Вечная магия (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 34

Его зубы скользнули по её горлу.

— Ты исцелила меня, — прорычал Баэл. — Своей кровью.

Она почувствовала, как её бедра прижались к нему.

— Другого выхода не было.

— Я сказал тебе привести помощь.

Когда Баэл впервые пил из её вен, он стал звероподобным и демоническим. На этот раз он, казалось, лучше владел собой. «Может быть, кровь Ксартры всё ещё помогает ему».

Урсула коснулась его щеки.

— Я видела тебя. В битве при горе Асидейл. Мы уже встречались раньше.

Голос Баэла урчал у её горла.

— О чём ты говоришь?

— Я видела твои воспоминания после того, как моя мать напала на королеву. Я была там. Абракс пытался напасть на меня, но ты парировал удар. Я пыталась убить тебя. Ты позволил мне жить. Так что считай, что мы квиты.

Дыхание Баэла горячо обдавало её щёку, аромат сандалового дерева окутывал её, словно опасная ласка. Кожа Урсулы вспыхнула. Его глаза снова стали бледно-серыми, и теперь они были полны вопросов. Его кожа казалась гладкой по сравнению с её кожей, и весь её мир сузился до каждой точки соприкосновения между ними — вершинки её грудей скользили по его груди, его пальцы собственнически сжимали её талию. Она хотела, чтобы они опустились ниже, исследовали её тело.

Словно прочитав её мысли, Баэл прижался к её губам обжигающим поцелуем. Урсула приоткрыла губы, и их языки встретились. Её кожа горела, грудь пылала, и расплавленный жар скапливался в её нутре. Она обхватила Баэла ногой, безмолвно требуя от него большего. Она почувствовала, как её груди набухли, а тело приготовилось принять его.

Всего на мгновение Баэл оторвался от поцелуя.

— Я люблю тебя, Урсула, — произнёс он. Его голос был совершенно ровным, как будто это заявление было всего лишь комментарием о погоде за окном. Но когда Урсула посмотрела в его серые глаза, то поняла, что это чрезвычайно далеко от истины. Данным заявлением Баэл говорил, что его преданность была безграничной. Этими простыми словами он сообщал, что последует за ней на край света, что будет защищать её любым способом, которого она пожелает, что умрёт за неё, если придется.

Урсула удерживала его взгляд.

— Я тоже тебя люблю.

Баэл снова притянул её к себе, заключая в свои объятия. Его тёмная, могущественная магия шелестом пронеслась по её коже, и его грудь вздымалась с каждым вздохом.

Урсула запустила пальцы в его густые волосы, и внутри неё разлилось тепло. Она хотела, чтобы Баэл сорвал последние лоскутки ткани между ними, прижался ртом к её груди. Она расстегнула лифчик, позволив своим соскам коснуться его тела, и почувствовала, как напряглись его мышцы, когда он попытался сдержать себя.

Он прижался ртом к её шее, скользя зубами по горлу, пока его тёплый язык не заменил губы, закружив по её коже. Когда руки Баэла скользнули вверх по изгибу её рёбер, Урсула невольно застонала. Её груди задевали его при поцелуях, и её соски затвердели. Баэл осторожно перевернул её на спину. Ну естественно, он хотел контролировать ситуацию. Он провёл рукой вниз по её телу, пока не добрался до трусиков, и Урсула приподняла бёдра, когда он стянул их.

Его глаза впивались в её обнажённое тело — голодные и отчаянные, окружённые тёмными тенями. Баэл изо всех сил старался сдерживаться. Но она не хотела, чтобы он сдерживался. Она хотела, чтобы он полностью набросился на неё. Она потянулась к нему, снимая с него боксёры.

— Урсула, — начал Баэл, но она выгнула спину и раздвинула ноги, чтобы соблазнить его.

Низкое, звериное рычание вырвалось из его горла, и Баэл отпустил свой контроль. Он схватил её за бёдра, прижавшись к её шее горячими и собственническими губами. Она ахнула, когда он наполнил её.

— Баэл…

Её обдало жаром. Не жгучая боль от огня Эмеразель, а лихорадка, которая угрожала захлестнуть всё её существо, когда они начали двигаться вместе. Горячее дыхание Баэла обдавало её ухо. Раскалённое пламя разгоралось в самой её сердцевине, пока чистый экстаз не овладел её сознанием.

