Тайный обожатель (СИ) - Лавру Натали - Страница 35

– Потрудитесь отвечать более полно, если не хотите снова вернуться в изолятор! – пригрозил Гамзоев.

Но Оле было всё равно. Она даже не выпрямила спину, продолжила всё так же полуобморочно прижиматься к стене.

– К нам поступили данные, что вы научили серого великана русскому языку.

– Все показания я дала на допросе, – устало вздохнула она. – Ничего нового я вам не скажу.

– За дачу ложных показаний вам грозит реальный срок, так что прямо сейчас подумайте лучше: хотите ли вы в тюрьму?

– Мне всё равно, вернут меня в СИЗО или нет. Я хочу умереть, – ответила Оля.

– Что ж… даже так! – участковый издал крякающий смешок. – Ну, это можно устроить.

В следующую секунду за спиной старшего лейтенанта Гамзоева материализовался Хастад.

Оля едва заметно качнула головой в знак того, что полицейского нельзя трогать.

Участковый так и ушёл, не подозревая, что был на волосок от гибели.

Глава 23

Павла Краснова отмазали на суде по делу Ольги Беловой. Вину целиком повесили на девчонку, даже нормального адвоката ей не дали.

Однако радость Павла вскоре омрачилась расплатой. Он должен был устранить престарелого судью Альберта Артёмовича Потоцкого. Самого уважаемого и известного судью столицы.

Но делать нечего: если откажешься, то тебя тут же отправят под трибунал, да ещё навешают левых статей. У всех власть имущих рыльце в пушку. Кто победил, тот и прав.

Убить восьмидесятилетнего старикашку – не такой уж и грех. Скорее, услуга, чтобы судья не коптел на этом свете до полной старческой деменции.

Первая же разведка показала: Потоцкого охраняют круглосуточно. И снайперской винтовкой не достанешь: стёкла в его доме бронированные, автомобиль – тоже, а пристрелить его во время пешей прогулки невозможно, ибо все близлежащие объекты оцепляются. Краснов сам чуть не попался. Хорошо хоть оружия с собой не было, не то пристрелили бы не глядя.

Вариант с отравлением тоже виделся Краснову провальным: ну, отправит он судью на тот свет, а дальше что? В лучшем случае пожизненный срок за убийство особо важной личности. Ну нет!

А что если прийти к судье и признаться, что Павла наняли убить его? Выстроить разговор так, будто Павел на самом деле на стороне Потоцкого и вовсе не собирается его убивать, а, напротив, решил предупредить. Нет… Потоцкий видит людей насквозь. Посмеётся, мол, если бы Павел мог, грохнул бы судью не задумываясь. А так приполз, потому что не может исполнить чей-то приказ. Защиты Павлу никто не даст. Такую мелкую пешку, как он, сметут с поля боя и даже не заметят. Закатают в бетонную плиту и объявят пропавшим без вести.

Это задание точно не для одряхлевшего майора полиции. Что делать – неясно. Куда ни глянь – везде засада.

Как бы в подтверждение некомпетентности Павла Краснова отстранили от службы на месяц, а на его место поставили нового сотрудника.

Валерия, коллега, выставила Павла с вещами за дверь. Сказала, что она не мать тереза, чтобы возиться с неудачниками.

Милана тоже твёрдо вознамерилась развестись. Павел умолял простить его, обещал быть идеальным мужем – но впустую.

Теперь Павла ждала ипотека за квартиру, в которой ему уже не жить, и алименты на двоих детей. А если ещё уволят с работы – так вообще придётся бродяжничать. Ни тебе бесплатных проституток, ни «взяточной зарплаты». Не про это ли дно говорила Лера? Ух, шкура ментовская, сглазила…

Павел снял койку в хостеле, оставил вещи и отправился проветривать мозги.

Загазованный столичный воздух не помог. Ветер с метелью, как ни повернись, дул прямо в лицо.

И Павел зашёл в бар. Там, стопка за стопкой, он прозрел. Оказывается, его беды начались с этой, как её… великаньей подстилки. Эта сучка ответит за всё! Несправедливо, что ему, Краснову, сейчас хуже всех. Пусть этой потаскухе несчастной будет ещё гаже.

***

На третий домофонный звонок за неделю Оля всё же ответила. И то лишь потому, что собиралась выйти побродить по тёмным вечерним улицам.

