Архипелаг раздора (СИ) - Вольная Маргарита - Страница 25

Одеревеневшими ногами принцесса сделала несколько мучительных шагов и села на край, не в силах расслабиться.

– Расскажи, чем ты занимаешься всё это время?

– Какое время?

– Хотя бы то, что мы с тобой не виделись.

– Да разным...

– Ты была у парикхмахерши?

– Что? Нет! – Марианна испуганно схватилась за кончик хвоста некогда очень длинных волос – она совсем забыла надеть капюшон.

– Видимо, руки у неё кривые. Кто она? Как её зовут?

– Я сама, – нехотя призналась дочь и потупилась.

– Прекрасно! Просто прекрасно! А что ещё ты сама сделала?

Королева не выдержала собственного гнева, поднялась и подошла к перилам.

– Да так...

– Видимо, твои приключения очень насыщены, что ты не можешь вспомнить.

– Говори, как есть, – выдохнула принцесса, чувствуя, что задыхается от разговора. – К чему тянуть?

– О чём ты? – Анна повернулась, и на её лице застыла удивленная маска, но глаза, живые и холодные глаза не врали – она хорошо вела свою партию.

– Матушка, я знаю, я не лучшая дочь, – попробовала действовать лаской Марианна. Если получалось у Германа, может, выйдет и у неё? – Но я никогда ничего не хотела плохого...

– Продолжай.

– Мне всего лишь многое интересно, и иногда эта любознательность заводит меня немного не туда... – Девушка подошла к матери, не спускавшей с неё глаз.

– Не туда?! – выкрикнула королева. – Да как ты посмела?!

Женщина наотмашь ударила дочь по лицу, и та едва не упала. Марианна с ужасом смотрела на Анну, словно видела её впервые, и никак не могла поверить, что нежная рука может быть такой жесткой. Щека сильно горела, горло сдавил ком, но она не могла позволить себе заплакать и продолжала безмолвно взирать на чистую ярость.

– Орден кишит шпионами, мы выставляем стражу и что же?! Кого мы видим крадущимся в ночной тьме?! Принцессу! Наследницу престола! Ты так любопытна, что готова быть опозоренной перед своими же слугами! Слава морским богиням, Виктор всё уладил!

– Я...

Королева вскинула руку не для удара, а чтобы замолчала дочь, но девушка интуитивно попятилась. Анна прищурилась, и этот полный презрения взгляд стал для Марианны хуже пощёчины.

– Ты пробралась ночью, одна, в орден, к Виктору! Он взрослый, холостой мужчина, красивый мужчина! Знаешь, сколько женщин мечтают войти к нему в покои?!

– Между нами ничего нет! – быстро отчеканила принцесса.

– Этого я не знаю! Никто не видел, что происходит в его кабинете – самом удаленном месте во дворце! Одним своим поступком ты умудрилась натворить столько дел, что не под силу совершить самому неудачливому, самому глупому и никчемному человеку!

– И что теперь?! – вскипела девушка, доведенная до отчаяния. – Запрешь меня?! Выдашь замуж за Виктора?! А ты тогда с кем останешься?!

Вторая пощечина сверкнула, словно молния. Марианна взвизгнула от неожиданности, не от боли, и бросилась вон.

– Я не договорила! – выкрикнула королева. – Стража! Задержите её!

Два незнакомца наступали на крошечную принцессу железными горами.

– Ты можешь заставить меня слушать силой! – закричала девушка сквозь слёзы, и её голос зазвенел порванными струнами. – Но ты никогда, знай, никогда не согнёшь мою волю! Я всегда буду делать то, что считаю нужным! Потому что я такая, какая есть, и никогда не буду той, кем меня хочешь видеть ты!

Анна замерла в проходе. Позади шумели океан и море листвы, а впереди лились реки слёз её дочери.

– Уходи, – неожиданно глухим и очень уставшим голосом произнесла мать. Её статная осанка поникла, лицо потемнело, и вся она превратилась в постаревшую измученную женщину.

Но Марианна не видела всего этого. Перед ней по-прежнему стояла злая королева, которую следовало называть матушкой...

Принцесса вошла в свои покои нетвёрдой походкой и направилась на балкон. Там, в темной синеве горизонта угадывалась полоса океана, откуда холодные ветра прилетали из неведомых земель, чтобы осушить слёзы всех несчастных и унести с собой любое горе. Девушка больше не плакала, но сердце всё ещё тяжело бухало в грудной клетке, разгоняя отравленную кровь.

