Мисс Никто (СИ) - Лаас Татьяна - Страница 100

Айк не удержался:

— Знаете, тут говорят в таком случае: завидуйте молча. Никто не виноват, что ваш друг подставил вас.

— Это я уже давно понял. Я понял, что то, чем для тебя является дружба, каждый понимает сам. Я лишь стараюсь этому правилу старательно следовать.

— Тогда, может, оставите свои обиды в стороне и расскажите факты о жизни Ник, а не будете говорить домыслы.

Закат выгнул бровь:

— Я и до этого говорил лишь факты. Чья вина, что Ник так рьяно приложила их к себе?

Утес прошептал:

— Вот же тварь… И не смотри на меня так, лорд, я отвлеченно. Я не виноват, что ты это так рьяно приложил к себе. — Он взял из коробки бутылку пива и чуть ли не залпом выпил её, — ну и вечерок расслабляющий.

Лин качнул головой в сторону Заката:

— Ник… Вернемся или ну его? У нас еще номер интера есть…

Она упрямо поджала губы:

— Вернемся.

Он осторожно провел пальцем по её губам:

— Уверена?

— Уверена. — Ник демонстративно передала кинжал, спрятанный в кармане толстовки Лину, — возьми. Мне он не нужен.

Закат приподнял удивленно бровь, но промолчал. Лишь смотрел, как она возвращается назад, заставляя себя не цепляться, как утопающий, в руку Лина.

Глава 43. Разговор с принцем

Ник села перед лордом, старательно выпрямилась и спокойно сказала, хоть сердце ходуном ходило в грудной клетке:

— За что ты так меня ненавидишь?

Закат потянулся к корзине с фруктами, принялся небольшим ножом чистить яблоко, задумчиво смотря, как падает на землю длинная шкурка.

Под ногами раздался неожиданный гул, словно где-то на глубине что-то лопнуло, и земля мелко затряслась. Ник прикрыла глаза, унимая головокружение. Лин с трудом заставил себя сидеть, а вот Утес все же вскочил на ноги, оглядываясь.

Закат абсолютно мирно, без издевки, а с него бы сталось, пояснил:

— Ничего страшного — этот кусок земли отправится в полет дня через два-три, вы уже успеете уехать отсюда.

Арано с трудом заставил себя сесть — было видно, что ему не по себе. Ник вспомнила, что оборотни, как и животные, с трудом переносят землетрясения.

Закат порезал яблоко на дольки и протянул одну Ник:

— Угощайся. Раньше ты любила яблоки.

Ник неуверенно взяла кусочек и завертела его в руках.

— Я спрашивала, за что ты меня…

— Шшш, — грустно улыбнулся Закат. — Дай парням время успокоиться — они в отличие от нас чувствуют напряжение земли — оно бьет по их нервам. Будь терпимее к чужим недостаткам.

Ник нахмурилась:

— Еще недавно ты мне отказывал в любых чувствах, а теперь…

— А теперь я знаю тебя чуть лучше, Ник. И я не ненавижу прицельно тебя. Я ненавижу всех полиморфов. Это немножко другое. — он протянул дольку яблока Лину: — угощайся, а то Ник не доверяет еде из моих рук. Малышу нужны витамины.

Арано рыкнул:

— О, небеса, лорд, твои заскоки в настроении убийственны!

— Не волнуйся, возможно, все даже будет хорошо. — Закат протянул дольку и Арано. Тот демонстративно полез в корзину и вытащил оттуда зеленое яблоко, с хрустом вгрызаясь в него. Лорд меланхолично протянул дольку Айку: — тогда ты не побрезгуй.

Айк наклонил голову на бок:

— Что ж, полагаю, это честь для меня. Благодарю, — он сунул яблоко в рот.

Закат перевел взгляд на Ник, продолжавшую пристально смотреть на него:

— Практически вся моя семья была истреблена полиморфом. Он втерся в доверие к моей сестре… Долго втирался. Очень. Она считала его своим близким другом… Его вдоль и поперек проверяла охрана. За ним наблюдали, и его признали неопасным… Когда он попал на защищенную территорию, сестра погибла первой. Он принял её облик и пошел убивать дальше — сперва моих младших сестер и братьев, потом… Зашел в покои матери — кто будет подозревать своего ребенка? Он убил её не задумываясь, а потом пошел к отцу — жену тоже не подозревают в желании убить. Только наличие кодового слова между ними спасло меня и отца… Страшно видеть, как самый близкий, самый дорогой тебе человек бросается на тебя в попытке убить. Я потом долго просыпался от кошмаров и уговаривал себя, что это была не мама. В тот день Холм просто утопал в крови. Полагаю, этого более чем достаточно, чтобы ненавидеть полиморфов, как ты думаешь, Семечка?

