Собстенность Дамира (СИ) - Крынская Юлия - Страница 27

Следом за ним ныряет в салон Дамир:

— Ты ничего не хочешь мне сказать, брат? — Ноздри Дамира хищно раздуваются.

— Мне не по нутру твоя жизнь, — опускает глаза Салах, — у тебя свой путь, у меня свой.

— Я понял тебя, брат, — мой жених откидывается на спинку сиденья, — это твой выбор. Но может, всё-таки позволишь отвезти вас с Розой в аэропорт. Выпьем вискаря напоследок.

— Нет, — поспешно отвечает Салах. — Мне тяжело расставаться с тобой навсегда…

— Навсегда? — удивлённо приподнимает бровь Дамир.

— Я хотел сказать, надолго. — Салах поднимается и, наклонившись, пробирается к выходу. — Прости, у нас регистрация рейса скоро.

— Как знаешь, — взгляд Дамира становится жёстким.

Салах выходит. В машину садятся Абдул и Муса — пара неразлучных друзей Дамира, запрыгивает Руслан. Подружки невесты на нашей свадьбе не предусмотрены. Улыбаюсь жениху, он подмигивает мне и переглядывается с мужчинами. В салоне повисает молчание. Похоже, радужное настроение у меня одной.

Кортеж выезжает со двора. Миновав просёлочную дорогу, сворачиваем на шоссе, идущее вдоль моря. Пусть мужчины сколько угодно хмурятся и пьют виски, у меня двойной праздник. У нас с Дамиром скоро будет малыш, и в моём паспорте сегодня появится официальная запись. Сердце взволнованно стучит. Уже вижу себя прогуливающейся с модерновой коляской по нашему саду. Заранее не покупают вещи, но меня так и подмывает завтра с утра пораньше отправиться штурмовать детские магазины. Гуляя с Димкой и Мусей, пока они ещё были совсем маленькие, я всегда стеснялась нашей ободранной коляски, у которой то одно колесо отваливалось, то другое.

— О маме нет вестей? — касаюсь локтя Дамира.

— Нет, — он взбалтывает лёд в бокале с виски, — но ты не переживай. Если жива — найдём.

— Не сомневаюсь, — прижимаюсь к крепкому плечу любимого.

Жаль, что мамы не будет на свадьбе. Очень хочу найти и забрать её к себе. У Дамира не забалуешь. Познакомившись с ним, родительница обязательно бросит пить.

Руслан достаёт из ведёрка шампанское и показывает мне бутылку:

— Открываем?

— Если только глоточек! — прижимаю ладони к животу.

— Я думал друг наш провернёт всё это в посёлке, — Абдул ослабляет галстук и принимает из рук Мусы бокал с виски.

— Тянет время? А смысл? — Муса поглядывает на часы.

— Передумал, — пожимает плечами Дамир. — В любом случае всё в его руках.

— Салах на обгон пошёл! — раздаётся в динамиках голос водителя.

— Может, и правда передумал, — Руслан придерживает пробку шампанского. Раздаётся негромкий хлопок в салоне, и тут же, эхом, — грохот снаружи.

Машину бросает в сторону. Мы вместе с Дамиром летим на Руслана. Через мгновение не понять, где чьи руки и ноги. Теперь Руслан навалился на меня.

— Яра, жива? — доносится откуда-то сбоку голос Дамира.

Машина делает ещё один кульбит и замирает, застыв на боку.

— Нормально всё, — стучу я зубами. Лежу на Руслане, облитая шампанским с ног до раскалывающейся головы. Какое-то оно горячее. Ползёт с виска на щёку. Сажусь, дрожащими руками ощупываю живот. Тяжело дышать и дурманит подступающая тошнота. С трудом понимаю происходящее.

— Не то чтобы нормально, но, считай, отделались лёгким испугом, — Дамир ощупывает мою голову. Глаза его полыхают точно угли костра, губы хищно вытянулись в тонкую линию. — все наружу! Живо!

Муса стонет, его рука неестественно вывернута. Абдул, вытянувшись во весь рост, силится открыть дверь. Помощь приходит быстро. В салон заглядывает Саид:

— Дамир!

— Помоги, Яру вытащить, — Дамир бережно поднимает меня. Под его ногами хрустят осколки.

Отчего-то для меня сейчас этот звук заглушает другие. Перед глазами плывёт.

— Дамир, любимый!

— Яра, всё будет хорошо, — сбивчиво шепчет он. — Держись за Саида. Он тебе поможет спуститься на землю.