– Детка...

– Я тебя не заметила, нянюшка, – безжизненно ответила Марианна.

– Опять что-то стряслось?

– Всё... – устало выдохнула та.

– Всё?

– У меня больше нет матери...

– Фу ты! Глупости какие! Поругались, помиритесь ещё!

– Я с ней больше никогда не помирюсь. Я её ненавижу.

– Детка моя, не надо так говорить. – Старушка подошла ближе и погладила принцессу по спине.

– Вот ты, – продолжила та бесцветным тоном, – совершенно чужой мне человек, но любишь меня так, словно это ты моя мама, а не она.

Агата потупилась, и её взгляд стал отсутствующим. Вскоре она очнулась, растянула свою прежнюю ласковую улыбку и, продолжая гладить воспитанницу по спине, сказала:

– На надо обижаться на свою матушку. Ей пришлось очень тяжело. Она рано стала королевой и не успела насладиться материнством. Ты должна понять это...

– Почему-то только я должна всё понимать.

– Сейчас каждый из вас не хочет понимать, но если бы кто-то решился уступить первым, то и второй пошёл бы навстречу.

– Это вряд ли.

– Почему ты так думаешь, милая моя?

– Я совершила очень и очень плохой поступок, нянюшка. Я только сейчас понимаю это... Но тогда мне казалось, что всё правильно, что ничего страшного... Нет... Я вру! Я вру тебе! – вдруг призналась она. – Ни о чём я не думала! Я просто сделала это и всё!

– Да что ты сделала? – испугалась женщина, и рука, поглаживающая спину, замерла.

– Я украла печать королевы, – послышался голос приговоренного к смерти.

– Как?.. – ахнула Агата. – Зачем?

– Я хотела вступить в орден Асха, но Виктор сказал, что нужно разрешение королевы. Конечно, его я добыть не могла, но могла добыть печать, чтобы он сделал мне документы о вступлении...

– И он на это пошёл?!

– Сначала он чуть не вышвырнул меня, он был просто в бешенстве... А потом я начала его шантажировать и добилась своего.

– А он, как ближайший друг семьи, не смог отказать, – закончила за неё старушка.

– У него не было выхода. Но знаешь что странно? Королева отчитала меня не за этот поступок.

– А за какой же?

– Меня едва не поймала стража, которую она выставила в ордене... И я... я была у Виктора ночью...

– Что? – совсем растерялась няня.

– Нет! Ты не подумай! Он просто обучал меня силе Асха! Но королева подозревает, что между нами что-то есть... Я думаю, именно из-за этого она меня ударила...

Принцесса повернулась на свет, и женщина увидела горящую правую щёку.

– Все говорят, что у них роман. Наверняка, так и есть. Иначе почему она не сдержалась? И ничего не сказала про печать... Видимо, любовь важнее государственных дел, – с горечью улыбнулась Марианна.

– Даже не знаю, что сказать...

– Ничего не говори, просто пожалей меня, нянюшка.

Девушка обняла старую Агату, и та стала укачивать её, как маленькую.

– А ещё я потеряла сережку, – пожаловалась принцесса. – Специально надела её подарок, подумала, что ей будет приятно, а она даже внимания не обратила... Но обратила на волосы.

– Ничего, найдётся. Кто-нибудь из слуг обязательно принесёт её тебе. Или королеве.

– Мне всё равно. Я больше их не надену.

– Они-то в чём виноваты? – рассмеялась женщина. – Не дури. Они очень тебе идут.

– Ты права. Ни в чём. И они действительно красивые. Не хотела в этом признаваться, но они мне и правда нравятся. А-а! – воскликнула Марианна, словно что-то вспомнила. – Она меня обманула!

– Кто обманул? Что ты?

Девушка рванула в покои и дернула за ожидаемо запертую дверь.

– Откройте! Немедленно откройте! Я приказываю вам!

– Неужто заперли? – выбежала следом Агата.

– Так вот почему она так себя вела! – истерично расхохоталась принцесса. – Она знала, что я сбегу, если она захочет меня наказать! Но она отпустила меня! Как будто мне снова всё сошло с рук! Я так и знала, что она – коварная змея! Откройте сейчас же! – Она вновь забарабанила кулаками в дверь.