Наследство в саквояже, или попаданки не сдаются! (СИ) - Верде Алва - Страница 3

Мужчина прервал мои мысли разъярённым вздохом. Драный жакет лежал на походной кровати, поэтому рукава доктор закатывал у своей рубашки. Затем снова вздохнул, одним порывистым шагом подошёл к саквояжу и попытался его открыть. Но… Но ничего не вышло. Напрасно мужчина напрягал мускулы, дёргал замок — саквояж был непреклонен и совершенно не собирался открываться.

Тонкий намёк на то, что только я могу его открыть? Ла-а-адно.

Рукава я закатывать не стала, как и поправлять испорченную причёску. Осторожно подошла к мужчине, посмотрела ему в глаза и иронично спросила:

— Позволите?

— Конечно! — мужчина подвинулся в сторону, пропуская меня к саквояжу. — Дерзайте!

Но терзать и дерзать… Ерунда это всё! Мне даже напрягаться не пришлось, замочек сам щёлкнул, и саквояж с лёгкостью открылся. Зажмурившись, ожидала очередного плевка света, но ничего такого не произошло. Удивлённо хмыкнув, я склонилась над саквояжем и вытаращилась на необычный продолговатый предмет.

Яйцо. Да, яйцо. Но оно было просто… гигантским! Яйцо занимало почти всё дно саквояжа. Протянув руки, бесстрашно достала свою находку. На эту дикую выходку доктор Гибсон отреагировал столбняком, буквально превратился в испуганный соляной столб. Я пожала плечами и удивлённо погладила яйцо. Очень тёплое, если не горячее. А плотные чешуйки на ощупь напоминали нагретый солнцем камень. Заворожённо гладя яйцо, тихо бубнила:

— И что ты такое? Тебя явно не страус снёс. Так кто тогда?

— Святые!

Доктор Гибсон отмер, осторожно ко мне подошёл, но дотронуться до яйца так и не решился, только осматривал такой необычный, редкий и довольно опасный предмет, раз за него и голову могли снять. Про пытки так вообще не стоит вспоминать!

— Это же… Это же карликовая виверна! Да, определённо яйцо карликовой виверны. Только непонятно какой: антрацитовой или алой? Да, определённо… определённо оно!

Мне было не так уж интересен вид дракона, меня захватила сама мысль, что я держу яйцо дракона.

Настоящее. Яйцо. Дракона!

— Оно меня сюда забросило? Да?

— Да, драконы всегда были проводниками в другие миры. Но это всего лишь яйцо, а дракон в нём слишком мал, чтобы открыть полноценный портал. Но малыш очень силён, раз смог перенести вас из другого мира сюда…

Договорить довольно нудную речь доктор не успел, грубо говоря: ему не дали сделать это. В яйце что-то… хрустнуло.

— Эм… Так и должно быть?

— Не-е-ет…

Скорлупа стала осыпаться чешуйками на пол. Детёныш дракона решил, что сейчас самое время появиться на свет. Я видела, как доктор кинулся ко мне, как пытался выбить яйцо из моих рук, но ничего не вышло. Тёплая вспышка, будто я духовку открыла, и что-то маленькое, но очень юркое сбило меня с ног. В который раз за день очутившись на полу, я смотрела на осколки от яйца и на милейшее существо.

Да, дракончик. Маленький такой, ещё немного влажный. Стряхивая с себя странную белёсую слизь, дракончик уверенно топтался по мне, подбираясь ближе к моему лицу. Размером детёныш был с кота-подростка. Раскрывая кожистые крылья, дракончик любопытно поглядывал на меня жёлтыми, совершенно кошачьими глазами, а тёмно-серая кожа едва поблескивала.

— Антрацитовый, определённо! Да… — мужчина клонился к детёнышу и с удивлением его рассматривал, пока тот, покачиваясь на нескладных лапах, хватался коготками за лиф моего платья. — Прелестно! Значит, у виверн всего две рабочие перепонки и отсутствует верхний коготь… — доктор подхватил одним пальцем крыло дракона. — Просто прелестно!

Дракончику такое внимание пришлось не по нутру. Повернувшись мордой к мужчине, детёныш пыхнул искрами и страшно зашипел. Ещё и крылья вдруг расправил. Подскакивая и продолжая шипеть, он будто прикрывал меня.

— Так, ребёнок… — я осторожно подхватила дракончика и прижала его к себе. Будто котёнок сфинкса мне попался в руки. — Не быкуй! Со старшими чревато спорить.

