Дороги, которые нас выбирают. Хроники смежных миров (СИ) - Павловская Яна - Страница 67

– Хорошо… Я поняла, – нимфа быстро стащила с рук один из тяжёлых серебряных перстней и вручила его Владу. – Это маяк. Я постучусь, как закончу. Мы готовы, Влад. Отправляй.

Серебристая вспышка портала погасла над лесом за секунду до того, как тишину разрезало шумом приближающейся конницы.

– Где она?! – гневно прорычал Деспил, останавливая коня в метре от взирающей на него снизу вверх дочери – Амелия! Ты что натворила?!

– Мама дома, отец, – голос девушки звучал ровно, а глаза, кажется, наконец-то ожили. – Нам остаётся только ждать.

***

По лестницам филиала университета я неслась сломя голову, перепрыгивая разом через две, а то и через три ступени, и рискуя на очередном повороте свернуть-таки себе шею. Я опаздывала на встречу к новому куратору группы уже на целях семь минут, что по меркам провинциального, но очень гордого ВУЗа, было неслыханной наглостью. И кому какое дело до того, что виной моему опозданию была задержанная на двадцать минут лекция по концепции современного естествознания, и что преподаватель стоял на выходе из аудитории насмерть, отказываясь заканчивать пару пока весь материал не будет выдан? Правильно, никому и никакого. Прибавить к этому то, что в филиал из основного корпуса нашу группу перевели сравнительно недавно, и старое здание пока казалось мне средневековым лабиринтом, в котором можно плутать до бесконечности – и вот она, вовсе нерадостная картина моего феерического опоздания. Из деканата передали, что старосту – то есть меня – будут ожидать в аудитории сто тридцать два, на первом этаже. Я внезапно осознала, что за соседней с ней дверью спряталась наша кафедра и едва не взвыла. Меня же потом ещё и там за опоздание пошинкуют! Вторая смена, в которую сейчас учился наш факультет, заканчивала работу затемно, студенты норовили побыстрее уйти домой, а значит, в холле сейчас пусто, и пройти мимо кафедры незамеченной не удастся. Вот же!… Ни одного печатного слова, в общем.

Последний лестничный пролёт решил окончательно добить и без того испорченный вечер – нога проскользнула сразу по двум ступеням, я попыталась удержать равновесие и в итоге полетела носом вниз. От свёрнутой щиколотки в лучшем случае и сотрясения мозга (хоть по словам педагогов его там и нет) в худшем меня спасли чьи-то незнакомые руки, уверенно предотвратившие падение. А вот подхватить бережно прижимаемую к груди папку с отчётностью непрошеный спаситель отчего-то не соблаговолил и все, старательно раскладываемые вчера вечером, бланки и таблицы успеваемости беспорядочным ворохом осыпались на пол в радиусе нескольких метров. Я всё-таки взвыла, вырываясь из рук и даже не гладя на того, кто меня поймал. Лучше бы документы ловил, честное слово!

– Помочь? – раздался ироничный голос откуда-то сверху, когда я принялась на коленях ползать по полу и лихорадочно собирать разлетевшиеся листы.

На коленях, поскольку юбку-карандаш придумал сам дьявол и передвигаться в ней – сплошное мучение! А учитывая, что для увеличения скорости при спуске по лестнице я просто-напросто подтянула её значительно выше колен, то наклоняться сейчас крайне не рекомендовалось. Лучше уж так, на четвереньках.

– Спасибо, – буркнула я. – Помог уже.

– Эй, ты чего? – насмешливый голос прозвучал ближе и две посторонние руки принялись помогать со сбором макулатуры. – Что там? Завещание на дом в Испании?

– Хуже! Там отчёты старосты! За весь семестр! И недоаспирантишка, которого нам назначили куратором, уже минут десять как ждёт их в своём кабинете! И меня вместе с ними! Ну что за вечер, ну…

– Так, погоди! Не съест тебя твой куратор. В худшем случае плюнет и уйдёт домой, – голос усмехнулся какой-то понятной ему одному шутке. – И встань ты уже с колен, в самом деле, всю юбку себе испортишь.

