После измены. Ядовитые чувства (СИ) - Старкова Рина - Страница 24

Я ускоряю шаг, чтобы пролететь в подъезд незамеченной, но это почти нереально.

- Алиса! - окликает знакомый голос, и я недовольно вздыхаю.

- Отвали от меня! Отвали! - вскрикиваю.

- Алиса, у меня к тебе серьёзный разговор! - Дима выходит из машины и идёт ко мне.

Хорошо хоть бабульки сегодня не на посту. Лавочка пустая, но я уверена, палят из окон.

- Нам не о чем разговаривать, Дим. Я устала. Я не хочу тебя видеть! - тараторю быстро, а Стрельцов всё ближе.

Если побегу, он попытается догнать? До подъезда шага три, и я легко могу скрыться.

- Алис, я спрашиваю последний раз, - сверкает тёмными злыми глазами. - Василиса моя дочь? М?

- Да что ты пристал!? - возмущённо взмахиваю руками. - Конечно она не твоя!

- Ты уверена?

- Дима, оставь в покое меня и мою семью!

- А если Василиса моя? Что тогда ты будешь делать? У меня достаточно связей, чтобы отсудить её у тебя!

Сердечко ёкает в груди, и я теряюсь.

- Ну, что молчишь?

- Она не твоя, - шепчу одними губами.

- Значит, ты сейчас сядешь в мою машину, и мы вскроем этот конверт, - бывший машет какой-то бумажкой прямо у меня перед носом. - Я сделал тест на отцовство.

В глазах темнеет, а ноги становятся ватными.

На этих подкашивающихся ногах я плетусь в его машину.

Перед глазами мельтешат тёмные пятна, а надежда на лучшее медленно тает, словно восковая свечка от жаркого пламени. Закрываю глаза, и дверца иномарки захлопывается. Чувствую себя в ловушке.

Стрельцов садится на водительское сиденье и бросает мне на колени конверт.

- Здесь откроешь, или прокатимся? - его голос эхом звенит в голове, и я закрываю глаза.

Всё равно всё плывёт.

- Поехали, - шепчу тихо, не слышу собственный голос из-за грохочущего учащённого пульса.

Дрожащими пальцами сминаю бумагу, а сама дышать боюсь. В этом конверте ответ на главный вопрос. Вся моя дальнейшая жизнь сейчас зависит от того, что я прочту, когда его открою.

Спустя какое-то время мне удаётся собраться и взглянуть на Диму. Он злорадно ликует. Моя неадекватная реакция, видимо, убедила его в том, что Вася - его дочка.

24

Дима тормозит у городского пруда. Знакомое место. Я поджимаю губы и молчу.

- Открывай, - приказным тоном произносит бывший, прожигая меня кровавым взглядом.

Непослушной рукой разрываю край конверта, внутри буря из отчаяния и страха. Скулить хочется. Спрятаться, забиться в угол и выть по звериному.

- Где ты взял генетический материал Василисы? - спрашиваю не своим голосом, хриплым и дрожащим.

- Следить нужно за ребёнком внимательнее! - язвительно оголяет зубы в улыбке.

- Серьёзно, Дим. Где?

- Помнишь я подходил к вам на площадке, дал дочке нашей жвачку?

Я тяжело вздыхаю. "Нашей дочке"...

- Понятно, - одними губами.

Достаю бумагу из конверта, а перед глазами всё плывёт от слёз. Влага с ресниц капает на буквы, а рассудок медленно погружается в мрак и холод.

- Ну что там? - нетерпеливо отбирает бумагу, а я закрываю лицо ладонями и истерично всхлипываю.

Повисшая тишина, кажется, длится целую вечность.

- Блять, - наконец-то шепчет Дима с нескрываемым разочарованием, и только после этого я могу открыть глаза и посмотреть на мужчину.

Он зол. Ноздри трепещут, на лице выступили раздутые синие вены.

- Твою мать! - сминает бумагу и отшвыривает её мне на колени, сильными пальцами стискивает кожаный руль так, что костяшки тонких пальцев белеют.

Я быстро хватаю листок, и, расправив его, нахожу главную строку: вероятность отцовства - ноль процентов.

Выдыхаю, притянув бумагу к своей груди.

- Я же сказала, что она не твоя, - губы дрожат в едва различимой улыбке.

- Сука! - взрывается Стрельцов и стучит кулаками по рулю.

Я вздрагиваю и интуитивно вжимаюсь в кресло.

