Жизнь для Смерти (СИ) - Призрачная Адельфина - Страница 53

Это звучит ужасно, хоть и приводится в пример, будто совершается добродетель. С другой стороны такое поведение демонстрирует хотя бы малую долю сострадания.

Так же Галия с отвращением воспринимает действия Кайла по отношению к пленным и вампирам, вынужденным остаться в клане в качестве прислуги. Она находит это насилием над волей несчастных и предлагает лучше убить, чем обречь на подобное существование.

Кристофер рассказывает женщине о политике дипломатического согласия с приютами и лагерями людей. Об одобренной охоте на тех, кто осмеливается нарушить территориальные законы. Он говорит об этом, как о методе сохранения популяции и Галию такой подход вполне устраивает.

— Открытая охота, без выборки, всегда грозила местным группам вымиранием. Мы не можем отследить из какой группы человек. Особенно женщины. Они могут быть беременны. Ты прав, если мы не остановимся, скоро наше питание оскудеет.

— Люди уйдут на другие территории, где останутся гарантии сохранения жизни.

— К Веласкесам, ну конечно, — протягивает Галия, — Пожалуй, я заинтересована в таком союзе и буду рада обсудить все детали. Составление карт и прочая бюрократическая волокита… Ох, скукота. В этом деле мне поможешь ты, Крис или твоя прекрасная супруга?

— Этим займется Эмили, — уверенно отвечает Крис, — По части картографии я помогу, а в остальном, думаю вам будет удобнее договориться между собой,

— Девушкам проще найти общий язык, верно? — Галия улыбается, а Кристофер протягивает ей папку с бумагами.

— Здесь примеры условий, которые вы можете рассмотреть для себя.

— Прекрасно, ознакомлюсь и я буду очень рада общению с Эмили. Может это хоть как-то развлечет меня и избавит от тоски?

Женщина пожимает мне руку, тем самым подкрепляя сделку. Между Кристофером и Галией я становлюсь той самой лакмусовой бумажкой. Интерес в общении со мной компенсируется раскрытием загадок негласного лидера. Так зараженная может завоевать его доверие, а он ее. Поддержка большого клана Кристоферу очень необходима. В этой ситуации Верховный не понимает, что допускает молодого вампира до власти.

— Полагаю нашу встречу можно считать успешной? Дорогие мои, я хочу попросить вас остаться на ночь в моем доме. Только никаких отказов! Для меня это большая честь и прекрасный повод поболтать между нами, девочками, верно?

Галия хитра. Это чувствуется. Она играет в игру и сейчас стою в растерянности не только я, но и двое вампиров от Верховного.

— Благодарю, Галия. Мне действительно будет непросто пережить долгий путь домой. Поэтому мы с Кристофером принимаем ваше предложение.

— Замечательно! А что касается вас, — зараженная обращает внимание на молчаливых гостей, — Прошу отвезти для бывшего супруга небольшой презент. В моей домашней коллекции сохранилось неплохое вино. Оно сладкое, очень сладкое! Из винограда, зараженного благородной плесенью и винтаж интересный. Уверенна, он оценит пожарок.

До сих пор не понимаю страсти Кайла к вину, ведь вампирам это не интересно. Он даже не может его попробовать? Но Галия знает слабости мужчины лучше остальных. Возможно, этим подарком она о чем-то говорит с ним? Как говорят на языке цветов.

Женщина не принимает возражений и очень скоро отправляет приспешников Кайла домой — в Серебряный особняк.

К вечеру для меня с Кристофером организовывают настоящий ужин, но я едва могу подняться с постели, перебарывая тошноту и голод одновременно. Ужасное чувство, от которого не спрятаться и не уснуть.

Супруг постоянно находится рядом, держит меня за руку и приносит воды. Он понимает природу явления, но я по-прежнему считаю, что отравилась. Слишком трудно для первых вестников интересного положения. Не должно быть так плохо?

Мучения продолжаются, кажется, целую вечность и когда я уже готова сдаться, чтобы сделать тест и убедиться, что я все-таки не отравлена, в дверь кто-то настойчиво стучится.

— Эмили? — слышится голос из-за двери. Кристофер поднимается с кровати и открывает дверь гостье. Галия выглядит счастливой и очень довольной. Женщина сразу идет к моей постели, присаживаясь рядом.

