Те Боги, что мы заслужили (СИ) - Зуев Тимофей - Страница 3

— Зарядить луки я сказал! — Громко крикнул Алин и направился вперёд, через поле.

— У нас нет луков, господин…

— Не господин я вам больше, а вы не армия Вильгерии! И какого лешего у вас нет луков?

— У нас были только винтовки…

— Чёрт с ними, с винтовками. Всем достать оружие, какое есть и ждать, если они нападут, отвечайте, если не нападут, стойте и ждите моего сигнала! — Вспомнив, что стало с винтовками, он ещё раз полил волшебников красочными ругательствами, вместе с их магией и деревней заодно. Не открыв рта, разумеется.

Трое кочевников остановились в центре этой небольшой деревушки, они пристально наблюдали за воинами и их командиром, который твёрдо решил отправиться на переговоры в одиночку.

— Может убьём его, сразу ведь ясно, что он у них главный? — Протараторил один из кочевников, на своём невероятно быстром, стреляющем языке. Другой, очевидно самый старший из них, нехотя повернул к первому голову и ответил

— Он храбрый воин, раз идёт один к нам, союз с таким человеком поможет нам сокрушить чакму Эйдула, и стать властителями этих земель.

— От этих воинов пользы не будет, их всего человек двести. Не помогут они нам, — снова протараторил первый.

— Помогут, Жагит, помогут, если башку тебе не срубят, то точно помогут — Медленно и на распев сказал третий воин, самый молодой кочевник в шароварах, с тоненькими косичками и ехидным взглядом. Понимая, что Жагит снова хочет что-то сказать, он крикнул на него, а потом, когда тот вжался в коня, добавил. — Нам приказали договориться, на сторону их на свою склонить, а ты хочешь биться, дурья башка, нас всего четыре сотни, потеряем половину, ежели не больше! Мы вообще сюда дань с деревни собрать приехали! Только пикни, Жагит, я тебе сам башку срублю, а Вильгерца того с собой за стол усажу, да накормлю, да спать уложу, а потом он за нас и свою голову сложит, если нужно будет чакме! — В этот момент подошёл Алин. Самый мудрый кочевник вышел вперёд и начал с наглости. Он с акцентом говорил на языке Вильгерии, зато Алин вообще не знал никакого языка, кроме своего.

— Привет вильге, что делаешь здесь ты и твой крохотный войско? — Атаман почувствовал, что не смотря на смешной говорок, эти полевые вояки настроены серьёзно и буквально сверлят его своими узенькими глазками, причём все трое.

— Мы больше не войско Вильгерии, мы делаем что хотим и когда хотим, — подумав, он добавил. — С кем я говорю? — Парламентёр усмехнулся, дотронулся до своих усов и заявил

— Я Шазат, а это Жагит и Давэр вместе со мной. Наш чакма хотеть, что б ты и твой войско хотеть служить намь, а нет еси, так быть бою.

— Это понятно. — Алин шагнул вперёд, — А что мы получим за нашу службу? — Кочевник улыбнулся, на этот раз уважительно.

— Тут много деревен, очень много, еси другой большой войско не придёт сюда, то деревен будет нам дань платить. Каждому воину вашему часть положена, всем своя часть.

— Стать кочевником, жить среди них? Постоянно скакать на лошади, облагать деревни данью и уничтожать того, кто не покориться? — Подумал атаман — А может быть я смогу стать их королём, или чакмой, как они говорят. Всё равно мне не чего терять, моим воинам тоже, да и войска сюда теперь не сунуться, потому что их нет, мы последние. А может когда-нибудь я смогу отомстить этой гадине, всадить клинок в её чёрное сердце, пусть она хоть ужом извернётся, а я это сделаю, но позже…

— Мы согласны. Но пусть ваш чакма сам нас встретит. Гарантирую, что больше войско сюда не придёт, наше войско уничтожили волшебники. — Все трое кочевников громко рассмеялись. Всё ещё смеясь, Шазат пояснил ему

— Ты храбрый воин, как звать тебя?

— Алин.

— Алин, не будь глупым, маги могучая сила, не трогать их и они не трогать никого. Мы тоже дрались с нимь, но они всегда побеждать. Всегда. Тогда чакма понять, что драться с магами глупо, они не брать себе большие наделы, они не нападать. — Алин уже заметил, что слова в начальной форме проскакивают в речь кочевника абсолютно случайным образом.