- Ты всё равно будешь моей, - яростный взгляд припечатывает меня к сидению ещё сильнее. - Я люблю тебя, Алиса! Я дышать без тебя не могу! Я верну тебя любой ценой.

По лицу бывшего текут слёзы, а у меня сердце бьётся в бешеном ритме от страха.

- Дим, хватит! Я...

- Ты моя, Алиса! Моя! - тянет ко мне руку, а я не шевелюсь.

Будто парализовало от нахлынувшего ужаса.

Холодная ладонь Димы ложится на мою щёку, гладит нежно, осторожно.

- Отпусти, - пищу я, сдерживая новую порцию слёз.

- Ну почему ты такая холодная? А? Зимина... - шепчет тихо, большим пальцем проводит по моей нижней губе.

Цепенею от его прикосновений, и где-то под кожей проносится жаркая волна, опаляет от шеи и вниз по позвоночнику.

- Дим, оставь нас в покое, пожалуйста! - медленно моргаю и забываю дышать.

- Я люблю тебя, - умоляюще шепчет.

А я лишь отрицательно головой качаю и всхлипываю:

- Я люблю Женю. Женя любит меня. А ты... ты ведь сам от меня отказался.

...

Алиса бледная, и кожа её холоднее льда. Смотрит на меня из-под густых ресниц, покрытых влагой. Дышит тяжело, колени мучительно сводит.

Боится меня.

Маленькая, хрупкая. Моя девочка. Когда-то она была нежная, как шёлк. Ласковая. Со своей бесячей всепрощающей любовью. Только вот измену она так и не смогла простить. Не переступила через гордость, не предала свои принципы. Оказалась сильнее и решительнее, чем я думал.

- Алис, я не смогу без тебя, - обречённо шепчу в пустоту, перебивая её рваное дыхание.

- Сможешь, - отзывается также тихо. - Отпусти меня.

И я отпускаю. Потому что осознаю, что насильно я её не удержу. У неё есть муж, ребёнок и счастье. Пока что есть.

Но я всё это разрушу.

И тогда Зимина сама приползёт. Сама будет проситься ко мне. В любви будет признаваться.

- Не боишься, что я расскажу твоему мужу, кто я на самом деле? - ухмылка скользит по лицу.

- Не боюсь, - Алиса гордо поднимает голову. - Он уже всё знает.

Алиса открывает дверь машины, впуская в салон свежий тёплый ветерок. Отъезжаю от пруда, оставляя её одну на берегу. В зеркало вижу, как зябко она потирает ладонями худые плечи, как слёзы смахивает, закрыв глаза. А у самого рассудок мутнеет.

Для того, чтобы так отчаянно и яростно ненавидеть, нужно очень сильно любить. И я верну её любовь.

- Таня! - рявкаю с порога, и тут же с кухни выходит рыжеволосая девушка.

- Ты не на работе, - не спрашивает, утверждает.

Знает, что сейчас её ждёт. Растёгиваю ширинку на ходу, предвкушая скорое удовольствие. Я касался Алисы. Обычно после такого у меня всё случается.

- Давай, девочка, отработай деньги, которые я тебе заплатил.

- Нет, - неожиданно выговаривает эскортница, и я удивлённо хмурю брови.

- Всмысле "нет"? - непонимающе моргаю.

- Те деньги я уже отработала.

- Таня, не наглей. Знай своё место. Ты всего лишь шлюха.

- В первую очередь я тоже человек! - упрямо смотрит мне в глаза. - Я больше не хочу тебя ублажать, Дим.

Только сейчас замечаю в коридоре дорожную сумку. Значит, Танечка собралась уезжать. Опять.

- Я заплачу, Тань.

- Не надо, - улыбается. - На этом наши пути расходятся.

- У нас есть ещё одно общее дело. Ты не забыла?

Эскортница напряжённо выдыхает и устало качает головой.

- Я не хочу в этом участвовать. Не хочу разрушать семью. Ладно бы ты раскаялся за измену, понял свою ошибку! Но ты же никаких выводов так и не сделал.

- Сделал, - усмехаюсь. - В следующий раз я буду осторожнее подходить к выбору очередной пассии и тщательно скрывать походы налево.

- В этом ты весь, - Таня отмахивается и торопливо идёт на кухню.

Направляюсь следом за ней, хватаю за шею и прижимаю её к столу, наклонив перед собой. Член трётся об упругую задницу в крошечных шортиках, и кровь моментально отливает от башки.

- Пусти! - пикает девушка, а я в ответ ловким движением руки стягиваю с неё шортики вместе с кружевными стрингами.