Выживут сильнейшие (СИ) - Рудианова Анна - Страница 35

Подросток поднёс руку к лицу и вытер слёзы с глаз. Присмотрелся, в свете луны был отчётливо виден красный оттенок влаги. На пальцах у него алела его собственная кровь.

Вспыхнули, раскрываясь, крылья феникса за спиной. Крик свободной птицы отразился от потолка. Выпущенный огонь побежал по простыне к подушкам, перепрыгнул на шторы и голодным зверем набросился стены.

— Лучше бы мне камень неподвижный в фамильяры достался, — простонал Артуро.

37. Фабрицио

Первое, что увидел Фабрицио, припарковав любимый Паккард возле дома: машину пожарных и огромный столб дыма из окна третьего этажа.

Мигом просчитал, что окно не в спальне, не спеша поднялся по лестнице мимо Бартоломео, и наткнувшись на жену, мужественно командующую тушением огня, осведомился:

— Милая, что произошло? — мужчина снял шляпу, передал служанке, пошёл к Алессандре сзади, обнял и, отодвинув взлохмаченных красные кудри, поцеловал в щёку. — Не с той ноги утром встала?

Алесса дёрнула плечом, Риц мешал ей подгонять служанку, заливающую пламя:

— Небольшая неприятность. Артуро поджёг свою комнату.

— Твой брат поджёг наш новый дом, — Фабрицио втянул носом запах гари.

Жена наконец-то отвлеклась от спасения дома и повернулась к мужу. Закинула руки ему на плечи, встала на носочки и быстро чмокнула в нос. Ехидно ответила:

— Да ладно тебе расстраиваться! Одной комнатой больше — одной меньше.

— Одним братом меньше, одни больше, — передразнил Фабрицио. — У тебя братьев больше, чем комнат в нашем доме!

— Ты совсем не ценишь мою семью, — это даже как-то укоризненно прозвучало.

Фабрицио постарался усмирить дёргающийся глаз, что было достаточно трудно, так как огонь уже перекинулся на соседнюю комнату и грозил перейти в полномасштабное бедствие. А виновник происходящего стоял рядом с Алессой и невинно кутался в одеяло. И, кажется, даже плакал.

— Я отработаю! — заявили из-под одеяльного укрытия, хлюпнули носом и даже высморкались в убежище.

Риц подошел к мелкому Ви Сенту, нашёл щёлку, из которой парень подглядывал за тушением дел своих, и строго пригрозил:

— Гномик, ты меня устраиваешь в качестве гостя только до тех пор, пока не портишь мою собственность. Усёк?

— Усёк, — буркнули из одеяла и недовольно заявили: — И я — Артуро.

— Милая, а твой брат к нам надолго? — Риц демонстративно щёлкнул костяшками.

— Вы бы лучше успокоили парня. Он и так весь на нервах, как бы ещё чего не сжёг, — ровным тоном сказал Бартоломео, проходящий мимо с ведром воды в руках. Дворецкий двигался неспешно, будто дом и не горел вовсе, а он сам каждый день с ведрами разгуливает. С полными — это же к хорошим новостям?

Фабрицио снял пиджак и рубашку.

Ещё не хватало ему возиться со всякими мелкими Ви Сентами! Он лучше воду поносит.

Через пару минут огонь полностью потушили. А Риц со спокойной душой развалился в своём кабинете. Рядом на столе стоял новенький аппарат Де Беллов. 13-я Модель, даже новее, чем у сестры. Прямиком из высокотехнологичного будущего.

Телефон поблёскивал лаком и циферблатом из слоновой кости. И словно почувствовав, что его гипнотизируют взглядом, затрещал, разрываясь первым в своей механической жизни звонком.

Риц схватил трубку и прижал к уху. Возможность слышать собеседника на другой стороне провода до сих пор вселяла в него благоговейный трепет. Молодцы всё-таки.

— Убит Кларк Бург, — сказал отец сквозь скрип свеженастроенной связи. И предчувствуя вопрос сына, добавил: — Это шестёрка Ви Сентов. Помогал распространять “Слезы Богини”. И мы опять ни при чём. Даже обидно как-то. Как думаешь, что происходит?

— Кто-то перекраивает рынок сбыта Ви Сентов под себя, — Риц прикрыл глаза. Новая война кланов принесёт десятки смертей. Он уже пережил одну после смерти матери. Тогда Гильермо Де Лот жёстоко уничтожил всех, кто решился предать его и перейти в стаю Ви Сентов. Сила нового клана увеличилась и простой демонстрацией власти теперь не обойдёшься. — И кто-то сливает информацию о делах семей федералам.