Глава 28

Одетая только в нижнее бельё, Урсула стояла у дровяной плиты, помешивая в кастрюле рагу. Баэл сидел на кровати, накинув куртку на плечи, чтобы не замёрзнуть. На коленях он держал порванную рубашку Урсулы. Он нашёл иголку с ниткой на одной из полок и занялся тем, что аккуратно пришивал заплатку к плечу.

— Как ты думаешь, сколько продлится эта буря? — спросила Урсула.

— Ветер начинает стихать. Я думаю, всё закончится сегодня вечером, — ответил Баэл.

В животе у неё заурчало.

— Хорошо, что у нас здесь есть еда, — густое рагу только начинало пузыриться. — Я думаю, уже подогрелось. Ты хочешь есть?

— Умираю с голоду, — сказал Баэл. — Пахнет потрясающе. Как тебе удалось это приготовить?

— Я открыла банки, высыпала содержимое в кастрюлю и разогрела его. Это невероятно сложно. Когда-нибудь я покажу тебе свою технику, — Урсула наполнила две керамические миски дымящимся рагу и поднесла их Баэлу. Она села рядом с ним, жадно поглощая пищу. Может, это и не сложный рецепт, но всё равно на вкус было восхитительно.

После нескольких минут еды в тишине Урсула сказала:

— Я не понимаю, как ты смог устоять перед старым способом. В прошлый раз, когда ты выпил мою кровь, ты чуть не убил меня.

— Кровь Ксартры действует как противоядие. Мне понадобится больше её крови, но пока я держу себя в руках.

— Это удобно, учитывая, что сейчас мы заперты в маленьком пространстве.

Баэл поставил своё рагу на стол, затем протянул Урсуле рубашку, которую он латал.

— Примерь, когда будешь готова.

Урсула натянула рубашку и застегнула её спереди. Все дырки были зашиты, и одежда оказалась идеально впору.

Баэл встал и направился к двери. Он приоткрыл её, и в хижину ворвался поток снежинок, сопровождаемый ледяным ветром. За окном наступила ночь, но Урсула видела, что снега навалило по меньшей мере до середины дверного косяка.

Сердце Урсулы учащённо забилось.

— Баэл, — прошептала она, — я думаю, мы здесь в ловушке. Там выпал целый метр свежего снега, и лавина разрушила обратную дорогу к шале. Мы не можем вернуться той же дорогой.

— Мы найдём обходной путь, — рассеянно сказал Баэл. Внезапно его пристальный взгляд, казалось, сосредоточился на одной из её рук; он подошёл к Урсуле и поднял её ладонь, чтобы осмотреть.

— Не хочешь рассказать, что ты делаешь с моей рукой?

Он встретился с ней взглядом, подняв её руку так, словно она могла быть больна.

— Я пытаюсь понять, как ты можешь управлять мечом с помощью чего-то столь маленького.

Она поставила свой суп на стол и потянула Баэла обратно на кровать.

***

Даже свернувшись калачиком рядом с Баэлом, Урсула ощущала, что в хижине было очень холодно. Приподнявшись, она посмотрела на плиту. Едва заметные струйки дыма поднимались от остатков костра. Рядом с ней крепко спал Баэл, лёжа совершенно неподвижно.

Накинув свитер на обнажённые плечи, она выбралась из постели. Поскольку Баэл продолжал дремать, Урсула добавила немного свежей растопки и подула на угли, пока пламя не охватило ветки. Она присела на корточки перед открытой плитой, попеременно грея пальцы и подбрасывая угли.

— Спасибо, что развела огонь, — сказал Баэл с кровати.

— Нет проблем.

Мгновение спустя Урсула почувствовала руку Баэла на своём плече, когда он присел рядом с ней на корточки, и прильнула к нему.

— Как спалось? — спросила она.

— Как мужчине, спасённому от смерти, — он вытянул руки над головой. — Но я думаю, сейчас мы можем попробовать уйти.

Урсула встала и натянула свою высушенную одежду. Баэл всё залатал, и хотя вещи уже не были такими тёплыми, как до схода лавины, они, по крайней мере, снова стали водонепроницаемыми.

Полностью одетый, Баэл потянулся к двум странного вида предметам, стоявшим рядом с дверью. Сделанные из свежих веточек, они выглядели как неудачный проект человека, который учился плести корзинки.

— А это для чего?