Проклятый дар (СИ) - Олофинская Юлия "Olofin" - Страница 21

— Спасибо.

— Я тебя позвала только за этим, чтобы рассказать, попросить и сообщить.

Рада допила свой напиток, поставив кружку на стол.

— Спасибо, Мария. Обещаю, что Дан будет видеться с сыном. Спасибо тебе за откровенность.

Рада встала со стула и направилась к выходу.

— Тебе спасибо, Малис, — услышала она голос Марии позади.

Рада обернулась и увидела, что Мария улыбается. По спине пробежал холодок, снова внутренности завязало узлом. Теперь уже она почувствовала боль… Тянущую боль внизу…

Глава 38

Этот чертов день когда-нибудь закончится? Он только что был в больнице, куда увезли Раду, внезапный самопроизвольный выкидыш — плод был нежизнеспособен, и организм отторг его! Слова врача до сих пор стучали в голове, прокручивались снова и снова! Нежизнеспособен… Выкидыш…

А потом все закрутилось словно ураган: анализы, Рада на каталке, суета врачей. То, что изначально приняли за выкидыш, оказалось вовсе не самопроизвольным, она выпила лекарство, которое вызвало тот самый выкидыш. Сама выпила? Бред! Только не Рада, не его Рада! Она неспособна была такое сделать! Только не она! Она ждала ребенка, она радовалась беременности, что-то во всем этом не то!

Дан узнал, что Раду забрали из кафе, значит, она точно была не одна! Но с кем? И вот, сейчас, когда ему стало известно, кто виновен в смерти их ребенка, кто стоит за всем этим… Нет, Мария — всего лишь бестолковая женщина, которой манипулировали. Это не ее желание, не ее план….

Дан влетел в дом отца, несмотря на охрану. Он рычал, словно раненый зверь, раскидывая мешающих ему на дороге людей.

— Где? Где он? — прогрохотал Данислав, распахивая перед собой огромную входную дверь.

Нат, завидев сына в таком состоянии, прижала руки к груди и охнула. Случилось что-то плохое!

— Я тебя уничтожу, — проорал Дан, врываясь в кабинет отца.

Александр вальяжно сидел на диване и, видимо, ожидал сына. Улыбнувшись ему, он прошипел:

— Не дорос еще, щенок!

Дан в гневе сжимал кулаки, ему так и хотелось врезать по самодовольной роже своего родителя.

— Я знаю, что это ты! Это ты надоумил Марию сделать с Радой это!

Александр молчал и пил янтарную жидкость из стакана. Он молчал, молчал, пил и улыбался. Конечно, это был он, больше некому!

— Зачем, отец? Это же мой ребенок был, твой внук! Внук!

— У меня не может быть внуков от неземных! — прорычал Александр, швыряя стакан в противоположную стену. Стакан, ударившись о стену, разлетелся на мелкие осколки, остатки янтарной жидкости стекали по стене.

— От неземных! А я! Я же тоже сын неземной! — выпалил Дан.

— Твоя мать…

— Моя мать жива. И это Нат. Перестань врать, я знаю правду!

Александр медленно встал и направился к бару, доставая новый стакан и наливая в него ром.

— Сука! Проболталась, значит! Бабы не умеют держать язык за зубами!

— Я пришел объявить тебе войну! Ты лишил меня матери, ты лишил меня нашего с Радой ребенка, ты лишаешь меня любимой женщины!

— Я дарую тебе высшую жизнь — Малис сделает нас самыми могущественными, разве это не стоит всех этих мелочей? Ты сможешь уложить в постель любую девку, даже не из этого темного мира.

Дан обхватил голову руками и заревел:

— Ты меня слышишь?! Ты убил моего ребенка! Рада в больнице с выкидышем!

— Скоро возродится Малис! — Александр отсалютовал стаканом сыну и осушил его.

— Подумай, отец. Что будет, если все узнают о твоей связи с неземной? И о том, что у тебя есть от нее сын-полукровка. Поможет ли тебе Малис, когда рухнет твоя чистота крови, о которой ты столько всем втираешь!

Александр заскрипел зубами:

— Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты не трогал Раду и уничтожил Малис. А еще я хочу твое место, место правителя.

— Мое место? Зачем?

— Чтобы изменить правила и уничтожить портал.

— Ты не смеешь пойти против отца!

— А ты проверь! Проверь, на что готов ТВОЙ сын. Я же все-таки темный. Хоть и от неземной.