До тошноты осточертела гипертрофированная забота Хастада. То он несёт кружку бульона прямо ей в постель, то испытывает какие-то психологические приёмчики, якобы помогающие справиться с пережитой трагедией. Достало! Ей, Оле, поможет только смерть.

Прогулка сорвалась.

Явился майор Краснов, в гражданской одежде и, судя по запаху, нетрезвый.

– О-о-ольга Алекса-а-андровна! – громко протянул он, без приглашения заходя в квартиру и оттесняя хозяйку вглубь коридора.

– Ваш коллега уже был. Недавно ушёл, – вместо приветствия сообщила Ольга.

– Мой коллега не так близко знаком с вами, как я! – Краснов поднял указательный палец вверх.

– Вы пьян, – окончательно удостоверилась она. – Уходите.

Майор ловко скрутил Олины руки и заломил за спину. Всё-таки тысячекратно отточенные навыки не пропьёшь.

– Ты за всё мне ответишь, ш-шалава! – торжествующе произнёс он и повёл свою жертву в комнату. Вот он, момент расплаты! И месть, и бесплатный секс в придачу. А девка-то хороша, хоть и костлявая!

– Я заявлю на вас в полицию! – закричала она.

– У следствия нет причин не доверять сотруднику полиции. Знакома формулировка? Тем более, я снял чип и скрыл лицо капюшоном и маской. Так что никто не узнает, что я был здесь! – он швырнул Олю на диван и потянулся было к молнии на её комбинезоне, как…

***

Павел Краснов так и не увидел, кто его убил. Он одновременно перенёсся в другой мир и в мир иной.

Тело бывшего майора растащили по кускам каракатицы и гоблины-пираньи в междумирье.

Голова майора вскоре украсила вход в лавку костяных талисманов и сувениров.

***

Хастад вернулся спустя минуту после исчезновения.

– Хола?

– Ты же себя выдал… – угрюмо сказала Оля. – Куда ты его перенёс?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– В другой мир. Он больше никогда сюда не вернётся.

– Значит, меня на этот раз посадят надолго.

– Не посадят, – Хастад сел на пол у Олиных ног. – Я обо всём подумал. Новый участковый, потому что старого отстранили. Тебе ничего не грозит. Никто не знает, что он был здесь.

– А как же камеры?

– Камеры плохо различают лица в темноте, тем более, если на голове капюшон и маска. Если он чип вырезал из руки, значит, сам не хотел, чтобы его засекли.

– Ты его убил?

Хастад опустил голову. Всё-таки не хотелось выглядеть монстром в глазах Холы. Но потом признался:

– Да.

– А до знакомства со мной убивал?

– Нет, но…

– Вот видишь, мы плохо друг на друга влияем. Нам не судьба быть вместе. У нас ничего не получается. Уходи, не мучай ни меня, ни себя.

– Ты моя женщина. Я не могу тебя оставить, – ответил он уже заученными фразами.

– Почему же? Теперь ты умеешь разговаривать и читать. Справишься и без меня. А мне уже осточертела эта жизнь.

– Так говоришь, как будто я… – он запнулся, не зная, какие слова подобрать. – …не умею чувствовать.

– Чувства больше не имеют значения. Ни твои, ни мои. Всё кончено. Что ты всё никак не отвяжешься от меня? Уйди, – и она, не дожидаясь, пока Хастад отреагирует на её слова, разделась и легла на диван.

После визита мерзкого полицейского как-то перехотелось гулять.

***

Хастад оказался прав насчёт Краснова: по счастливой случайности сразу несколько камер слежения в районе возле Олиного дома были неисправны, поэтому не зафиксировали визита майора.

Великан вытер все предметы в Олиной квартире и подъезде, к которым прикасался Краснов. Теперь никаких зацепок у следствия не будет.

Спустя несколько дней Павла Краснова объявили пропавшим без вести.

Олю всё же вызвали на допрос как подозреваемую с мотивом для убийства, но у следствия не было ровно никаких доказательств причастности Ольги к пропаже бывшего участкового.

Следствие больше склонялось, что Краснов сам решил свести счёты с жизнью, ибо, судя по показаниям бывших коллег, он попал в неприятную ситуацию с разводом и отстранением от работы.