брак (СИ) - Олофинская Юлия "Olofin" - Страница 16

— Что слышал! Ты — не мой сын! Можешь спросить у своего папаши, — женщина махнула рукой, словно пыталась указать направление, где нужно поискать правду, — или, на худой конец, спроси у своего друга, уж этот Пинкертон точно докопался до правды!

Гера посмотрел на Дениса, который уже закуривал вторую сигарету и не отходил от входной двери.

— Он просто принес тебя мне и отдал. Без слов, без пояснений, без чертовых извинений, в конце концов. Нет, ничего, просто вручил трофей и всё! Мне, законной жене, вручил плод своей измены — тебя! Я должна была воспитывать ублюдка любовницы, как своего родного сына, и не возмущаться, иначе твой дед меня бы со свету сжил! Чертов старикашка, надеюсь, он горит в адовом котле с чертями! — голос матери срывался на крик, она просто захлебывалась в своей ненависти, желчи.

— Ты могла бы полюбить меня! — прошептал Гера, словно ища лазейки для того, чтобы было не так больно, не так противно от всего этого.

— Тебя дед любил за всех, он в тебе души не чаял! Он знал, что я не твоя мать, и тыкал меня моим бесплодием каждый раз, каждый его приход в наш дом, а я терпела, молчала и ненавидела! Старый хрыч знал это и наслаждался этим!

На её лице была зловещая ухмылка. Нееет, она явно не в себе, его мать тронулась умом, просто обезумела от своей мести. И тут до Геры наконец-то дошло, словно весь пазл собрался, все детали встали на свои места, показывая полную картину:

— Так это ты отравила деда! Не отец! Это ты!

Гера аж подпрыгнул от своей догадки! Да, теперь все сходится!

— Умом ты все-таки не блещешь! Видимо, в мамашу свою тупоголовую пошел! Она и умела-то только ноги раздвигать! Были бы мозги — окрутила бы твоего папашу! — мать зашлась в смехе, — Да, Гера, я отравила, тем же составом, что и твою женушку. Ведь и твоя женушка скоро сыграет в ящик!

— Ты — больная!

— Ха, я — больная! А вы не больные? Вы все больные, а я здоровая, я пыталась избавить мир от вас — недалеких! — мать Геры встала с дивана и медленным шагом направилась в сторону кухни. Взяв бутылку вина, она наполнила свой бокал и таким же медленным шагом направилась обратно. Проходя мимо Дениса, она обернулась:

— А ты, пинкертон подручный, доскребся до правды! Не так ли! Но опоздал! Говорила же я тебе, что Гера — идиот!

— Верить матери — это не черта идиота, — буркнул Денис в ответ.

Женщина засмеялась.

— Матери! Но я не его мать!! — взвизгнула женщина.

Гера подскочил к ней и вцепился в её шею:

— Удавлю тебя, гадина! За все то, что ты сделала, за Киру, за её боль, за моего не родившегося сына!

Гера душил мать, но та лишь смеялась ему в ответ, хрипела, но смеялась! Гера сжимал руки на её худощавой морщинистой шее, глядя ей в глаза. Да, она смеялась, но в глазах плескался страх. Она боялась смерти, она не хотела умирать, это не входило в её планы.

— Гера, — на плечо Геры легла ладонь друга, — отпусти. Не марай руки. Она этого не стоит. Подумай о Кире.

Гера повернулся к другу, посмотрел на него и кивнул, убирая руки с шеи матери. Женщина закашлялась и отступила от сына.

— Слабак!

Дэн держал друга за плечо, не позволяя совершить глупость:

— Нет, Гера! Не ведись на её провокации.

Глава 26

Только спустя несколько часов Гере удалось остаться с Дэном наедине, чтобы наконец-то узнать правду. Ведь в разговоре мать неоднократно говорила, что Дэн докопался до правды. Пора бы уже дать ему слово высказаться по поводу всей этой ситуации.

— Давно ты докопался до истины?

— Нет. На днях. Сегодня для тебя специально сложил все в отчет, чтобы были доказательства, а не только мои "внутренние" ощущения, — Денис нарочно повторил фразу Геры, чтобы еще раз обозначить, что он был прав, просто друг не захотел прислушаться.

— Кира в больнице. Она потеряла ребенка и в тяжелом состоянии, — Гера плюхнулся на диван и потер ладонями лицо, словно снимая все пережитое с себя.