Ник вспомнила себя, вспомнила, как сама ревела в больнице, оплакивая потерянную семью… Вспомнила, как ей хотелось снова оказаться в уютных объятьях отца… Ей легче — возле неё есть Лин, а этого лорда воспитывали по всем правилам Холмов. Она сунула в рот кусочек яблока, встала, подошла к Закату и просто обняла его, прижимая к себе:

— Прошлое надо оставлять прошлому. Иначе оно будет тянуться за тобой и портить настоящее.

Лорд удивленно поднял на неё глаза:

— Это прошлое из тех, что может дотянуться до тебя и сейчас. Это прошлое из тех, что до сих пор может воткнуть в тебя кинжал, когда не ждешь. Причем это будет самый дорогой для тебя человек… И я благодарен твоему жесту — я видел, как ты отдала свой кинжал, Семечка.

— Я Ник.

Он легонько ткнул её рукой в поясницу, направляя к обратно к Лину:

— Что ж… Ник… Спасибо за утешение, но ты не права — нельзя раскисать от одной жалостливой истории.

Она нахмурилась:

— Но ты же не лгал.

— Я — да. Другие могут лгать, причем легко и непринужденно. Никогда не раскисай от чужих жалостливых историй. Всегда проверяй. Это мой тебе урок.

Ник резко села возле Лина:

— Знаешь, Закат, выверты лордов даже я, леди, не понимаю.

Тот совершенно серьезно сказал:

— Потому что ты пони — это же очевидно! И вернемся к твоей семье… И моему другу, то есть к твоему отцу.

— Как его звали? — еле слышно спросила Ник — горло привычно перехватило болью.

— Почему звали? Его и сейчас зовут. Он Рассвет. Он жив и находится в Холме наказаний. Он никогда не выйдет оттуда, пока ты жива.

Ник резко выдохнула, словно её ударили под дых. Лин прижал её к себе:

— Тихо, малыш… Тихо! Сейчас что бы ты не сказала, лорд использует это против тебя. Он специально загнал тебя в тупик. Сейчас любой твой выбор — идти за отцом, отказаться от него, согласиться умереть — будет высмеян и признан ошибочным.

Закат кивнул:

— Умный оборотень. Очень умный. И да, Ник, я жду твоего ответа — мне очень важно его услышать. И да, любой ответ сейчас не в твою пользу. Это второй урок тебе, Ник — не расслабляйся. Никогда не расслабляйся.

Арано рыкнул:

— А можно… Вот просто можно взять и поговорить без уроков? Просто поговорить, а⁈

Закат отрицательно качнул головой:

— Нельзя. Я-то уйду, а вам с ней оставаться. Она вас убьет и…

Ник вскинулась:

— Я никогда не убью своих друзей! Я лучше сама…

Лин сжал её ладонь:

— Ник, он опять тебя загоняет в угол — он же знает о ребенке. Он опять тебя испытывает.

Арано отозвался мрачно:

— А можно я вместо Ник его прибью, а? Чтобы нервы не мотал? Достал же до ужаса. Не разговор, а нервомотательство какое-то. Я себя Пересом уже чувствую.

Айк тихо сказал, смотря в пламя:

— Так это и является его задачей — помотать нервы, запутать, сбить с толку, чтобы получить нужные ему показания.

Арано повернулся к нему:

— Прости, что?

Айк пожал плечами:

— Мы на допросе. А ты не понял?

— Вот как бы… Ник меня своими поучениями уже приучила, что о допросах следует предупреждать, а то ни один суд не примет показания.

Айк поднял глаза на лорда, всматриваясь в него:

— Его это не касается. Он сам и есть суд… Простите, вы Второй или…? Я как-то не слежу за новостями фейри, не в курсе, кто правит Холмом наказаний.

Закат прищурился:

— Четвертый. Не сын, а племянник. Я получил Холм наказаний всего три года назад, так что новости не успели широко разойтись — мы не любим шумиху, мы не любим спешить, в отличие от людей…

Лин не удержался и, подхватив Ник на руки, усадил её себе на колени, крепко прижимая к себе: