После измены. Ядовитые чувства (СИ) - Старкова Рина - Страница 33

- Ты согласна на свидание?

- Согласна. Но не думай, что я тебя прощу!

- Я заеду за тобой сегодня, - выдавливаю улыбку.

Под кожей волна раскалённой стали прокатывается, и сердце заводит мотор с новой силой.

- Завтра, - тихо отзывается она.

Я встаю, вырастая над ней, как скала.

- Ты не пожалеешь! - хочется снова прижать её к себе, крепко и навсегда.

- Да уж, Стрельцов! До чего ты докатился! - фыркает недовольно и судорожно поправляет волосы.

А глаза шальные. Полные тревоги и негодования.

- Значит, завтра. Я заеду к восьми. Будь готова.

- Буду, - тяжело вздыхает, разочарованно как-то. - А ты точно оставишь меня в покое после этого?

- Да. Но поверь мне, куколка, ты не захочешь, чтобы я уходил!

- Ага, конечно, - закрывает глаза и проходит мимо.

Не прощается.

Ну чтож, моя девочка, тебя ждёт незабываемое удовольствие. Ты будешь моей. Обязательно будешь.

33

Заворачиваю за здание и усаживаюсь на скамейке у чужого подъезда. Тяжело дышу, стараясь нормализовать сбившееся дыхание.

Я сильная, я должна справляться со своими эмоциями, которые накатывают горячей волной, поглощают меня и спутывают узлами по рукам и ногам.

Дима так жадно впился пальцами в мои ноги, что я чуть дар речи не потеряла. И это на глазах у соседей. Видела я, как из окон смотрели. Закрываю глаза, издаю какой-то мучительный стон и тут же покрываюсь мурашками.

Боже, я согласилась на свидание с этим подонком.

Он вынудил меня.

Это был единственный способ выпутаться из его крепкой хватки и сбежать. Пообещал, что если разговор на "свидании" ни к чему нас не приведёт, то он оставит меня в покое. Едва ли я могу доверять его словам. Дима наглый. Он привык, что его желания исполняются. И раз он желает меня, то покоя ждать не придётся.

Стрельцов уже разрушил всё. Как торнадо разворотил. С корнями вырвал. А теперь продолжает издеваться и топить меня, чтобы на равнине моей разрушенной судьбы не пророс ни один росток надежды. Ему хватает бессовестности и денег, чтобы меня не принимали на работу.

Я не ожидала, что он затеял настолько масштабную игру.

На собеседование идти смысла нет, поэтому, собравшись с силами, набираю номер Анастасии Сергеевны.

Свекровь отвечает не с первого раза.

- Что тебе нужно? - голос бьёт по сердцу огненной стрелой.

Анастасия Сергеевна и так меня недолюбливала, а теперь у неё есть все козыри в рукаве, чтобы общаться со мной как с мусором.

- Я хочу видеть дочь!

- Алиса, - шипит с ярым раздражением. - Васенька теперь будет жить со мной, а ты можешь делать, что захочешь. Внучку я тебе не отдам.

- Анастасия Сергеевна, это моя дочь! Моя! Я её мама!

- Шалава ты, а не мама! - вскрикивает.

- Послушайте, дорогая моя. Если мы с Женей всё таки разведёмся, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ребёнка суд оставил со мной.

- Ты надеешься, что Женя тебя простит? Ты ему душу вывернула и наплевала в неё!

- Я не изменяла мужу! Я найду способ это доказать!

Слышу голоса детей, весёлые и звонкие. Свекровь явно гуляет где-то с моей девочкой. Встаю со скамейки и бегу к остановке. Я дождусь их у подъезда. Я соскучилась по рыжеволосой кнопке, и я хочу её увидеть.

- Алиса, не смей приближаться к нам, поняла?

- Нет, не поняла! - шикаю и сбрасываю звонок.

Уже через пятнадцать минут я на месте. Смотрю по сторонам в надежде, что успела, и Анастасия Сергеевна ещё не спрятала Васю в квартире.

- Мамочка! - слышу радостный вопль.

Чувства меня переполняют, я усаживаюсь на корточки, и милая малышка врезается в меня, крепко обнимает за шею.

- Василиса, - выдыхаю в её волосы и глажу по макушке.

- Мама, почему ты меня блосила? - всхлипывает.

А у меня душа тонет в кровавом океане. Бросаю разъярённый взгляд на Анастасию Сергеевну. Что она наговорила моей дочке? И как только хватило ума настраивать ребёнка против родной мамы?