— Нам приказали, мы дрались. Теперь мы свободны.

— Оооо. — Кочевник поставил руки на пояс и перемигнулся со своими друзьями. — Вы правильно сделали, иди и скажи своим воинам, что они могут подходить, а мы сказать своим. Эта деревен сегодня отдаст нам много еды, сможем тут почивать. — Алин кивнул и протянул руку кочевнику в знак их знакомства и понимания, но кочевник непонимающе посмотрел на неё и еле заметно кивнул головой, тоже сделали и остальные, а затем они развернулись и поехали назад. Он пожал плечами и тоже пошёл назад. Только сейчас он понял, что не вытащил из ножен меч, хотя кочевники были безоружны.

КОЧЕВНИКИ

Вскоре два небольших войска, словно два громадных жука, медленно поползли навстречу друг-другу. Встретившись лицом к лицу, воины поля нехотя разговаривали с вильгерцами, стараясь обращаться к ним вежливо, насколько это позволяло знание языка. Некоторые нашли общий язык и уже разговорились, но то были единицы. К этим единицам относился и сам атаман, он разговаривал с Шазатом о дани, которую должна заплатить деревня. Несмотря на то, что Шазат говорил не на родном языке, его речь звучала невероятно быстро. Сначала Алин пытался подстроится под своего нового знакомого, но потом громко выдохнул и попросил

— Помедленнее пожалуйста. — Кочевник рассмеялся со словами

— Не злиться, Алин, у нас мало времени говорить, всегда дорога, всегда вперёд. Потому мы говорим мало, но очень быстро. Кричи, если не понять, я скажу.

— А где ваш дом? У вас ведь должен быть дом. Или хоть место, где сидит ваш чакма.

— Ха-ха. — Шазат подпрыгнул на месте так, что всё его оружие громко звякнуло. — Ты думать, что чакма всегда сидит где-то? Как твой король, Алин? Нет, чакма может ездить, как и мы, но перед этим он всегда говорить своим воинам, куда едет, чтобы мы могли найти его.

— Так давайте поедем к нему. — Предложил самонадеянный атаман. На что Шазат ответил

— Наши воины устать, мы просить деревен помочь, а чакма он и сам здесь скоро будет, мы здесь разведка.

Деревня действительно не отказалась помочь, особенно когда жителям пригрозили смертью, если те, не отдадут часть урожая. Часть была съедена, а часть благополучно погрузили на возы, которые оставили в поле, на время, пока не придёт основное войско во главе с чакмой Далеем. Лагерь разбили прямо в поле на открытом воздухе.

Прошло несколько дней, Алин и его воины изучали культуру кочевников и даже их язык, который оказался сложнее Вильгерского. В свою очередь, он обучал их обращаться с мечом и щитом, поскольку основным оружием полевого войска были луки, которыми те владели в совершенстве, длинные ножи являлись скорее запасным, нежели основным оружием, да и техники боя, как таковой не существовало.

Прошла неделя. Атаман вышел на улицу, на нём был всё тот же доспех, меч и остальное снаряжение, но пылкие намеренья отомстить магам, чуть затухли, их теперь разжигало лишь покусанное ухо, реагирующее на каждое изменение погоды.

Его окружили кочевники, их были сотни, Шазат стоял рядом с ним. Вскоре к ним подъехал человек в ярко синей накидке. Он был молод, Алин дал бы ему года двадцать два, не больше. Самоуверенный взгляд юного вождя устремился на чужого среди своих, Алин выдержал его, Далей спрыгнул на землю рядом с ним, странно, звука оружия не последовало, у вождя не было даже лука, только короткий нож в ножнах, прямо как у волшебников.

— Чакма Далей, мы встретили войско Вильгерцев, они многому научили нас, они хотят стать нашими братьями, слово только за тобой. — Алин почти ничего не понял из сказанного, он переводил взгляд с вождя на солдата и обратно. Тем временем, Далей улыбнулся.

— Мой человек говорит, что ты и твои воины хотят вступить в наши ряды. Мы готовы предоставить каждому долю дани, и место в строю. Но лишь если вы докажете свою пользу в бою с чакмой Эйдулом. — Чакма Далей говорил на вильгерском значительно лучше, чем его люди, почти без акцента.