Но разве опытных кошатниц-студенток кто-то слушает? Конечно же… нет!

Доктор, сдвинув брови и продолжая что-то бормотать, почти засунул палец ему в пасть. Только моя реакция сохранила мужчине жизнь. Сообразив, что царапаться и шипеть дракоша больше не будет, я просто хорошенько пнула этого археолога по ноге. Смешно взмахнув руками, он упал рядом со мной, пропустив над своей головой прекрасную струю огня. Дракончик, правда, тут же зачихал и закашлялся, сыпя искрами и плюясь дымом. Спрыгнув на пол, угрожающе качался на лапках и продолжал пыхать.

Мы с мужчиной печально наблюдали за тем, как загорается верх палатки. Доктор сообразил быстро, взял кувшин с водой и щедро плеснул на маленький пожар. Спустя мгновение я могла наблюдать небо через хорошую такую подпаленную дырку. О таком геноциде говорил археолог? Интересно, нашу аварию с дракончиком кто-то видел?

Мужчина попытался помочь мне встать, но дракоша вновь решил покачать права. Качая головой подобно кобре, пыхал на надоедливого археолога, будто намекая, что я — его добыча.

Я с трудом встала, отряхнулась и вновь подхватила на руки дракончика:

— Так, перестань. Я, конечно, не зоолог и не специалист по драконам, но лучше тебе себя так не вести. Это я добрая и терпеливая, но вот этого… — выразительно посмотрела на доктора Гибсона, — дядю я не знаю! Так что давай пока не будем из него делать люля-кебаб!

— Хорошая мысль, — подал голос археолог. Поправив волосы, он глубоко вздохнул и качнул головой. — Этот «дядя», единственный, кто может вас двоих спасти!

— Да? — мы с дракончиком синхронно повернули головы.

— Да! И нам определённо нужно отсюда убираться. В ваше поместье…

— Моё поместье? — я вытаращила глаза, напрочь забыв о живом драконе в своих руках. — Какое такое моё поместье?

— Этот знак, — мужчина повернул саквояж ко мне нужным боком и ткнул на символ, — принадлежит древнему роду Мэйсов. Недавно старик Джонатан скончался, не оставив после себя прямых и косвенных наследников, зато всё своё богатство сохранил. Раз уж на вас их знак, — доктор Гибсон намекнул на кулон на моей шее, — то вы каким-то образом относитесь к их роду.

— Да? Чего же вы тогда так испугались, когда увидели это? — усадив дракончика на плечо, я показала кулон.

— Все Мэйсы плохо кончили из-за своей любви к маджестикам.

— Маджестики?

— Да, маджестики. Грифоны, единороги, совокоты и драконы — всё это маджестики, существа, наделённые магией. Мэйсы всегда стояли на их защите, за что и поплатились. Головой.

Ой-ой! Кажется, у моего наследства дурной запашок.

— Тогда зачем нам тогда туда идти? В это поместье?

— Я, как и вы, не хочу, чтобы этого детёныша убили. В некоторой степени я сочувствовал Мэйсам… И тоже пострадал. Теперь вместо живых существ, изучаю их скелеты.

— Ну что же…

Я выразительно посмотрела на археолога, потом на дракончика и хмыкнула: выбор разве оставался?

4. Настоящий джентльмен!

Выйдя из кареты, я не знала, что мне делать в первую очередь: падать на колени и целовать землю или бежать в ближайшие кустики, чтобы выпустить на свободу всё съеденное. Пошатываясь будто пьяная, шла по каменной дорожке к довольно симпатичному двухэтажному дому: водилась деньга у доктора Гибсона.

Тащила ещё и саквояж, потому что Уголёк, чувствуя рядом с собой кого-то другого, начинал буйствовать. Да, детёныша дракона я назвала именно так. Он был почти антрацитовым, с тёмно-красными прожилками на коже и таким же характером. Внешне спокойный, но достаточно одной искры, чтобы дракончик вспыхнул и оставил вокруг себя сплошной пепелище.

Доктор Гибсон выпрыгнул из кареты как чёрт из табакерки. Бодро уперев руки в бока, он осматривал свой дом и сад. Мужчина был довольным, относительно весёлым. Прошёл мимо меня пружинистой походкой, лениво поинтересовавшись:

— Вам плохо? Вы какая-то… бледная.

— Я не бледная, я зелёная, — прижимая саквояж к животу, дышала то носом, то ртом. — Вы бы с непривычки три дня в этом катафалке бы провели… Мне кажется, что меня ещё сутки шатать и качать будет.