Денис опустился рядом с другом, протягивая увесистую папку с бумагами.

— Здесь всё, что мне удалось нарыть и сопоставить. Забегая вперед, скажу, что зачинщик всего — твоя мать. Отец — пешка в её планах.

Гера взял папку и положил рядом с собой.

— Расскажи.

Денис начал с того, что увидел на видео с места похищения Киры, — аналогичный автомобиль, как у его отца, та же марка, тот же цвет и те же регистрационные номера. Автомобиль — дубль! И таких было четыре, чтобы запутать и сбить со следа. Все они потом въехали на автомойку, и уже оттуда поздно ночью выехал автомобиль — оригинал с похищенной Кирой.

Именно поэтому они не могли вычислить так долго место, где держали Киру. И именно здесь они были близки к разгадке, но не увидели её, когда пришли к матери Геры, а она пустила их по ложному следу.

Лидия Романовна — зачинщица всего этого кошмара. Она жила в своем яде, в своей желчи столько лет, что просто помешалась на своей мести! Первым она отравила деда. Его организм просто не выдержал таких сильных препаратов. Мать думала, что деньги дед завещает отцу, а уж сжить его со света не составит труда. Но не вышло! Дед оставил всё Гере, Георгию и его жене, вот здесь и Кира попала в этот гадюшник, в это змеиное логово.

— Ясно. А Элина?

— Элину твоя мать просто купила. Падкая до денег девка. Твоя мать вначале положила её под тебя, потом под твоего отца. Твой отец взял её в сообщницы с подачи твоей матери. Ну а дальше — она помогла отвлекать Киру, пока твой отец подгонял машину. Потом видения Киры с блондинкой и брюнеткой — тоже дело рук Эли и твоей матери. Они смонтировали видео, на котором якобы ты и Эля занимаетесь сексом, и крутили его для Киры, внушая, что это реальность.

— Суки! — Гера не сдерживал себя в ругательствах. — Её тоже нужно в полицию сдать.

— Гера, я передал всю папку с материалами. Там свои люди есть, они разберутся и посадят всех, кто причастен.

— Отец…

— Да, по твоему отцу, в клинике, куда его определили, выявили, что он употреблял психотропные и наркотические препараты, которые сделали из него параноика. Сейчас снимают симптоматику, но прогнозы не такие радужные, как у твоей жены, все-таки твой отец человек пожилой.

Гера молча кивал. А что ему оставалось? Мать хорошо реализовала свой план мести: дед, отец, жена. Всем досталось.

— Гера, план твоей матери был прост: она убрала деда, затем твоего отца, а после смерти Киры настала бы твоя очередь. И единственной наследницей была бы она. По документам — она твоя мать. Хоть и на самом деле оказалась не биологической.

Глава 27

Кира пробыла в больнице два месяца. Два долгих месяца одиночества и лечения. Она попросила доктора Тихонова никого к ней не пускать: ни мужа, ни родственников мужа и друзей, просто никого. Ей так хотелось тишины и покоя, ей так хотелось вновь стать самой собой.

Два месяца она выполняла все требования врачей, восстанавливала память, которая так и не вернулась к ней до конца и уже вряд ли вернется. Но голова стала ясной. Когда прогресс был на лицо, доктор Тихонов осторожно рассказал ей все произошедшие события: об аресте матери Геры, о потере ребенка, о всех событиях, которые с ней случились. Обо всем. О чем ей теперь тоже хотелось забыть! Навсегда забыть, словно этого никогда и не было. Новость об аборте и потере ребенка словно гвоздь, который вбивают в крышку гроба, полоснула по её рассудку. Это было просто слишком! Кира рыдала, и врачи были вынуждены уколоть ей успокоительное. Несколько дней у Киры продолжалась эта истерика. Доктор Тихонов даже принес ей бумаги, которые подтверждали проведение аборта и, как следствие, потерю ребенка. Кира до последнего была уверена, что врачи что-то напутали. Но нет! Документально было все зафиксировано, подписи и печати. Подписи, подпись мужа на согласии для проведения аборта! Гера знал, Гера знал о ребенке и подписал разрешение на аборт, на прерывание беременности! Сам! Своей рукой! Подписал! Отдал её под нож и приговорил их ребенка…