— Это не вернет тебе ребенка, — выплюнул отец в лицо сыну. — Малис не исчезнет, теперь она возродится, а твои посягательства и угрозы — ничто, пока у меня есть Малис!

Дан не сдержался, его кулак приземлился точно в челюсть отцу. Александр отшатнулся и потер ушибленную кость.

— Да, ты истинный темный! Поднять руку на отца! Да, ты мой сын!

Дан подлетел и снова ударил, теперь он уже не контролировал свой гнев. Удары сыпались один за одним: в нос, в челюсть, в правый бок, в левый, в живот…

Его оттащила Нат, которая залетела в кабинет, едва услышала звук ударов, звук падающей мебели и хрипы Александра.

— Успокойся, Дан, это же твой отец! — кричала женщина, вставая между мужчинами.

— Знаешь, что твой любовник сделал?

Нат с ужасом посмотрела на Александра, тот стоял на ногах, согнувшись пополам и отплевывал кровь.

— Скажи ей, отец. Сам скажи, иначе скажу я.

Александр улыбнулся, вытерев рукавом своей белой рубашки кровь с губ, прохрипел:

— Я возродил Малис, убив дитя в ее утробе!

Нат отшатнулась. Она смотрела на улыбающегося Александра и не могла поверить услышанному.

— Ты что? Что ты сделал? — кричала женщина, хватая мужчину за ворот рубашки, поднимая его лицо, чтобы посмотреть в глаза, чтобы увидеть правду.

— Я. Возродил. Малис! — выплюнул Александр признание, глядя в глаза Нат.

— Нет! Нет! Нет! — женщина отшатнулась от мужчины. — Ты не мог… наш сын… мой внук… Ты чудовище, Александр.

Нат молча развернулась и вышла из кабинета. Она приняла для себя решение. Слезы струились по ее лицу, она оплакивала судьбу своего сына и своего неродившегося внука, оплакивала Раду и ее участь теперь. Она оплакивала себя, свои потерянные годы с Александром.

Глава 39

Рада очнулась на больничной койке. Одна. Низ живота тянуло, только боль была уже словно пустая. Осторожно положив руки на живот, женщина застонала.

— Ой, вы очнулись, — рядом возникла медсестра, — не шевелитесь. Вам нельзя.

— Ребенок… — прошептала Рада потрескавшимися губами.

Медсестра взяла с тумбочки стакан воды и поднесла к губам Рады.

— К сожалению, вы потеряли ребенка.

Рада вздрогнула. Она потеряла ребенка? Как? Где? Почему?

— По всей видимости, вы выпили лекарство, которое вызвало сокращение матки и…

Она? Выпила лекарство? Когда?

В голове мелькнула картинка. Кофе. Мария…

Рада закрыла глаза и отвернула голову в сторону. Медсестра поставила стакан с водой обратно на тумбочку.

— Не переживайте. Вы еще сможете иметь детей…

Рада молчала. Она потеряла их с Даном ребенка! Потеряла! Не смогла выносить! Не смогла защитить! Не смогла его родить!

Внутри нее закипала волна ненависти и злости. Она стиснула зубы и сжала кулаки. Ненависть переполняла ее. Ее затягивало в этот водоворот ненависти, ее обуревала злость, она словно шла у этих чувств на поводу, ей хотелось все крушить, ломать и убивать! Да, именно убивать! Всех, кто причинил ей боль! Кто лишил ее всего!

Открыв глаза, она увидела портал темного мира. Осмотрев себя, женщина поняла, что снова стала Малис. Она Малис! Навсегда! Теперь она отомстит! Всем! За свою боль, за смерть ее ребенка, за несбывшиеся мечты о счастье — за все!

— Александр! — воскликнула женщина, поднимая руки вверх.

Да, она звала его, звала того, кто ее создал, чтобы сделать его могущественным, уничтожить все другие темные миры и отомстить.

— Моя Малис! Ты вернулась ко мне! — Александр появился в темном мире, он шел к Малис с распростертыми объятиями.

Да, его Малис возродилась и стала еще опасней! Ее огненные глаза и темные волосы стали еще ярче, она стала еще сильнее. Женщина стояла посередине портала и ждала его. Волосы развевались на ветру, а глаза метали искры. Ее темная одежда была словно вторая кожа, она обтягивала каждый изгиб, каждую округлость фигуры Малис. Именно такой должна быть настоящая Темная королева. Яркие всполохи огня развевались вокруг Малис, делая ее еще более опасней, более устрашающей. На ее губах был оскал!