– Тебе-то что до моей юбки… – я шмыгнула-таки носом, но с колен поднялась. Благо бумаги на полу закончились. – Может вообще никуда не ходить?… Скажу, что не передали, зайду завтра…

Я подняла, наконец, голову и осеклась на полуслове. Мать моя, да если б я удосужилась поднять глаза раньше, то ни про какого куратора вообще бы не вспомнила! Мой спаситель оказался высоким жгучим брюнетом с забранными в хвост волосами, изумительно-правильными чертами лица, восхитительно-небрежным видом в целом и таким цветом глаз, что в пору то ли пускать слюни, то ли удавиться от зависти! Чёрные, с едва заметными лиловыми всполохами. Такие вообще в природе бывают?!

– Яна, – я протянула руку и честно попыталась закрыть рот. Вроде как получилось.

– Деспил, – моей руки коснулась тёплая сухая ладонь.

– Как-как, прости?

– Деспил, – послушно повторил новый знакомый. – Хотя в аудитории лучше называй меня Денис Андреевич. Ненавижу, когда студенты коверкают моё имя. Хватит и того, что над фамилией издеваются как хотят.

– А фамилия твоя?…

– Даже не спрашивай, – парень искренне рассмеялся, – потом в расписании посмотришь.

– Подожди… те…. Так Вы – преподаватель?! – ошарашенно воскликнула я, пожалуй, чуть громче, чем требовалось.

– Пока ещё аспирант, – скромно ответил Деспил, и его улыбка стала ещё шире. – Но в вашей группе буду вести один из предметов. И да, Яна, я Вас знаю. Хотя… Может останемся на «ты»? После такой-то встречи! Я не против.

– Как-то неловко мне на «ты» с преподавателем, знаете ли…

– Так мы никому не расскажем, – парень подмигнул и сунул мне в руки остатки собранных листов. – А с этим не торопись. Завтра принесёшь, я подожду. Нам теперь, госпожа староста, с вами частенько придётся общаться.

– А? Да, конечно, как скажете…

Я ошарашенно смотрела в спину удаляющемуся парню и понимала, что так влипнуть могла только я. Два и два складывать я умела, а потому с ужасом переваривала факт того, что красавец Деспил и новый куратор группы Дартенхат Д. А. – одно и то же лицо. Не слишком приятное с моей стороны вышло знакомство, надо признать, но ничего, и не такое бывало. А вот что делать с выпрыгивающим теперь из груди сердцем, норовящим отправиться вслед за своим похитителем – вот этого я не знала.

***

(Обитель)

Капсула с первым прототипом ортовремени лежала на столе в лаборатории Обители, а её создатель то и дело ловил на себе заинтересованные взгляды. Временами уважительные, чуть реже одобряющие, но в основном лидировали взгляды восхищённые и доверчивые, принадлежащие, разумеется, молоденьким девочкам-подмастерьям. Соли, судя по насупленному пыхтению за плечом, это не нравилось, но разбор полётов она предпочитала проводить наедине, а значит сейчас можно спокойно поработать.

– Елиссей!

В лабораторию смерчем ворвался Арти – один из Мастеров – и, не иначе как от радости, едва не врезался в стол.

– Что?

– Ты был прав!

– Я почти всегда прав. Арти, говори конкретнее.

– Скроло сняли с должности! Его место занял Меридор. Обитель реструктуризуют. И опираются в этом, в основном, на твои предложения! Строго говоря, Обители, как таковой, больше не существует – её место занял Оффтайм. И ты в нём, между прочим, ведущий инженер-разработчик! Они это проглотили, Лис, ты представляешь?! Я, честно признать, был уверен, что Магистрат тебя вместе со всей твоей шайкой на костре сожжёт за такую наглость!

– После всего, что я им предоставил? Не смеши. В Магистрате, конечно, полно идиотов, но здравомыслящие люди тоже есть. Они получили от меня такую базу научных разработок, что Магистру впору лично приносить мне блинчики на завтрак.

– А ты намекни! – расхохотался Арти. – Пока он в хорошем настроении.

– У меня для этого невеста есть, обойдусь, – мужчина искренне улыбнулся, но через минуту добавил тихо, едва слышно, чуть понизив голос. – Три года прошло, Арти… А о ней ни слова. Сколько ещё?

– Елиссей, ну ты же знаешь, что я не могу выдать тебе информацию о матери, – с искренним сожалением ответил Мастер. – Она засекречена по самое не могу.