- Васенька, я скоро заберу тебя. Будем жить вместе.

- А папа? - отстраняется и заглядывает в мои глаза с таким испугом, что я не выдерживаю.

Слёзы обжигают щёки, и во рту пересыхает.

- Милая, - язык заплетается, мысли табуном скачут в голове.

Я так много хочу ей сказать, успокоить, спрятать от опасностей и невзгод. Она не должна страдать из-за наших с Женей разладившихся отношений.

- Василиса, пойдём домой! - голос Анастасии Сергеевны срывается на хрип.

Женщина украдкой смахивает влагу с ресниц. Ей тоже тяжело. Свекровь и моя девочка оказались меж двух огней.

- А мама? Мама пойдёт с нами? - мой родной котёнок снова цепко хватает меня за шею, и я встаю, прижав её к себе.

- Анастасия Сергеевна, давайте поговорим. Вы же видите, что Васе без меня плохо! - умоляюще смотрю в её глаза.

- Алиса, - устало вздыхает. - Женя мне голову оторвёт, если узнает, что ты виделась с дочкой.

- Он же должен понимать, что Вася меня любит и хочет проводить со мной время, правда?

- Он очень обижен на тебя. Злится. Проклял тебя уже раз сто!

- Женя не такой. Он просто на эмоциях. Когда буря утихнет, он сможет трезво оценить ситуацию. Женя поймёт, что Василиса страдает из-за того, что он хочет ограничить меня от общения с дочкой.

- Мам, вы с папой лазводитесь? - малышка всхлипывает на моих руках, и в глазах её играют слёзы.

- Пока не знаю, милая. Мы очень сильно поссорились!

- Так помилитесь! Сложно что-ли? - надувает губы.

А я невольно улыбаюсь от её детской непосредственности.

- Ладно, Алиса, пошли в дом! - сдаётся Анастасия Сергеевна, и я облегчённо выдыхаю.

Два часа я не могу спустить Василису с рук. Мы соскучились друг по другу, будто были разлучены целую вечность. Дочка хвалится новыми рисунками, и я отмечаю, что она перестала пользоваться яркими карандашами.

- Вот ты, вот папа, а это я. Мы вместе! - тычет маленьким мальчиком в тёмных человечков.

Я виновато качаю головой, стараясь не разрыдаться вновь. Никогда не думала, что человек может столько плакать.

Оставляю Василису рисовать, а сама прохожу на кухню. Свекровь капает валерьянку в чай. Увидев меня, застывает.

- Всё? - спрашивает равнодушно.

- Что "всё"?

- Наигралась в хорошую маму?

- Анастасия Сергеевна, перестаньте! Я люблю дочь. И Женю люблю!

- О Господи, за что мне такие мучения! - бубнит себе под нос и, выдохнув, выпивает свой чай с валерьянкой одним большим глотком. - Скоро Женечка придёт. Ты бы шла, Алис! Не нужно ему тебя видеть!

- А я хочу может с ним увидеться! - прохожу к столу и нагло усаживаюсь на табуретку.

- Наказание одно с тобой! - разводит руками и недовольно морщится.

- Лучше расскажите, как Василиса себя чувствует? Часто плачет?

- Часто. К тебе просится. Среди ночи просыпается и маму зовёт.

Закрываю лицо ладонями, и пульс учащается.

- Вы настраиваете её против меня? - волком смотрю на женщину.

- Нет, я же не дурочка какая. Я и Жене говорю, что нужно смягчиться, и сердце ребёнку не разбивать. А он... - всхлипывает и падает на стул рядом со мной. - Он как будто не понимает, что Василиса страдает от сложившейся ситуации больше всех!

- Это да, Вася точно не виновата ни в чём. На неё смотреть больно, похудела.

- Почти не ест. Истерики закатывает.

- Анастасия Сергеевна, - мягко выговарию, накрыв своей ладонью её руку. - Давайте договоримся, что я буду приходить, пока Женя на работе! Я нужна Василиске, а она мне.

- Женя взбесится, если узнает! Вдруг Василиса проболтается!

- Я позабочусь о том, чтобы не проболталась. Я буду с ней гулять, а вы хоть отдохнёте!

- Да, - судорожно кивает. - Отдых бы мне не помешал!

- Так я могу проводить время с малышкой? - с надеждой шепчу, сильнее сжав руку собеседницы.

- Можешь. Только смотри, чтобы Женя не знал.