Неужели это ты! (СИ) - Плотникова Дарья - Страница 44

— Прям семейная идиллия, — ворчит Олег. — А нас с Кариной не рады видеть?

— Не паясничай, Олег, — подаёт свой голос их мать. — Вы наши дети, мы всегда вам рады.

— О, да, — подключается к разговору Карина. — Особенно вчера ты была очень рада меня видеть.

— Дочка, я же желаю тебе только лучшего, — с улыбкой говорит женщина, — не совершай моих ошибок, зачем тебе этот паренёк? — она показывает на меня.

— Ну да, а слово “любовь” для вас не существует, — произношу я. — Очень даже жаль вас, раз вы за свою долгую жизнь так её и не нашли.

— Молодой человек даже лучше, чем я его себе представлял, сразу виден стержень, — проговаривает отец Карины. — Ну что, если вам нужно моё благословение, я против не буду, — заявляет он.

— Отец, мы уже давно поняли, у всего есть цена, и твоё предложение тоже имеет стоимость, — возражает Карина. — Вот только ты забыл одно: нам от тебя ничего не нужно, а вот тебе от меня, видимо, что-то всё же нужно.

— Моя дочка выросла, — с гордостью в голосе произносит мужчина. — Даже восхищаюсь тобой, дорогая, а ты унаследовала гены бабушек своих.

— У меня были хорошие учителя, папочка, — с усмешкой выдаёт девушка. — Вы преподали мне знатный урок. До сих пор отойти от него не могу.

— Ты же понимаешь, дочка, мы делали всё только ради вас, — начинает мать.

— Нет, мамочка, — противится Олег. — Вы всё делали ради себя, а нас вы никогда не спрашивали. Есть только ваше мнение и ничьё больше.

Все заметили напряжение в гостиной, дедушка и бабушка не спешат вмешиваться в происходящее. Но одно я знаю точно: своих внуков в обиду они не дадут.

— Добро пожаловать в семью, Руслан, — говорит Галина Марковна. — Чувствую, сегодня никто ужинать не планирует, ну что ж, перейдём сразу к делу?

По лицам всех понятно, что за стол садиться никто не собирался. Карина взглядом хочет испепелить родителей, Олег старается не показывать своей неприязни, но я-то его знаю. Только Вениамин Германович — само спокойствие, и я понимаю: у этого человека множество джокеров в рукаве.

Глава 35

Карина

Отец совсем не изменился. Я его не видела четыре года, а он остался таким же — надменным засранцем. Взгляд полный превосходства. И такой козел ещё посмел про благословение сказать? Как будто оно мне теперь нужно, когда вся правда всплыла наружу.

— Ну что, папочка, — интересуюсь я. — Перейдём сразу к делу. Я знаю всё о фирме бабушки, но самым удивительным стало признание брата. Я не думала, что вы настолько подлые, видимо, в семье не без урода.

— Придержи язык, дорогая, — злится отец. — Я всё делал для того, чтобы вы ни в чём не нуждались. Я всё делал для вас.

— Нет, Аристарх Вениаминович, — включается Олег. — Вы всё делали ради себя, и плевать вам было на нас. Как вы могли? Шантажировать Карину моей аварией? Как? — взрывается брат.

— Мы просто сказали ей, что будет с тобой, если правда всплывет. Мы не давили, это было её решение. Твоя сестра хотела защитить тебя, так благородно, я даже прослезился в этот момент.

— Как ты мог, Аристарх? — врывается в разговор бабушка. — Он же твой сын, скажи спасибо, что я не знала об этом, а то бы устроила тебе и жене твоей райскую жизнь. Или мне напомнить, на чьи средства вы жили в Англии? Ты забыл, чей дом, в котором вы живёте?

— Мама, давай хоть ты без нравоучений, я уже давно вырос из этого возраста, — заявляет отец. — Ты мне всю жизнь напоминаешь, что я живу на ваши средства, уже достали. Я сам всё заработал. Сам.

— О да, сынок, заработал. Читал вчера в газетах. Думаю вот, гордиться тобой или лишить всего.

— Поздно вы решили его воспитывать, Вениамин Германович, — подает голос мама. — Он давно перестал быть нормальным человеком, сколько же журналистов мне пришлось подкупить, чтобы не всплыло много интересных подробностей о нём.

— Мы с тобой всё решили, — врывается отец. — Ты сказала, будешь со мной заодно.