От неловкости и спутанного сознания я притягиваю плед повыше на себя. Вся мокрая от пота и бледная, я вряд ли выгляжу достойно, чтобы беседовать с главой клана.

— Что случилось? На ней лица нет.

— Эмили плохо себя чувствует. Боюсь мы не сможем присутствовать торжественном ужине.

Кристофер отвечает за меня. Он все еще рядом и очень расстроен происходящим. Знаю, супруг винит себя за то, что повез в такую даль именно сейчас. Но он не мог предугадать, что так получится.

— Как проявляется болезнь?

— Я полагаю, что она не больна. Но мы пока не уверенны в причинах плохого состояния организма.

— Так это токсикоз? — предполагает Галия, ничуть не меняясь в лице.

— Не знаю, — решаю признаться я. Мое вранье с беременностью зашло далеко и теперь я сама не понимаю, кто знает правду, а кто нет. Возможно, я саму себя обманываю и уже давно, — На самом деле, должна вам сказать честно — я не уверенна, что беременна. Мне стало плохо сегодня утром, и я думаю, что просто съела что-то не то.

— Но между вами двумя была связь? — Галия смотрит в глаза Кристофера, а затем в мои и громко хлопает руками, — Да, глупый вопрос. От вас исходит такая энергетика, что кошмар. Понимаю помешательство Кайла на фертильных парах. Ну да ладно, пока вы оба не сочли меня такой же безумной, как мой супруг, я скажу пару дельных вещей: Первое — днем ты чувствовала себя явно лучше, а к вечеру усугубилось, так? Это странно, для отравления. Но вполне нормально для токсикоза.

Галия косится на мой живот и указывает пальцем на вампира.

— Второе: Эмили человек и ей трудно выносить другое существо. Людей вынашивать сложно, а тут дампир. В клане Германа практиковали один хороший способ, который помог девушке восстанавливаться.

— Поили кровью человека?

— Додумки! — вскидывает руки Галия, — Это придумали завистники и распространили как байку. Но доля правды есть.

— Что нужно сделать? — с некоторым недоверием спрашивает Кристофер.

— Ты и есть лекарство. Но постарайся не прибегать к этому слишком часто. Уверенна, ты уже практиковал с ней этот метод.

Кристофер понимает зараженную без пояснений, в отличие от меня. Я даже напряглась, пересчитав все от приятного до не приятного. С опаской вспоминаются слова Верховного о жажде человеческой крови. Я совершенно этого не хочу, да и Галия опровергла эту новость. Все оказалось проще.

— Мне нужно дать ей свою кровь?

— Да! Это точно поможет, — подмигивает Галия, чуть наклонившись ко мне, — А ты будь умницей и слушай мужа. Не бойся жизни, зародившейся под сердцем. Когда свыкнешься с мыслью о материнстве, все встанет на свои места.

— Знаю, вернее… Думаю вы правы.

— Конечно права, — подмигивает зараженная, — Я ведь была матерью. И это влюбленность не меньшая, чем твоя в этого симпатичного брюнета.

— Спасибо за помощь, Галия, — бархатистым голосом присоединяется к благодарностям супруг, — Вы неоценимо добры к нам.

— Берегите себя, ребятки. Вы оба мне почти как дети.

Не знаю искренне или нет, но Галия проявляет к нам много заботы и тепла. Она поступает совсем не так, как другие вампиры, хоть и кажется заинтересованной в беременности.

Я хочу верить, что помощь исходит из чистых помыслов.

— Так и быть, оставлю вас. К ужину не ждем, я все понимаю.

— Благодарю вас, Галия, — отвечает супруг.

Щедрый подарок дать нам побыть вдвоем, где нет людей Верховного.

Теперь мы должны попробовать. Состояние слабости и тошноты становится невыносимым.

Вампир берет в руки острую бритву и надрезает запястье, дав мне испить его темно бордовой крови. Испытывающая отвращение ко всему съедобному, я ощущаю настоящий голод к крови Кристофера и она, в который раз, оказывается спасительной, освобождая меня от тяжелого состояния токсикоза, а еще неплохо дурманя сознание.