Риц понял, что отец кивнул:

— В Мортене полицейские привыкли к фамильярами, привыкли подчиняться кланам. А вот в других странах всё ещё надеются уничтожить наши семьи и взять под контроль Сад Бестий и магию Богини. Не думаю, что Богиня может кому-то подчиняться. Как наивно предполагать, что кто-то может приручить Бога..

— Отец, я, пожалуй, проверю…

— Не суйся… Не хватало ещё тебе подставиться. Возможно, это ловушка специально для наследника Де Лотов. Будь осторожнее. И следи за женой. Не выйдет у нас мира, чувствуют мои почки.

— Опять болят?

— Не то слово.

— Пей поменьше виски.

— Это единственное, что меня лечит, сын. Ещё гулять предложи… по Саду.

Риц усмехнулся и положил трубку. Следует ли остаться дома и пустить расследование на самотёк? Кто-то уничтожает Ви Сентов, ему это на руку. С другой стороны, его ядовитая жена, наверное, расстроится.

Противостояние с семьёй Ви Сентов воспринималось Рицем как что-то малозначительное на фоне его становления как Дона. Отец научил его выделять важное, личное и ненужное. Так вот, с недавнего времени почти всё отделение “важного” занимала одна единственная красноволосая девушка. Даже сейчас она нагло лезла в мысли и мешала сосредоточиться на инструкциях отца.

— К вам посетитель, — в дверь постучал Бартоломео. Дворецкий уже переоделся и причесался, даже перчатки сменил. Ничего не напоминало о том, что он только что боролся с огнём. Кроме запаха. Гарь так просто не смоешь, она пробивалась сквозь одеколон и щекотала ноздри. Но Бартоломео указал пальцем в сторону принюхивающегося хозяина: мол, “я сменил одежду, а воняет от вашей”, дождался кивка и уточнил совсем гробовым голосом: — Шарль Же Смит, полицейский.

А вот это уже нехорошо. Совсем нехорошо. Отвратительно. Лично прийти Шарль мог только в одном случае:

— Меня отстранили! Ронан Ли Кастильо — этот малокососный ублюдок — теперь расследует оба дела! Да, даже дело пропаже Де Энцо!

— Де Энцо мёртв, — холодно перебил Фабрицио.

— Сочувствую, — Шарль ввалился в его кабинет, взлохмаченный, нервный, в рассёегнутом плаще и с непотушенной сигаретой в руках. Шляпу кинул на кресло, а сам принялся расхаживать из угла в угол, словно пойманный в клетку фамильяр. Риц выглянул из-за стола. Пыльные ботинки полицейского уже испачкали весь ковёр.

Де Лот сделал глубокий вдох, подвинул пепельницу в сторону детектива, достал бутылку из нижнего ящика тумбочки и налил два бокала виски.

— Это как-то связано со смертью Кларка Бурга?

Шарль даже остановил своё кружение по кабинету:

— Конечно! Откуда знаешь? А-а-а, — понимающе кивнул при демонстрации новенькой модели Де Беллов. — Этот парнишка — мелкая пешка Ви Сентов. Его нашли пару часов назад. И всем было бы плевать. Да убили его в доме клана. Закрытом на все замки и охраняемом, словно парижский Лувр. Прямо в доме полном Ви Сентов! Под недовольным носом Максимилиана Ви Сента! И это было прекрасно, если не было бы так нагло!

Риц выгнул бровь. Так вот почему отец не разрешил посетить место убийства. Из дома Ви Сентов Фабрицио смог бы выйти только в гробу.

— Полный бедлам, вся комната разбита! — продолжал между тем Шарль и, не чокаясь, залпом выпил виски. Показал на затушенную сигарету. Фабрицио благосклонно вынул две новые. Же Смиту надо было успокоиться. — Там даже стены всмятку, будто бедолагу с размаху о них кидали. Башкой! Мозги прямо на обоях. Кто-то бил парня с божественной жестокостью. А тот отбивался до последнего! На нём живого места не осталось! Не труп, а кровавый мешок с переломанными костями!

— Шарль, что за патетика? — перебил кровавые подробности Фабрицио. Его взволнованный друг, казалось, боялся сказать самое главное. — Что ты сделал?

— Нас туда обоих прислали. Кастильо мне помогать вызвался. Пронырливый глист. Везде лезет своим острым носом, нигде без него не пукнешь! Голуби и то срут по его указке!