— Знаешь что, дорогой, я думала до сегодняшних заголовков об этом, но теперь мне абсолютно всё равно, что с тобой будет. Ты выбрал свой путь. Единственное, что меня интересует, — это правда, о которой многие говорят. Олег, ты был за рулём машины в момент аварии?

— Нет, не я, мама, я же говорил, — злясь произносит брат.

— Прости, сын, просто твоя Эва показала мне видео, — говорит мама. — Но сегодня я начала сомневаться в его подлинности.

— Четыре года ты не сомневалась, а сегодня решила, — повышая голос, начинает Олег. — Что же изменилось, мама?

— Почитайте, — протягивает она нам газету.

Мы с Олегом синхронно тянемся к газете, Олег берёт её из рук мамы, и я становлюсь ближе к нему, чтобы видеть. Брат раскрывает нужную страницу, и у нас двоих глаза лезут на лоб.

“Известный английский адвокат много лет состоит в отношениях с дочерью своего друга”, - так гласит заголовок, ниже идёт фотография отца и девушки. Девушки, которая стала причиной раздора и проблем в семье.

— И как давно это длится? — задаёт уместный вопрос Олег.

— Уже пять лет, дорогой, — отвечает мама, а отец злится ещё сильнее, но сделать ничего не может.

— Подожди, — начинаю я. — Это получается, что, когда Эва была в отношениях с Олегом, она параллельно крутила роман с отцом? И ты даже не догадывалась?

— Нет, дочь, я не знала ничего о них, — с болью выдаёт мама. — Тогда я действительно любила вашего отца и думала, что он делает только лучшее для своих детей. Правду узнала вчера вечером, и да, чтоб ты знал, Аристарх, это я отдала всё журналистам. Пора отвечать за всё.

— Идиотка, как ты могла!? — орёт отец. — Мы же договорились, тихо развестись! Ты всё испортила!

— Не ори на неё! — звереет Олег.

— О, сынок, голос появился, — с усмешкой говорит отец, — а раньше мальчик-зайчик был, — смеётся отец. — Мы с Эвой устали из тебя идиота делать, такой наивный.

— Зачем вообще, это всё было устраивать? Эва злилась, что я жениться отказался и перенёс свадьбу, вот почему авария случилась, — вспоминает Олег.

— Да знаю я всё, — сердито сообщает отец, — ты даже просто жениться не можешь нормально. Твоя жена спала бы со мной, идеальный план, но ты решил характер показать.

— Боже, когда наш сын превратился в чудовище? — причитает бабуля.

— Знаешь что, отец, — говорю я. — Пришло время отвечать за всё.

— Да что ты можешь? — снова орёт отец.

— Возвращайся в Лондон, — предлагаю я. — Там тебя ждёт сюрприз. Ты решил, что король. Но я умею за себя постоять.

— Ты ничего не можешь, тебе ещё нет двадцати одного года, а за эти полгода фирма вообще может прекратить своё существование.

— Ну нет, папочка, ты забыл одну вещь, — с усмешкой на губах произношу я. — Я могу поменять своего представителя. Я уже отозвала твою доверенность, теперь ты просто обычный служащий, да и зарплата у тебя чересчур высокая была, я её сократила.

— Ты не посмеешь, — опять орёт отец.

— Уже, папуля. Прилетишь и увидишь моего представителя, он очень ждёт встречи с тобой. И да, напоминаю, если ты вдруг забыл, если мой человек проведёт аудит и найдёт что-то плохое, отвечать будешь ты.

Отец звереет на глазах, он не рассчитывал, что за такое короткое время я успею что-то предпринять. Но всегда надо действовать на два шага вперёд своего противника. Ведь чаще всего мы недооцениваем соперника, именно поэтому так много проигрышей.

— Не хочешь работать обычным адвокатом, держать тебя никто не будет, даже отрабатывать не нужно.

— Я бы на твоём месте молчал, я и так до сих пор от всего происходящего в шоке, — говорит дед, обнимая бабулю.

— Семейка вся в тебя, отец, — взрывается отец. — Всю жизнь мне говорил, что я ни на что не способен. Достал уже. Я так рад был уехать отсюда, что плевать на ком жениться, хоть на Медузе Горгоне, лишь бы подальше от вас всех.

— Дурачок, я тебе говорил это, чтобы заставить делать что-нибудь. Ты же привык, что всё есть, даже помощи лишний раз не дождёшься, пока не отругаешь тебя, — произносит бабушка. — Как был эгоистом, так и остался.