Цепляюсь за плечи Саида из последних сил. Наш лимузин скатился к обрыву и чудом не улетел в пропасть. Глянув вниз, вскрикиваю от ужаса. От нас не осталось бы и кусочка.

Прихожу в себя. Лежу на обочине, но не на земле. Ощупываю руками полотнище. Скорее всего это носилки. Громилы Дамира орут, носятся мимо меня. Пожарные поливают чёрный джип. Шипят огнетушители, воют сирены скорых. Надо мной склоняется мужчина в белом халате и кричит в сторону:

— Она пришла в себя!

Хватаю врача за руку:

— Я беременная! Мне в больницу надо! Пожалуйста! — рыдания душат меня и вырываются наружу. Пытаюсь остановить их, зажимаю рот ладонями. Смотрю на свои руки и стыну от ужаса — они все в крови.

— Яра, успокойся! — Дамир падает рядом на колени, прижимает меня к себе. — Всё нормально. Мы живы — это главное!

— Наш ребёнок, — всхлипываю я. — Мне нужно в больницу…

— Сейчас, сладкая, — баюкает меня Дамир.

— Вы поедете с пациенткой в больницу? — уточняет врач.

— Конечно, — Дамир целует меня в нос. — Маленькая, я с тобой. Не бойся ничего.

Вместе с врачом он несёт меня к скорой и вкатывает носилки в пропахший лекарствами и дымом салон.

— Руслан! — кричит Дамир.

— Всё сделаю! — друг понимает его без слов. — Яра, держись!

— Что-то нехорошо, — Дамир опирается о порог скорой.

— Что с тобой? — с трудом приподнимаюсь на локтях.

— Плывёт всё. Руслан!.. — Дамир оборачивается и кулём валится на дорогу.

— Срочно ещё бригаду. Второго на борт не возьмём! — кричит мой врач и захлопывает двери со скрежетом и лязгом.

Проваливаюсь в темноту.

Глава 36

Дамир

— Да что за чёрт? — не могу подняться с постели. В бешенстве бью кулаком по кровати. Получается слабый шлепок, но острая боль пронзает тело, в глазах темнеет. Только теперь понимаю, что еле шевелю руками и ногами.

— Компрессионный перелом позвоночника — вещь неприятная, но излечимая, — в голосе Руслана не слышно уверенности.

— Время не ждёт. Все дела по бороде пойдут!

— Я справлюсь, Дамир!

— У тебя своя роль. И не обижайся, брат, но нет в тебе той силы, что удержит народ в тонусе. Только слух пройдёт, что я на больничке, сразу буча поднимется.

— А в ком есть сила, брат? — усмехается Руслан. — Кого видишь преемником?

Из коридора доносятся крики. Не могу не улыбнуться, заслышав, как скандалит мой львёнок:

— Что значит «только жена»? Какая семья? Какие члены? Дамир вам все члены поотрывает! А ну отошла в сторону! Эти двое со мной!

Грохот рассыпавшихся металлических предметов, и в палату врывается разъярённая Ярослава. Её зелёные глаза разве что лазерных лучей не излучают. За её спиной маячат Саид и Муса. Да она просто звездень! Такая глотку за меня порвёт.

— Её вижу! — киваю Руслану на свою невесту. — А ты её прикроешь.

Он хватает ртом воздух, а Яра уже сидит возле меня и, пожирая взглядом, сыплет вопросами:

— Что с тобой? Мне ничего не говорят! Что за доска вместо матраса? Вот уроды! Может, в Москву лучше? Там сейчас любые операции делают!

— Яра, детка, успокойся! — Остановить бурный поток переживаний невозможно. Глазами делаю знак парням оставить нас наедине.

Яра замолкает. С трудом поднимаю руку и касаюсь нежной руки львёнка.

— Мне сказали, что с ребёнком всё в порядке. — Не простил бы себе, оборвись тонкая ниточка жизни моего нерождённого малыша.

— Да, три дня наблюдали. Всё хорошо. Ляльчик такой же боец, как ты. — Яра стягивает с меня одеяло до пояса и с интересом рассматривает корсет. — С тобой-то что?

— Ляльчик! — умиляюсь я. — Где ты слово такое выкопала?

— Что? С тобой? — Яра приподнимает одеяло с другой стороны. — Ноги чувствуешь?

— Не переживай, сладкая! Сегодня утром, как и всегда, была жуткая эрекция, так что снизу всё тип-топ. Скорее всего, я месяца два буду прикован к постели. Что-то с позвоночником…

В кабинет стучатся.

— Войдите! — рявкаю и морщусь от боли.

В палату входит дежурный врач, следом за ним раскрасневшаяся медсестра и тычет пальцем в Ярославу: